Бои в центре Бородинского поля в октябре 1941 г.


"...Бородино снова увидело героев – в других шинелях,
но с вечно русским сердцем"

И. Эренбург

Бородинское поле, январь 1942 г., худ. Усыпенко Ф.П.

На Бородинском поле сохранились старые названия рек, ручьев, деревень. В 1941 - 1942 гг. у памятников, установленных в честь армии Кутузова, разрывались авиабомбы, гремела артиллерия, горели фашистские танки. Ценой огромного напряжения сил воины 5-й армии сдерживали натиск гитлеровских войск.

На рубеже Фомкино – Доронино – Шевардино действовали батальон капитана Щербакова В.А. и батарея Нечаева Н.П. Наблюдательный пункт Щербакова одно время находился прямо на редуте. Здесь же и на высотах деревни Доронино в стрелковых окопах заняли оборону солдаты. Нечаев Н.П. вспоминал, что по прибытии в Шевардино глубокой ночью он вместе с бойцами в крайней избе слушал по радио сводку Совинформбюро: «В течение 15 октября наши войска вели бои с противником на всех фронтах и особенно тяжелые – на западном направлении. В районе города Можайска, в полосе между Можайской дорогой и автомагистралью Минск – Москва, враг предпринял ожесточенные атаки...» Тревожным было это сообщение, и командир решил: «Надо ставить батарею на прямую наводку, бить в упор, чего бы это ни стоило».

На рассвете гитлеровцы продолжили атаки. Фашистские бомбардировщики пикировали над редутом, сбрасывая свой смертоносный груз. Нечаев приказал стрелять по ним из автоматов. От взрывов загорелись избы Шевардина: половина домов была уничтожена. Вот на опушке леса, между Фомкиным и Дорониным, показались пехота и танки противника. Наши пулеметчики открыли сильный огонь. Заговорила артиллерия. Неравный бой продолжался несколько часов.

Враг пошел в обход наблюдательного пункта капитана Щербакова. Стрелки несли большие потери, но держались, пока не получили приказ отойти и занять район деревни Семеновское. Жители Шевардина рассказывали, что в одном из дотов к северу от деревни сражался боец, имя которого осталось неизвестным. Свои отошли, но он продолжал вести бой. Бросив в дот гранату, гитлеровцы взяли солдата в плен. Они зверски расправились с ним. Умирая, он пел «Интернационал». В сердцах людей этот подвиг вызвал восхищение и гордость. До сих пор у Шевардина сохранились свидетели боя: окоп Щербакова, стрелковые ячейки, противотанковый ров.

Гудин Л.М., фото 1939 г.

Почти одновременно враг предпринял мощную атаку на станцию Бородино, чтобы прорваться к деревне Семеновское. Но 2-й дивизион «катюш», находившийся в лесу под Кукариным, дал залп по противнику. Фашисты прекратили атаку и не возобновляли ее целые сутки. Этот день памятен для воинов 32-й дивизии: они впервые услышали звук «катюш» и убедились в силе нашего оружия. «Живу на поле Отечественной войны, где вел бой Кутузов. Силы наши крепки и дух тоже. Крепите тыл», – писал домой своим родным начальник штаба 133-го легкого артполка 32-й стрелковой дивизии капитан Сарыгин П.П. Это была его последняя весточка с фронта – Сарыгин погиб, защищая Бородинское поле.

Н.П. Нечаев, старший лейтенант, командир батареи 322-го стрелкового полка. Фотография. 1942 г.

У Семеновского, возле леса, действовала батарея Нечаева, одним из взводов которой командовал младший лейтенант Милов Г.И. Бой продолжался. Машины с черными крестами тяжело ползли по полю. Милов скомандовал: «Огонь!» Головной танк загорелся, а затем были подбиты еще две машины. Неожиданно с фланга позицию орудий Милова атаковали восемь вражеских танков. Гибли наши артиллеристы.

Раненый командир взвода, отстреливаясь от наседавших врагов, дрался до конца. Чтобы не попасть в руки фашистов, Милов оставил последнюю пулю для себя. Когда кончились патроны, он, теряя от ран сознание, выстрелил себе в голову. Но сердце его не перестало биться. Очнувшись к вечеру, Милов пополз вдоль ручья, пока не достиг заросшего болотца. Здесь и нашел его житель Семеновского Савченков Г.С. Несколько дней советский командир находился у Савченкова, но спасти ему жизнь не удалось. Умершего от ран Милова похоронили у памятника Волынскому пехотному полку. После войны его останки были перенесены в братскую могилу, что находится недалеко от здания Бородинского музея. Только через 30 лет после окончания Великой Отечественной войны жена и сын героя бородинских боев 1941 г. узнали о его последних днях жизни. Юго-восточнее деревни Семеновское рядом с памятниками русской гвардии в братских могилах покоятся останки воинов 230-го и 322-го стрелковых полков, павших на поле русской славы. Восточнее деревни на опушке Псаревского леса до сих пор сохраняются остатки артиллерийских позиций советских воинов.

Силантьев В.В., фото 1941 г.

О ратном подвиге защитников Москвы в годы Великой Отечественной войны напоминает памятник-танк Т-34, установленный севернее батареи Раевского к 30-летию разгрома немецко-фашистских войск под Москвой. 15-17 октября 1941 года упорные бои шли в центре Бородинского поля. Дот и ходы сообщения – свидетелей событий тех лет. У подножия Курганной высоты стояли орудия батареи лейтенанта Самойлова М.С. из 121-го противотанкового артполка. Окоп одного из орудий впоследствии восстановили школьники г. Химки под руководством участника этих боев Мукомела А.С. Юго-восточнее батареи Раевского находились огневые позиции дивизиона капитана Зеленова В.А. из 133-го легкого артполка. Бесстрашные артиллеристы уничтожали танки противника прямой наводкой. Весь дивизион погиб, выполняя последний наказ командира: «Ни шагу назад!»

Октябрь 1941 года вписал новые имена героев в летопись Бородина. Среди них имя наводчика Федора Чихмана… Юго-восточнее батареи Раевского, на высотке, расположился орудийный расчет, в составе которого наводчиком был богатырь из Благовещенска Федор Яковлевич Чихман (1922—1982). В секторе обстрела уже пылало несколько подожженных фашистских танков. Но еще один упрямо полз на орудие. Артиллерист не растерялся, танк был подбит. В бою погибли друзья. Чихман остался один. А машины все продолжали ползти. Осколком разорвавшегося близко снаряда у бойца оторвало правую руку. Он уже не помнил, когда успел зарядить орудие, а, выстрелив, потерял сознание. На счету у Федора Чихмана - четыре выведенных из строя вражеских танка. За бои на Бородинском поле Чихман Ф.Я. был награждён орденом Ленина.

Ф.Я. Чихман, рядовой, наводчик орудийного расчета, фотография. 1943 г.

Ценой больших потерь гитлеровцам удалось вырваться на Можайское шоссе и занять город Можайск. В ходе шестидневных боев на Бородинском поле фашистские войска намного превосходили в живой силе и технике только что сформированную здесь 5-ю армию, насчитывавшую около 20 тыс. солдат. Превосходство в танках было подавляющим. Но, несмотря на это, дивизия СС «Райх» оказалась сильно потрепанной. Задержка фашистских войск у Бородина позволила советскому командованию выиграть время для укрепления ближних подступов к Москве. Выйдя из окружения, 32-я Краснознаменная стрелковая дивизия в составе 5-й армии Говорова преградила врагу путь к Москве на реке Наре, у деревни Акулово, где сейчас стоит памятник воинам этой дивизии.

Три месяца в Бородине хозяйничали гитлеровцы. Но и в это время борьба продолжалась. Жители окрестных деревень, не страшась преследования, помогали бойцам, попавшим в окружение, укрывали раненых. В Беззубове был устроен подпольный госпиталь. Сначала раненые находились в Бородине, у дочери Савелия Ревкова, а позже их переправили к деду Савелию, в Беззубово. За красноармейцами ухаживали дети лесничего Коля и Мария. Они приносили им пищу, доставали бинты и делали перевязки.

Г.И. Милов, младший лейтенант, командир 1-го взвода батареи 322-го стрелкового полка. Фотография. 1941 г.

В дни боев на Бородинском поле попали в плен к фашистам медсестры Родионова и Володина. Немцы отправили их в Спасо-Бородинский монастырь, где был лагерь для военнопленных. Девушкам устроили побег, а в деревне Псареве их приютила Анна Федоровна Жевлакова. Через неделю они ушли пробиваться к своим. Долго от них не было никаких вестей. Но сколько радости принесла неожиданная встреча после войны! Девушки приехали к Анне Федоровне, чтобы поблагодарить крестьянку за ее материнскую заботу.

Гитлеровское командование бросало в бой все новые силы. Силы обороняющихся слабели. Почти все орудия были выведены из строя, расчеты их погибли. Велики были потери пехоты. Только 322-й стрелковый полк потерял 90 процентов личного состава. Создалась реальная угроза окружения. Командующий 5-й армией генерал-майор Говоров Л.А., заменивший раненого Лелюшенко Д.Д., отдал приказ оставить Можайск.

Командир дивизиона 133-го легкого артполка, капитан В.А. Зеленов с женой, фотография 1940 г.

В ходе шестидневных боев на Бородинском поле фашисты потеряли около 10 тысяч солдат и офицеров, около 100 танков. 30 октября 1941 года на 72-м километре Минского шоссе враг был окончательно остановлен. Теперь, когда видишь величественную ширь Бородинского поля, невольно вспоминаются прекрасные строки Паустовского К.Г.: «На полях Бородина мы чувствуем особую торжественность природы и слышим ее звенящую тишину. Она вернулась сюда после кровавых боев последней войны, и с тех пор никто ее не нарушал».

Дни оккупации подходили к концу. Ведя контрнаступление, части 5-й армии Говорова преодолевали сопротивление противника и освобождали западные районы Подмосковья. С 16 по 20 января 1942 г. 2-я мотострелковая дивизия генерал-майора Орлова Н.И. вела бои за Можайск, который штурмом был освобожден от гитлеровцев. «Сегодня мы взяли город Можайск... А как, мама, нас встречает население. В Можайске мне пришлось целоваться с женщинами. Ты не представляешь, как они рады нам. Они готовы нас всех расцеловать», – писал домой родным младший лейтенант Лев Михайлович Гудин, командовавший взводом противотанковых пушек 601-го мотострелкового полка.

Наши войска, продолжая гнать врага за Можайск, на следующий день, 21 января, освободили Бородинское поле. В оперативной сводке № 41 штаба 5-й армии говорится: «82-я стрелковая дивизия, преследуя противника на Гжатском направлении, к 4.00 21.1.42 года 210-м полком овладела Бородином (севернее), 601 СП – Семеновским, 94 ОРБ овладел станцией Бородино».

День назад фашисты еще занимали Бородино, но враг чувствовал, что отступление неизбежно. Вечером два тяжелых танка подожгли деревню Горки, а потом направились в Бородино и начали уничтожать село. Жители, остававшиеся в домах, спешно покидали их и уходили в ближние леса. В ночь на 21 января гитлеровцы пытались укрепиться в Бородине. На северо-восточной окраине села они установили два станковых и два ручных пулемета. Юго-западнее Бородина и в районе Валуева действовали вражеские минометы. Залпы минометов и шум моторов хорошо были слышны в расположении 210-го стрелкового полка, на западной окраине сожженной гитлеровцами деревни Горки, откуда полк готовился начать наступление.

Здание Бородинского музея, сожжённое фашистами, январь 1942 г.

Уходя, враг устроил на Можайском шоссе препятствия, чтобы задержать продвижение советских войск. Мост через Колочь был взорван. У реки вкопаны надолбы. Бойцы 82-й дивизии вынуждены были предварительно разминировать придорожную территорию. Во время этих работ неожиданно разорвалась мина, и в результате взрыва погибли шесть воинов. Они были похоронены рядом с памятником Кутузову М.И. в деревне Горки, у подножия высоты. В морозный январский день солдаты, обнажив головы, провожали в последний путь своих боевых друзей. Под залпы ружейного салюта прах героев был предан священной земле Бородинского поля. Так же, как и их предки, геройски сражались, освобождая Бородино, артиллеристы, поддерживавшие пехоту. Отличились бойцы под командованием старшего лейтенанта Морозова и командир взвода Гудин Л.М. Во взаимодействии с орудиями ПТО его батарея метко уничтожала убегавших гитлеровцев. Только за два дня (20 и 21 января) она истребила до 50 фашистских солдат и офицеров.

Вот одно из донесений политотдела 82-й дивизии: «Во время сильного обстрела минометов и артиллерии противника расчет пушки 210-го мотострелкового полка вышел из строя, остались командир орудия Бондаренко и красноармеец Борисовский. Несмотря на то, что немцы по орудию вели огонь, они орудия своего не покинули... пока противник не дрогнул и не начал быстро откатываться назад».

Дот у батареи Раевского

Преследуя врага, первыми ворвались в Бородино воины 210-го стрелкового полка под командованием майора Кузьмина Е.С., который за умелое выполнение боевой задачи был удостоен ордена Красного Знамени. Советские части приблизились к зданию Бородинского музея. «Музей пылал... Облитые керосином полы уже провалились, обгоревшие стропила должны были с минуты на минуту обрушиться... В Бородинском музее фашистская солдатня устроила такой грязный хлев, как и в толстовской Ясной Поляне. В вестибюле исторического музея развлекались господа офицеры. В углу у окна мы насчитали несколько дюжин бутылок из-под какого-то французского вина, как гласит этикетка – «только для германской армии»... Вся стена, на которой были расположены портреты героев Бородина, исщерблена немецкими пулями», – писал участник боев Б. Яковлев.

601-й полк вступил в деревню Семеновское. 21 января в соседнем лесу еще были слышны очереди вражеских автоматов, которым отвечали наши минометы, а через поле к деревне шли жители Семеновского: их спасли от фашистской «эвакуации» советские солдаты.

В воздушных боях над Бородинским полем участвовали советские асы. В октябре 1941 года защищал московское небо в районе Бородина и Горок Петр Николаевич Лермонтов – летчик 190-го штурмового авиаполка, потомок героя 1812 года мичмана Лермонтова М.Н., сражавшегося в рядах Гвардейского экипажа.
«17 октября 1941 года два звена под командованием капитана Болотова атаковали до 60 танков противника в районе Бородинского поля. После нескольких заходов было уничтожено 15 танков. В машину командира звена младшего лейтенанта Яковлева попал термитный снаряд». Летчик направил свою объятую пламенем машину в колонну фашистских танков.

19 февраля 1942 года жители деревень Доронино и Утицы стали очевидцами тарана гитлеровского «юнкерса» нашим истребителем ЛаГГ-3, управляемым Силантьевым В.В. Четверо летчиков 172-го одельного истребительного авиаполка участвовали в полете. Двое из них не вернулись на аэродром, У Силантьева кончились патроны, но, видя, что фашист обстреливает санитарный поезд, идущий с фронта, он решил таранить врага. «Юнкере» был подбит и упал недалеко от Доронина. Раненный в голову Силантьев не смог посадить машину. Летчик, спасший жизнь сотням бойцов, в последний раз сражался над полем Бородина.

У подножия батареи Раевского ещё в 1912 году по проекту архитектора Воейкова В.В. было сооружено здание Бородинского музея. Во время пребывания в Бородине гитлеровцы разрушили не только здание музея, но и почти все окружающие его старые деревни и села. В Бородине из 50 домов осталось только семь, в Беззубове из 33-х – шесть, в Горках из 44-х – один, а Татариново и Князьково были стерты с лица земли.
Известный советский писатель Илья Эренбург писал в те памятные январские дни 1942 года: «Почему немцы устроили в музее Бородина скотобойню? Они мстили славным предкам за доблесть столь же славных потомков... Они хотели взорвать памятники – Кутузову и русским солдатам. Не успели... Россия не забудет и второй день Бородина: сожженных сел, уничтоженного музея и доблестных красноармейцев, которые сказали своим славным предкам: «мы отстояли Москву».

В честь подвига солдат Советской Армии стоит на поле русской славы памятный знак – танк Т-34 образца 1944 года, лучший средний танк Второй мировой войны. Он установлен у цепи дотов на передовом рубеже Можайской линии обороны, сохраняющихся как напоминание о героях 5-й армии, которые защищали Бородино.

Бывший воентехник 2-го ранга 210-го мотострелкового полка 82-й дивизии Жмудин И.В. рассказывал о первом захоронении советских воинов на Бородинском поле у памятника Кутузову М.И. в 20-х числах января 1942 г. Погибших при освобождении поля шестерых офицеров и двадцать рядовых солдат похоронили на высоте у деревни Горки. Герои умножили славу своего полка, который за участие в боях у Можайска и Бородина получил гвардейское звание. На их могиле был установлен оригинальный памятник из гаубичных и зенитных гильз и трех мин. Местные жители помогали бойцам в увековечении памяти погибших, а после войны здесь, как и на других могилах павших солдат, установили стелу с посвящением от благодарных потомков.

Рядом с монументами воинам 1812 года – могилы погибших советских бойцов. Красные гранитные стелы лаконичны по оформлению. Красноармейская каска и лавровая ветвь зримо воплощают главную мысль: «Они погибли во имя победы. Вечная слава героям!» Памятники выполнены в 1956-1958 годах по проекту архитектора Француза И.А. Северо-восточнее батареи Раевского, на позиции, где сражалась одна из батарей 121-го артполка, есть окоп для 85-миллиметрового орудия – окоп Мукомела А.С., бывшего старшины этой батареи.

На Бородинском поле пересеклись пути воинов разных поколений. Им посвящен создававшийся в течение почти двух веков мемориальный комплекс, а точнее – музей под открытым небом. Доблесть – бессмертна. Своё бессмертие она обретает в строках документов, в камне памятников, в благодарном отношении потомков, сберегающих реликвии воинской славы.




возврат назад Обновить страницу


события         архив         воспоминания         творческие работы         тесты по ЕГЭ         блог