Партизанское движение на территории Белоруссии


"Партизаны, партизаны,
Белорусские сыны!
Бейте ворогов поганых,
Режьте свору окоянных,
Свору чёрных псов войны."

Я. Купала

Антипартизанский плакат на белорусском языке

В литературе о Великой Отечественной войне за Белоруссией прочно закрепилось название – «партизанская республика». Разумеется, здесь имелись в виду только советские партизаны. Тем не менее, следует признать, что с 1941 по 1944 год на территории этой республики действовал целый ряд партизанских отрядов, члены которых уж никак не считали себя адептами коммунистической идеологии и сторонниками советского государства, а зачастую числили их своими врагами наряду с гитлеровцами.

Так, наряду с общепризнанным прокоммунистическим партизанским движением можно выделить:
а) польское националистическое партизанское движение в лице так называемой Армии крайовой (АК) – подпольных вооруженных сил под общим руководством польского эмигрантского правительства в Лондоне;
б) украинское националистическое партизанское движение в лице так называемой Украинской повстанческой армии (УПА) – подпольных вооруженных сил различных организаций украинских националистов;
в) и, наконец, белорусское националистическое партизанское движение. Наряду с советской, это были наиболее значительные партизанские организации. Однако одновременно с ними существовали еще литовские и еврейские партизанские отряды. Правда, заметной роли в истории партизанского движения на территории Белоруссии они не сыграли.

Безусловно, советское партизанское движение и в целом, и по регионам было самым масштабным, массовым и наиболее эффективным. Другое дело, что за ним стояло огромное государство, которое, хоть и вело тяжелую войну, тем не менее, снабжало (по мере сил) своих партизан вооружением, амуницией, продовольствием и, что самое главное, обученными кадрами. Кроме того, несмотря на свой массовый характер (его, кстати, не отрицает даже большинство западных исследователей), советское движение Сопротивления не было в целом стихийным процессом, а являлось организованным и централизованным.

Во всех директивах правительства и коммунистической партии о «развертывании борьбы в тылу германских войск» (например, от 29 июня и 18 июля 1941 г.) указывалось, что население должно само создавать партизанские отряды и подпольные группы. Правда, при этом делалось замечание, что руководящая роль в этом процессе должна принадлежать местным партийным органам (чтобы не допускать анархии и т. п. явлений). В советском военно-политическом руководстве долгое время (практически до лета 1942 г.) шла дискуссия о том, должно ли партизанское движение на оккупированных территориях быть «всенародным» или стать «заботой профессионалов». В первом случае подразумевалось, что в отряды надо было привлекать по возможности всех. Во втором имелось в виду, что это движение должно было быть той же Красной Армией, только в тылу, и в нем следовало иметь поменьше «любителей». Первую точку зрения отстаивал П. Пономаренко, бывший до войны партийным руководителем Белоруссии, вторую – Л. Берия.

В сущности, их концепции отражали общий взгляд на ведение войны. Как известно, до лета 1942 года Сталин, в эйфории от битвы под Москвой, считал, что войну можно будет закончить еще до конца зимы. Поэтому многочисленные партизанские отряды, на его взгляд, были не нужны. Однако после харьковской и крымской катастроф его точка зрения изменилась. Он понял, что война принимает затяжной характер, и одним из факторов, который может способствовать победе, должна стать дезорганизация немецкого тыла путем создания массового партизанского движения, носящего оперативно-стратегический характер. Но и это движение должно было быть строго организованным, находиться под контролем партии и органов безопасности и, что самое главное, управляться из Москвы.

С этой целью 30 мая 1942 года при Ставке Верховного Главнокомандования был создан Центральный штаб партизанского движения (ЦШПД), начальником которого стал выразитель идеи «народной войны» П. Пономаренко. Штаб действовал (с небольшим перерывом) до 13 января 1944 года, выполняя следующие функции: а) установление связи с партизанскими формированиями; б) направление и координирование их деятельности; обобщение и распространение опыта партизанской борьбы; в) снабжение партизан оружием, боеприпасами, медикаментами; г) подготовка кадров; и д) осуществление взаимодействия партизанских формирований с Красной Армией.

Апогеем централизации руководства партизанским движением стало введение 6 сентября 1942 года должности главнокомандующего партизанским движением при ГКО. Им стал маршал К. Ворошилов. Однако уже 19 ноября этот пост был упразднен «в целях большей гибкости руководства партизанским движением». Это была официальная причина. На самом же деле чтобы избежать гибельного двоевластия в таком важном деле. Всю работу на местах ЦШПД осуществлял через подчиненные ему республиканские и областные штабы партизанского движения, а также через соответствующие органы при штабах фронтов. О масштабах их деятельности свидетельствуют, например, следующие цифры.

За период с 1941 по 1944 год на оккупированных территориях СССР действовало более 6 тысяч партизанских отрядов различной численности, в которых сражалось свыше 1 миллиона 150 тысяч человек. По данным советских историков, партизаны уничтожили, ранили и захватили в плен более 1 миллиона немецких солдат, их союзников и коллаборационистов. Уничтожили свыше 4 тысяч танков и бронемашин, 65 тысяч автомашин, 1100 самолетов, разрушили и повредили 1600 железнодорожных мостов, пустили под откос свыше 20 тысяч железнодорожных эшелонов.

Надпись на плакате (по-белорусски): Немецкий солдат охраняет тебя и твоё светлое будущее

Партизанское движение на территории Белоруссии развернулось фактически с первых же дней оккупации. Однако до января 1942 года им руководили не профессионалы, а оставшиеся в подполье деятели компартии. Поэтому, в целях укрепления руководства народной войной, Центральный комитет КП(б)Б образовал две оперативные группы: Северо-Западную (при Калининском фронте) и Западную (при Брянском фронте). Эти группы должны были устанавливать и поддерживать связь с подпольными партийными органами и действующими партизанскими отрядами. После этих мероприятий партизанское движение заметно активизировалось, начался рост и укрупнение партизанских отрядов. Наконец, в июне – сентябре 1942 года обе группы были ликвидированы, а на их месте 9 сентября был создан Белорусский штаб партизанского движения (начальник Калинин П.З.).

В целом результаты деятельности белорусских партизан были весьма успешными и эффективными. Об этом можно судить по целому ряду фактов. К концу оккупации Белоруссии силы коммунистического Сопротивления контролировали более 60 процентов довоенной территории республики, образуя здесь двадцать так называемых «партизанских зон» и «краев». К слову, один из таких краев функционировал на стыке территорий БССР, России и Латвии и охватывал 14 районов площадью 10 тысяч километров и с более чем 200 тысячами человек населения. По данным официальных советских источников, за период с июня 1941 по июнь 1944 года белорусскими «народными мстителями» было убито, ранено и взято в плен более 500 тысяч оккупантов и коллаборационистов. Подорвано 11 128 вражеских эшелонов, выведено из строя 18 700 автомашин, 1355 танков и бронетранспортеров, уничтожено 305 самолетов («Партизанские формирования Белоруссии в годы Великой Отечественной войны (июнь 1941 – июль 1944)». Мн., 1983 г., с. 15-16).

Общая динамика численности белорусских партизан была следующей: более 12 тысяч (август 1941 г.), около 50 тысяч (ноябрь 1942 г.), более 75 тысяч (май 1943 г.), более 153 тысяч (декабрь 1943 г.) и более 270 тысяч (июнь 1944 г.). Всего же за период с 1941 по 1944 год через партизанские отряды на территории Белоруссии прошло свыше 440 тысяч человек. По количественным показателям это второй результат (после Украины). Даже если эти цифры несколько преувеличены, они не оставляют сомнения в том, что советское партизанское движение стало на определенном этапе действительно массовым и всенародным.

А в период с лета 1943 по лето 1944 года оно и вовсе приобрело стратегический характер (всем, например, известны названия таких масштабных партизанских операций, как «Рельсовая война» и «Концерт», которые проводились практически на всех оккупированных советских территориях). К слову, роль, которую сыграли партизаны в ходе освобождения Белоруссии (операция «Багратион»), переоценить довольно сложно.

Естественно, что у других течений движения Сопротивления не было таких возможностей, как у советских партизан. Поэтому и их масштабы на территории Белоруссии были менее значительными. Тем не менее, и АК, и УПА, и вооруженные формирования белорусских националистов некоторое время были конкурентами коммунистических «народных мстителей». История их создания вкратце такова.

После сентябрьских событий 1939 года за границей было создано польское эмигрантское правительство во главе с генералом В. Сикорским. Одной из его обязанностей было руководство деятельностью подпольных военных формирований на территории бывшего Польского государства (в том числе в Западной Белоруссии, Западной Украине и Южной Литве). После падения Варшавы генерал М. Карашевич-Токаржевский получил приказ Сикорского о переходе на нелегальное положение. 27 сентября генерал собрал несколько десятков польских офицеров и создал из них организацию, получившую название «Служба за победу Польши». Эта организация просуществовала относительно недолго. Уже 17 ноября Сикорский отдал приказ о создании Союза вооруженной борьбы, фактически координационного центра, который должен был объединить все подпольные формирования.

Дело в том, что к этому времени на территории бывшей Польши возникло значительное количество партизанских и подпольных организаций, руководство которых хоть и поддерживало лондонское правительство, тем не менее, придерживалось определенной политической ориентации. Например, с осени 1939 по зиму 1942 года были созданы вооруженные формирования правого крыла Польской социалистической партии, так называемые «батальоны хлопские» крестьянской партии и еще целый ряд других подпольных организаций. Ситуация, когда эти отряды действовали просто под надзором Союза, но вполне самостоятельно, просуществовала до 14 февраля 1942 года. В этот день некоторые из них были объединены в Армию крайову. АК провозглашалась надпартийным формированием и, в отличие от партийного вооруженного подполья, имела общегосударственный характер и была единственной силой, которая могла формально претендовать на продолжение традиций бывшей Польской армии.

Следует сказать, что к лету 1944 года в АК вошли почти все партийные партизанские формирования, за исключением коммунистической Гвардии людовой. АК подчинялась Верховному командованию и польскому эмигрантскому правительству, которое с июля 1941 года находилось в Лондоне. Все вопросы оперативно-тактического уровня решались в Варшаве, где находился подпольный Главный комендант АК. За период с 14 февраля 1942 по 19 января 1945 года (дата формального расформирования АК) функции главного коменданта выполняли генерал С. Ровецкий (до 30 июня 1943 г.), генерал Т. Бур-Комаровский (до 2 октября 1944 г.) и генерал Л. Окулицкий (до расформирования АК).

Внешняя помощь партизанскому движению, разумеется, играет не последнее, но и не самое главное значение. В данном случае гораздо важнее поддержка местного населения, в среде которого находятся партизаны. Помощь извне не всегда может прийти вовремя. Так, например, и было в случае с советскими партизанами, когда в 1941-1942 годах государству было явно не до них. Местное же население для партизан является и источником снабжения продовольствием, и резервом людских ресурсов, и в какой-то степени «окном» во внешний мир, их «глазами и ушами». Но все это происходит именно так, если население настроено дружественно (или хотя бы нейтрально) по отношению к партизанам. В противном случае их отряды обречены на бездействие (что зачастую вело к превращению в обычную банду), уничтожение или уход из этой местности.

Внешний фактор в сочетании с отношением местного населения и обусловил те направления, которые сформировались в движении Сопротивления на территории Белоруссии, а также и их масштабы. С точки зрения внешней поддержки коммунистическое партизанское движение было наиболее организованным и имевшим в своей основе твердую идеологическую почву. Польское и украинское движения уступали ему в плане внешней поддержки, организованности, но не уступали идеологически. Бойцы АК, например, были уверены, что борются за освобождение Польши как от нацистов, так и от коммунистов, а повстанцы УПА знали, что сражаются за создание «соборной и независимой Украины». Однако в плане поддержки населения «красным» партизанам они явно проигрывали. И было это не из-за слабости их идеологии, как таковой, а из-за обыкновенного неприятия многих ее положений белорусским населением.

Например, главной целью борьбы АК на территории Белоруссии было восстановление Польши в границах до 1 сентября 1939 года (то есть Западной Украиной, Западной Белоруссией и Южной Литвой). Но такого финала могла теоретически желать только небольшая группа белорусской интеллигенции, простой народ же относился к этому крайне отрицательно. Поэтому поляки и были вынуждены опираться исключительно на польское население Западной Белоруссии (или белорусов-католиков), которое хоть и было довольно многочисленным, но явно недостаточным, чтобы обеспечить им массовое партизанское движение. К тому же еще и не все белорусские поляки поддерживали идеи своего бывшего правительства: сторонников коммунистов среди них было тоже достаточно.

Еще больше, чем общая чуждость лозунгов, на отношения АК и местного населения влияло то, что зачастую польские партизаны сознательно уничтожали белорусских активистов (главным образом из числа националистов, хотя к середине 1943 года дело дойдет и до сторонников советской власти), считая их предателями Польши. В результате из общего количества бойцов АК в 350 тысяч на территории Белоруссии действовало только 14 тысяч человек.

Еще менее понятной для белорусов (причем всех слоев населения) была идеология украинских националистов. Поэтому и массовой поддержки на территории Полесья УПА не имела. В целом за период с 1941 по 1944 год в указанных районах действовало не более 12 тысяч человек из разных украинских формирований (как бульбовцев, так и бандеровцев), которые к тому же еще и враждовали между собой. Нет нужды говорить, что этнических белорусов в этих отрядах практически не было. Для сравнения, на территории Западной Украины, где украинские националисты действительно имели влияние на население, силы УПА доходили до 150 тысяч (по другим данным – до 500 тыс.) человек.


Статья написана по материалам книги Романько О.В. «Белорусские коллаборационисты.
Сотрудничество с оккупантами на территории Белоруссии, 1941 – 1945», М., «Центрполиграф», 2013 г.



возврат назад Обновить страницу


события         архив         воспоминания         творческие работы         тесты по ЕГЭ         блог