Майор Батышев С.Я.


"И смерть опять проходит мимо.
Но мы уже
не в силах ждать.
И нас ведет через траншеи
окоченевшая вражда,
штыком дырявящая шеи…"

С. Гудзенко

Батышев С.Я.

Сергей Яковлевич Батышев родился в 1915 г. в поселке Кадома Рязанской области. Учился в Московском механико-машиностроительном институте. Из столицы отправился на фронт. Прошел путь от рядового до майора, командира стрелкового батальона. Звания Героя Советского Союза удостоен 23 сентября 1944 г. После войны защитил кандидатскую, затем докторскую диссертации. В 1968 г. был избран членом-корреспондентом, а в 1974 г. – академиком Академии педагогических наук СССР.

Был конец июля 1944 года. Стояла жаркая погода. Лишь от Вислы тянуло прохладой. В небе пролетали вражеские самолеты, а с северной стороны слышался гул артиллерийской канонады. Выслав к реке разведку, командир третьего стрелкового батальона майор Сергей Яковлевич Батышев собрал командиров подразделений, 11 уставших, измученных походом и атаками человек.

Вглядываясь в лица офицеров, Батышев говорил спокойно, говорил о том, что пока нет никаких сведений о противнике, что людей маловато и нет переправочных средств, но необходимо форсировать Вислу, захватить и удержать на западном берегу плацдарм. Таков боевой приказ командира дивизии, и его необходимо выполнить.
– Что для этого нужно? Самая тщательная подготовка. Сейчас главное – найти лодки и материал для строительства плотов, подобрать для первого броска сильных, смелых и умеющих хорошо плавать солдат и сержантов, пополнить боеприпасы, накормить людей. Особо подчеркиваю: всему личному составу следует строго соблюдать маскировку, без моего приказа к Висле никому не подходить, чтобы не раскрыть противнику наше присутствие.

За плечами каждого из командиров уже был опыт форсирования рек. На пути к Висле они преодолели Лугу, Стрыцу Западный Буг, Вепш и многие другие водные препятствия. Однако Висла отличалась от них шириной, глубиной, скоростью течения и требовала более серьезной подготовки. В назначенный срок собрались бойцы передового отряда. Вскоре к ним подошли и офицеры, вернувшиеся с рекогносцировки. Всего их было 37, двое из них ранены, но остались в строю, да и сам Сергей Яковлевич Батышев долечивал свои раны, полученные десять дней назад при форсировании Западного Буга. Его тогда поместили в дивизионный медсанбат, но он, пробыв там три дня, вернулся в родной 545-й стрелковый полк, в свой батальон.

О том, что комбат ранен, знали все. Как ни старался Батышев скрыть боль от подчиненных, иногда она все-таки брала верх и выдавала его. Конечно, бой любит смелых, сильных, здоровых и не делает скидок на раны. Но в бою ещё один пулемет, автомат, одна винтовка могут оказать неоценимую помощь, а иногда сыграть решающую роль. Они могли держать оружие в руках и метко из него стрелять, значит, их место в строю.
– Батальону предстоит провести еще один, самый трудный и, пожалуй, самый решительный бой, – этими словами начал свое выступление Батышев. – Нам во что бы то ни стало нужно форсировать Вислу, захватить и удержать плацдарм на том берегу. Нельзя терять время. Каждый час промедления помогает фашистам, позволяет им собраться с силами и создать более прочную оборону...

Комбат Батышев своей целеустремленностью, искусством общения и остроумием умел зажигать людей, вселять в них веру в победу и силу нашего оружия. Усталость как рукой сняло. Офицеры, сержанты и солдаты были проникнуты одной мыслью: быстрее переправиться через Вислу. Все работали исключительно напряженно, тон в этом задавал Батышев. Он всегда появлялся там, где трудно, где нужна была его помощь. Он знал командиров, видел их в бою. Это были храбрые и мужественные офицеры, грамотные в тактическом отношении командиры. Такие в бою не подведут.

Верно говорят, что любая профессия, а военная вдвойне, требует не просто призвания, но еще одержимости и страсти. Именно эти качества были присущи Сергею Яковлевичу. В нем все время жила внутренняя потребность постоянно расти профессионально, совершенствовать воинское мастерство, повышать свои командирские знания. Есть еще одно качество в его характере – это преданность делу, которому он служит. Вот и сейчас он делал все, что можно и нужно, что в его силах, чтобы всесторонне подготовить людей к трудному бою.

Майора Батышева все время тревожил вопрос: каков на той стороне противник и почему он себя не проявляет? Возвратившаяся разведка никаких новых сведений не принесла. Многие склонялись к тому, что на западном берегу вообще нет никакого противника. Батышев колебался. Он верил и не верил. Внутреннее чутье подсказывало ему, что там притаился враг, который ждет, чтобы внезапным огнем встретить форсирующий десант и уничтожить его.

Верно говорят, что бой – это задача со многими неизвестными. Анализируя данные, вспоминая похожие случаи, Сергей Яковлевич все более убеждался в правильности своего мнения: там хороню замаскированный противник. Это мнение укрепилось, когда он поговорил с местными жителями. Они рассказали ему, что за день до прихода советских войск гитлеровцы собрали лодки и переплыли на тот берег, а им приказали к реке не подходить. Некоторые видели, как фашисты на дамбе отрывали окопы.

Командир батальона твердо решил еще раз провести рекогносцировку. Особое внимание следовало уделить разведке противника. Свое решение он доложил командованию полка и дивизии. Командир дивизии полковник Колобов и командир полка майор Лукашев поддержали идею Батышева. Почти два часа длилась тогда рекогносцировка. Предположение Батышева подтвердилось. На западном берегу, за дамбой, обнаружили две хорошо замаскированные пулеметные точки, окопы и двух наблюдателей, а в глубине обороны – позицию минометной батареи. На основе этих данных в план боя были внесены необходимые коррективы: на прямую наводку скрытно выдвинули обе противотанковые пушки, минометная рота получила задачу на подавление минометной батареи противника, а пулеметная рота – на уничтожение огневых средств, расположенных на дамбе.

Командиры стрелковых рот доложили комбату, что собрано только семь лодок. Обещанные же командиром дивизии переправочные средства и артиллерия еще не прибыли. Главные силы дивизии продолжали ожесточенный бой с отступающим противником и, разумеется, не могли так быстро выйти к реке.

В этой обстановке решили все лодки передать в седьмую роту. Она должна была первой переправиться на тот берег и зацепиться там. Остальным двум ротам предстояло форсировать Вислу на подручных средствах: плотах, бревнах, бочках…

И вот одна за другой в назначенный час взлетели три красные ракеты. От берега отчалили дружно, почти одновременно. Вначале все шло так, как было задумано. Седьмая рота быстро оторвалась от других подразделений и вскоре достигла середины реки. И вдруг по десантникам одновременно открыли массированный огонь несколько артиллерийских и минометных батарей противника. Они стояли за холмами, в полутора километрах от берега, а подавить их было нечем. Правда, батальонная батарея 82-миллиметровых минометов открыла ответный огонь по некоторым из них, но слишком неравными оказались силы.

Уже через несколько минут Висла словно кипела от разрывов снарядов. Получив несколько пробоин, одна из лодок перевернулась, две другие были разбиты. Вокруг них барахтались в воде раненые бойцы. Тяжелое ранение получил капитан Добровольский. Первой под сильным огнем противника к западному берегу причалила лодка младшего лейтенанта Александра Фоканова с тремя бойцами, вслед за ней пришли три другие.

11 человек во главе с командиром роты Сергеевым ринулись в атаку на позиции врага. Воины ворвались на дамбы и в окопы. В рукопашной схватке они уничтожили находившихся там гитлеровцев. Фоканов укрепил на дамбе красный флажок.

Тем временем солдаты восьмой и девятой стрелковых рот во главе с командиром батальона прилагали все силы, чтобы быстрее преодолеть реку. Сергей Яковлевич по себе чувствовал, как устали люди, видел, как на плотах сидели и лежали раненые, слышал их стоны. В этой обстановке его короткие команды и призывы воодушевляли воинов. Он, как и они, хорошо знал, что назад дороги нет. Несмотря на усталость, надо идти вперед.

Наконец стали причаливать. Бойцы быстро разбирали оружие, обмундирование и боеприпасы. Раненых осторожно положили на траву, и здесь же санинструкторы стали оказывать им первую медицинскую помощь. Подошел улыбающийся капитан Овсянников.
– Ты чего улыбаешься, комиссар? – спросил Батышев.
– Я радуюсь, командир. Ведь задачу по форсированию Вислы батальон уже выполнил. Это главное.
– А я думаю, что главное еще впереди. Надо захватить плацдарм, очистить от врага дамбу и как следует закрепиться.
– Но без первой нельзя решить вторую задачу.

В это время их вызвал по рации командир дивизии полковник Колобов.
– За успешное форсирование Вислы вам и всему личному составу батальона объявляю благодарность! Молодцы!
– Служим Советскому Союзу! – почти одновременно ответили Батышев и Овсянников.
– Не теряйте времени. Приведите людей в порядок. Ночной атакой отбросьте врага от дамбы и постарайтесь соединиться с седьмой ротой, которая ведет непрерывный бой. Завтра начнем переправлять к вам остальные силы полка, – заключил командир дивизии.

Стало темнеть. В таких острых ситуациях от командира всегда требуется быстрота принятия решения и четкая постановка боевых задач подразделениям. Батышев не мешкая, собрал офицеров и рощей вывел их на край дамбы, чтобы они, пока еще возможно, посмотрели на местность, где предстояло вести ночной бой. Он указал им ориентиры, поставил боевые задачи и в заключение сказал:
– Там, в 500 метрах от нас, истекают кровью солдаты седьмой роты. Они приковали к себе противника и позволили нам сравнительно благополучно форсировать реку. С ними нет связи. Но бой там не затихает. Наша задача не только оказать помощь роте и соединиться с ней, но и разгромить врага, отбросить его от дамбы. Это мы сможем сделать лишь решительной атакой во фланг и тыл фашистам.

В час ночи восьмая и девятая роты, развернувшись в цепь, двинулись вперед. Сначала шли кустарником. По выходе из него наша разведка натолкнулась на вражеское охранение. В рукопашной схватке трое фашистов были уничтожены, а один взят в плен. Однако в батальоне никто не знал немецкого языка и не мог перевести рассказ пленного.

На открытой местности солдаты шли медленно. Вдали взлетела ввысь осветительная ракета, и все мгновенно упали на землю. Как только она погасла, бойцы устремились вперед. Так повторялось несколько раз. До переднего края оставалось еще метров 150-200. Это расстояние пришлось преодолевать ползком, так как фашисты почти непрерывно освещали местность ракетами.

План боя хотя и был прост, но предусматривал оригинальные приемы в условиях ночи: внезапность, массированное применение оружия, стремительность действий. Нужно было сблизиться с противником до 20-25 метров, по сигналу командира батальона одновременно бросить гранаты, а потом с криком «ура» устремиться вперед. Массированное применение ручных гранат, или, как их называли на фронте, «карманной артиллерии», должно вызвать панику у противника, а мощное «ура» являлось сигналом для седьмой роты.

Как только взлетели одна за другой две красные ракеты командиры рот и взводов подали команду: «Гранатой! Залпом! Огонь!» Гитлеровцы, не ожидавшие таких действий ночью, видимо, растерялись. А тут еще раздалось мощное «ура». Это бойцы батальона Батышева в ночной темноте устремились в атаку. То там, то здесь слышались выстрелы, стоны людей. Лишь по удалявшемуся крику «ура» можно было судить, что роты успешно продвигались вперед, преследуя фашистов.

Захватив во время ночного боя плацдарм, стрелковые роты метрах в 500-800 от реки стали окапываться: следовало подготовиться к отражению контратак. Батышев за три года войны хорошо изучил повадки фашистов. Они никогда не мирились со своим поражением, обязательно предпринимали контратаки для восстановления утраченных позиций. Поэтому и сейчас он торопил командиров рот, а точнее, всех бойцов быстрее зарываться в землю, оборудовать окопы и ходы сообщения.

Утром, едва солнце поднялось из-за горизонта, как в небе появились «юнкерсы» и стали бомбить батальон. Затем на десантников обрушились артиллерия и минометы. Еще не смолк грохот разрывов, как послышались гул моторов, лязг и скрежет гусениц. Справа из-за холма появились три танка и пять бронемашин. Они двигались боевой линией в сопровождении пехоты. В центре и слева тоже показались цепи вражеской пехоты. Фашисты шли ускоренным шагом и что-то кричали.
– Больше двух батальонов пехоты и восемь бронеединиц. Видимо, гитлеровцы решили покончить с нами одним ударом, – поделился своими мыслями Овсянников.
– Да, превосходство явное. Бой будет жаркий, – ответил Батышев.

Вражеские бронемашины с пехотой сначала контратаковали восьмую роту. Наши открыли ответный огонь. Застрочили ручные пулеметы и автоматы. В разгар боя с дамбы прямой наводкой начало стрелять 45-миллиметровое орудие. Вспыхнул один, второй вражеский бронетранспортер, остальные остановились, а затем отошли назад. Успешно были отражены атаки и на других участках. Хорошо поддерживала пехоту с восточного берега минометная батарея.

Два часа длился этот бой. Каждая попытка фашистов ворваться в наши окопы терпела провал. В течение дня они предприняли еще пять контратак. Самой трудной из них оказалась последняя. Она была предпринята под вечер. Снова налетели «юнкерсы», открыли огонь артиллерия и минометы. Затем на позиции десантников двинулась пехота с тремя танками и тремя бронетранспортерами. Фашисты шли во весь рост, ведя беспорядочную стрельбу из автоматов. Наши воины дружно открыли ответный огонь из всех видов оружия. Однако, несмотря на потери, гитлеровцы продолжали продвигаться вперёд. Из-за бугра вышла вторая цепь пехоты, а через некоторое время третья. Видимо, враг стремился рассечь батальон на части, а затем уничтожить его.

Расстояние быстро сокращалось. Фашисты, прикрываясь танками и бронетранспортерами, ворвались в наши окопы. Завязался рукопашный бой. Танки двинулись в глубь обороны. Старший лейтенант Сергеев схватил связку гранат и метнул ее под гусеницы. Раздался взрыв. Танк завертелся на месте, а затем остановился и заглох. Экипаж попытался выбраться из машины через нижний люк, но тут же был встречен огнем наших солдат и уничтожен. Рядом с танком задымился бронетранспортер. Его поджег младший сержант Молдабаев.

В этой критической ситуации, когда очень был нужен огонь артиллерии, обе противотанковые пушки молчали; кончились снаряды. Артиллеристы с карабинами и автоматами вместе с пехотой отражали натиск врага. И тут начало стрелять в сторону врага орудие немецкого танка. От неожиданности фашисты заметались и залегли. Они были ошеломлены, что их бьют их же орудием.
– Ну что, комиссар, пора? – спросил Батышев Овсянникова.
– Пора, пора! – ответил тот.
Взлетели в небо три красные ракеты, и почти одновременно повсюду раздались команды офицеров:
– В атаку! Вперед! За мной!

В едином порыве вскочили солдаты и устремились на врага. Батышев побежал вперед. Он хорошо понимал, что сейчас для окончательного разгрома гитлеровцев нужна сила примера. Яростным и кровопролитным был тот бой. Бойцы батальона Батышева подбили и сожгли два танка и четыре бронетранспортера, уничтожили много вражеской пехоты. Но и сами понесли немалые потери. В ночь началась переправа на плацдарм новых подразделений. Вскоре на нем сосредоточилась вся 389-я стрелковая дивизия. В последующих упорных и длительных боях плацдарм был расширен.

За мужество и героизм при форсировании Вислы, отражение контратак и удержание плацдарма в конце сентября 1944 года большой группе солдат и офицеров 1-го Украинского фронта присвоили звание Героя Советского Союза. В их числе был Сергей Яковлевич Батышев.

В январе 1945 года наши войска с Сандомирского плацдарма перешли в наступление. Вел свой батальон от победы к победе и майор Батышев С.Я. Был он в Берлине, но войну закончил в Праге.

Демобилизовавшись из армии, Сергей Яковлевич вернулся на самый трудный участок работы - на производство. Успеху в труде, в руководстве порученным делом помогало ему умение сплачивать людей. Он находил пути к уму и сердцу рабочих. Вскоре стал руководителем подготовки квалифицированных кадров для промышленности. И здесь, на новом посту, стиль его руководства прежний: требовательность, уважение к личности, деловитость. В полной мере развернулись такие его качества, как высокая образованность, принципиальность при решении научных и практических задач.

Батышев работал не покладая рук. «Наука, как и бой, требует мужества», – скажет впоследствии он. Да, легких побед нигде не бывает. Нет ее и в науке. Не может быть творческого взлета без напряженного, каждодневного труда.

Именно упорным трудом в сочетании с одаренностью брал Сергей Яковлевич одну научную ступень за другой: кандидат наук, доктор наук, профессор, член-корреспондент Академии педагогических наук СССР, академик. Путь, который Батышев С.Я. прошел за свою большую жизнь, насыщенную боями на войне, творческим поиском в науке, далеко был не прост и не легок. Скончался Сергей Яковлевич Батышев 21 марта 2000 г., похоронен в Москве на Хованском кладбище.


Статья написана по материалам книги «Герои огненных лет»,
под ред. Синицына А.М. и др. М., «Московский рабочий», 1982 г., книга 5., с. 377-384.



возврат назад Обновить страницу


события         архив         воспоминания         творческие работы         тесты по ЕГЭ         блог