Герои-летчики Бобров Н.А и Васильчиков В.В.


"Мы стали небом, стали облаками,
И, видя сверху наш двадцатый век,
К вам тихо прикасаемся руками,
И думаете вы, что это снег..."

Е. Евтушенко

Сержант Бобров Н.А.

Бобров Николай Александрович родился в 1921 г. в Пензе в семье служащего. В 1923 г. семья Бобровых переехала на постоянное жительство в Москву. В 1939 г., окончив среднюю школу, Николай Бобров поступил в институт. В том же году его призвали в армию. Учился в школе младших авиаспециалистов, где получил специальность стрелка-радиста. На фронтах Великой Отечественной войны участвовал в 67 боевых вылетах, из них 47 ночных. 12 июля 1942 г. Бобров Н.А., выполняя задание в районе Ленинграда, пал смертью храбрых. Указом Президиума Верховного Совета СССР от 10 февраля 1343 г. Боброву Н.А. посмертно было присвоено звание Героя Советского Союза.

...Август 1941 г. Капитан Алешин вел группу двухмоторных бомбардировщиков СБ на бомбежку вражеского аэродрома. В составе экипажа стрелком-радистом был сержант Николай Бобров. По данным разведки, на аэродроме скопилось до 30 фашистских самолетов. Как не воспользоваться таким случаем! С ходу группа «катюш» (так любовно летчики называли тогда самолеты СБ) сбросила по стоянкам и летному полю фугасные и зажигательные бомбы. Фашисты, застигнутые врасплох, опомнились только тогда, когда возникли пожары. Фотопленка зафиксировала прямые попадания в самолеты и в склад боеприпасов. Успешно отбомбившись, «катюши» взяли курс на свой аэродром. Но тут показались двенадцать «мессеров». Семь и двенадцать – силы явно не равные. Истребителей прикрытия в группе СБ не было. Но в строю бомбардировщиков никто не дрогнул.

Первым принял на себя атаку экипаж ведущего капитана Алешина. Четыре истребителя Ме-109 ринулись на первое звено. Завязался ожесточенный воздушный бой. Стрелок-радист Бобров, привязав к ноге люковый пулемет, вел бесприцельный обманный огонь, отпугивая гитлеровцев из-под хвоста, а из турельного вел огонь прицельный. До предела напряжены нервы. Только бы близко не подпустить «мессера». Иначе... Впрочем, в те секунды об этом никто не думал. Думали о другом – как бы заставить фашиста повернуть вспять. Огонь, сильнее огонь!

Вот одному из истребителей удалось совсем близко подойти к СБ Алешина. Уже отчетливо видно лицо фашистского пилота, прикрытое летными очками. Мгновение, и длинная пулеметная очередь Коли Боброва прошила «мессершмитт». Объятый пламенем, он рухнул на землю. С одним покончено – этот уже отвоевался. Но другие продолжают упорно атаковать. А тут как назло у Боброва иссяк запас патронов в пулемете. Иссяк в тот самый момент, когда второй истребитель зашел под хвост. Бобров дал две очереди из турельного пулемета через стабилизатор бомбардировщика. «Мессер» с разворотом выскочил из-под СБ, готовясь к следующей атаке, но в этот момент был сражен меткими очередями штурмана и стрелка-радиста.

Около пятнадцати минут продолжался этот неравный бой… Более полсотни пробоин насчитали авиамеханики в машине Алешина. Весь полк побывал возле нее, отдавая дань уважения славному экипажу... А темной ночью он снова был в воздухе. И снова отличился Николай Бобров. Меткой очередью он сразил двух гитлеровских бомбардировщиков Хе-111. На другой день в полк пришла радостная весть: за мужество и отвагу, проявленные в боях, Николай Бобров награжден орденом Красного Знамени.

Бобров участвовал в десятках боевых вылетов, из них большинство ночных. На его счету было несколько сбитых немецких самолетов. Что ни полет – подвиг. Как-то в июньских сумерках 1942 г. экипаж вылетел на разведку. Задание было трудным: установить, откуда противник подвозит подкрепления и боеприпасы, уточнить расположение артиллерии на переднем крае под Ленинградом. Самолет благополучно пересек линию фронта. Все шло нормально. На карту наносились новые разведывательные данные. Засекли гитлеровские базы, склады боеприпасов, артиллерийские батареи. Каждый из членов экипажа понимал, что в любую секунду возможна встреча с врагом. Вскоре эти опасения подтвердились. На самолет напала четверка истребителей «Хейнкель-113».

Немецкие истребители, видимо, задались целью посадить советский самолет-разведчик на свой аэродром. Они кружили вокруг СБ, прижимая его к земле. Командир экипажа сделал вид, что готов им повиноваться и совершить посадку. Но когда гитлеровцы готовились уже торжествовать победу, воздух прорезали длинные пулеметные очереди штурмана и стрелка-радиста. Одна из них угодила в бензобак «хейнкеля»: тот вспыхнул и врезался в землю.

Фашистские летчики ринулись в атаку. Они заходили с разных направлений. И всюду встречали свинцовый ливень. Бой становился все более ожесточенным. Вышел из строя турельный пулемет, Бобров схватил в руки бортовой и стал отражать атаки снизу и сбоку. Истребителям врага все же удалось вывести из строя приборы скорости и высоты, поразить огнем хвостовое оперение и правый мотор. Казалось, положение создалось безвыходное. Но в эти критические секунды командир экипажа неожиданно для фашистов вошел в облако, бросил самолет в пике и на бреющем полете скрылся за лесным массивом. Это был смелый маневр. Через двадцать минут самолет приземлился на прифронтовом аэродроме истребителей.

Необычайное мужество, отвагу и огромную силу воли проявил Николай Бобров и при выполнении последнего боевого задания... За последние недели чуть ли не ежедневно приходилось подниматься в воздух по три-четыре раза, накапливалась усталость. 12 июля 1942 г. выдался несколько пасмурный, не по-летнему ветреный день. Командир полка поставил задачу: группе пикирующих бомбардировщиков «Петляков-2» под командованием капитана Алешина нанести бомбовый удар по укрепленному пункту противника. Взлетев звеньями и быстро собравшись в боевой порядок, девятка Пе-2 под прикрытием истребителей следовала к линии фронта. Сверху были отчетливо видны многочисленные артиллерийские и минометные огневые вспышки. Это наземные войска вели ожесточенный бой с врагом.

«Петляковы» еще не успели лечь на боевой курс, как вокруг них взметнулась плотная стена огня. Противник ощетинился мощью всего своего оружия. Зенитная артиллерия с нарастающей силой продолжала вести плотный заградительный огонь. Одновременно в воздухе разрывалось до шестидесяти снарядов. В небе появилось множество маленьких облачков. Ведомые экипажи были свидетелями, как стрелок-радист Бобров своим пулеметным огнем подавлял огневые точки врага. При первом заходе бомбовый залп был обрушен точно по опорному пункту. От прямых попаданий умолкла артиллерийская батарея. В груды исковерканного металла превратились пушки, бронетранспортеры и автомашины противника. Еще один заход на цель произвела девятка Алешина. И тут произошло непоправимое. Один из зенитных снарядов угодил в мотор самолета ведущего. «Петляков» вспыхнул.

Летчик капитан Алешин ввел самолет в крутое пике и направил его в центр скопления вражеских огневых точек. В эти трагические секунды не дрогнул и гвардии старший сержант Бобров. Он мужественно принял решение командира экипажа, с которым вместе совершил не один десяток боевых вылетов. Николай Александрович Бобров предпочел героическую смерть позорному плену. Боброву посмертно было присвоено звание Героя Советского Союза. Так необычно рано оборвалась жизнь этого скромного и симпатичного паренька, которому было немногим более 20 лет…


Гвардии старший сержант Васильчиков В.В.

Васильчиков Владимир Владимирович родился в 1921 г. в Калуге в семье рабочего. В 1924 г. вместе с родителями переехал в Москву. До 1938 г. учился в школе, а затем работал в МОГЭСе (электрическая станция). Без отрыва от производства занимался в аэроклубе. В 1940 г. после окончания летной школы при аэроклубе был направлен в школу высшего пилотажа. С августа 1942 г. до последней минуты своей жизни Владимир Васильчиков сражался на фронтах Великой Отечественной войны. Совершил 75 боевых вылетов, лично сбил 4 и в группе 6 вражеских самолетов. 14 марта 1943 г. Васильчиков В.В. погиб в неравном бою. За доблесть, исключительные образцы героизма, проявленные в боях на фронте, Указом Президиума Верховного Совета СССР от 1 мая 1943 г. ему посмертно присвоено звание Героя Советского Союза.

В конце января 1943 г. Васильчиков летел ведущим четверки. Группе было поручено разведать шоссейную дорогу, по которой фашисты подбрасывали подкрепления к линии фронта. Линия фронта четко обозначена только на картах. На местности же не всегда можно точно ее определить, особенно при плохой погоде. Так было и на этот раз. Черные воронки от снарядов, груды земли, пепелища, огни пожаров – все это на фоне заснеженной местности представляло собой довольно пеструю картину. Не было реки или какого-либо другого характерного ориентира, по которому можно было бы точно определить, где находятся фашисты, а где наши войска. Высота небольшая. Но подняться выше нельзя – появилась облачность. Из-за облаков землю не разглядишь.

Время идет, по расчету должны быть уже в том районе, где разведчик видел колонны вражеской техники. Однако внизу только окопы, одиночные автомашины на разъезженных дорогax, бурый от копоти снег, голые деревья…

Наконец, чуть в стороне и впереди появилась в пятнистом хаосе цепочка – как будто ниточка черных бусин лежит на земле. Васильчиков приказал ведомым следовать за ним и стал со снижением разворачивать самолет с таким расчетом, чтобы пройти вдоль колонны. В колонне было несколько десятков автомашин. Двигались они образцово – строго одна за другой, соблюдая заданную дистанцию. Фашисты заметили самолеты довольно поздно. С первой же атаки Васильчиков зажег головную, ведомые еще две. Следующие две автомашины уткнулись одна в другую. Из них выскакивали солдаты, падали, сшибали друг друга, разбегались в стороны. Еще заход. Летчики с малой высоты, в упор расстреливали автомашины, и они вспыхивали одна за другой. Видимо, в одной из них были боеприпасы, и она взорвалась. В воздух поднялся черный столб земли, а на том месте, где была машина, образовалась огромная воронка. Взрывом отбросило идущую за ней машину.

Вся автоколонна – пятьдесят автомашин – была уничтожена. Задание выполнено. По команде Васильчикова четверка развернулась в сторону своего аэродрома. Вскоре вдали показалась новая цель – большой железнодорожный разъезд. А там всегда найдется что-нибудь. Васильчиков еще издали увидел белый дымок в той стороне, где находился разъезд. «Паровоз!» – решил он. – Что делать? Боеприпасы на исходе. Впереди же – полет над вражеской территорией, где могут перехватить истребители. Нельзя расходовать весь боекомплект!

И вот уже ясно виден длинный эшелон: вагоны, платформы с танками и орудиями, опять вагоны. Нет, упустить такую цель нельзя! И Васильчиков решил с ходу атаковать эшелон. Под небольшим углом четверка зашла на цель. Всего один залп. Но ни один снаряд не пропал, не прошел мимо. Белым паром окутался паровоз, один вагон, падая, потянул за собой остальные, которые беспорядочной кучей стали громоздиться под откосом. Эшелон был уничтожен... Это лишь один эпизод! А сколько было таких!

Меньше чем через месяц после этого успешного вылета – было это 23 февраля 1943 г. – Васильчиков, будучи ведущим четверки, снова вылетел на выполнение боевого задания. Задание было и на этот раз выполнено успешно, но на обратном пути группу атаковали три «Фокке-Вульф-190» и один Ме-109. Наши летчики смело вступили в бой. Фашисты не выдержали натиска. Один «фокке-вульф» был сбит, «мессершмитт» получил повреждения и ушел со снижением из атаки.
– Хороший подарок ко дню Красной Армии, – не удержался командир полка, когда Васильчиков доложил ему о выполнении задания.

А ещё через три недели произошёл последний бой Владимира Васильчикова… Тринадцать фашистских истребителей, набирая скорость, устремились навстречу шестерке советских самолетов. В полете фашисты сгруппировались в один сверкающий клин, возглавлял который опытный ас. Летели они быстрее и потому вскоре стали наступать на шестерку. Вот-вот все тринадцать ударят пушечным и пулеметным огнем по шестерке. Казалось, что уже ничто не может остановить стремительный удар.

Но вот один из самолетов шестерки стал заметно отставать. Через несколько минут из ведущего он стал замыкающим, а затем неожиданно стремительно развернулся и бросился навстречу вражеской группе. Мелькнули строчки трасс. Ведущий тринадцати как-то странно покачнулся, сверкнул вспышкой и окутался черным дымом. Группа нападавших рассыпалась. А наш истребитель продолжал атаковать. Он почти вплотную приблизился к следующему самолету и резанул его золотыми нитями трасс. Скованные боем, вражеские истребителя отвлеклись от погони за остальными пятью советскими самолетами, которые в это время уходили все дальше на восток к своему аэродрому.

Воздушный бой продолжался еще несколько минут, но слишком неравными были силы: двенадцать против одного. Советский самолет вскоре оказался в огненном кольце. Искусным маневром он не давал вражеским стрелкам точно прицелиться. Были моменты, когда можно было ускользнуть в облачность, выйти из боя. Однако советский пилот не делал этого – он решил во что бы то ни стало как можно дольше задержать фашистов. И он снова бесстрашно атаковал, бил короткими очередями экономя снаряды, которых было совсем мало – наши самолеты возвращались после удара по артиллерийским позициям противника. Только когда замолчали пушки, и самолет стал безоружным, фашистам удалось его зажечь. Объятая пламенем, падала горящая машина. Пилот не покинул ее. Он умер победителем, ценой жизни дав возможность пятерке наших самолетов вернуться на базу. Пилотом, который принял на себя удар, спасая товарищей, был гвардии старший сержант Владимир Владимирович Васильчиков. Это было 14 марта 1943 г.


При написании статьи использованы материалы из книги "Герои огненных лет",
под редакцией Синицына А.М., кн. первая, М., "Московский рабочий", 1975 г.




возврат назад Обновить страницу


события         архив         воспоминания         творческие работы         тесты по ЕГЭ         блог