Героизм и трусость советских солдат
в битве под Москвой осенью 1941 г.


"Как трудно дух бойца беречь,
Чуть что скрываясь в тень.
Чужую, вражью слышать речь
Близ русских деревень."

А. Твардовский

После образования вяземского и брянского котлов немцы сразу же устремились к Можайской линии обороны. Командующий 4-й армией генерал-фельдмаршал фон Клюге основные усилия сосредоточил вдоль Минской автострады, Киевского и Варшавского шоссе. Значительная часть дивизий находилась до этого или во втором эшелоне, или резерве, или на пассивных участках фронта. Они обошлись почти без потерь, а потому их боевой потенциал оставался высоким. Советское командование к 10 октября развернуло на Можайской линии обороны 4 стрелковые дивизии, 6 военных училищ, 3 запасных стрелковых полка, 5 пулеметных батальонов, 7 танковых бригад, 10 артиллерийских полков и другие части. При этом фланги и стыки укрепленных районов оставались без прикрытия. Не удалось создать и оперативных резервов.

С 13 октября Московский резервный фронт был влит в Западный фронт; все соединения и части на волоколамском направлении объединились в 16-ю армию, на можайском – в 5-ю, на малоярославецком – в 43-ю и на калужском – в 49-ю армии. Интенсивность боев возрастала по мере высвобождения немецких сил из-под Вязьмы и Брянска, подхода советских войск к Можайской линии. Сплошного фронта там не было. Обстановка менялась ежедневно, если даже не ежечасно. Против напористых, хорошо оснащенных и обученных немецких войск действовали немногочисленные, формируемые в основном в ходе боев, советские соединения. В такой обстановке от каждого батальона и полка, дивизии и армии зависел исход боя, операции, а в конечном итоге – судьба Москвы.

На Калужский укрепрайон, расположенный в южной части Можайской линии, наступали 3 пехотные дивизии немцев. Калугу обороняли части 5-й гвардейской стрелковой дивизии, сводный отряд и сводный полк 194-й стрелковой дивизии. В таких совершенно неравных условиях борьбы они не смогли сдержать натиск врага и 13 октября оставили город. Противник устремился на Алексин (60 км восточнее Калуги) и Серпухов, создав угрозу прорыва к Москве. Ставка перебросила под Алексин 173-ю (бывшую 21-ю ополченческую московскую) и 238-ю стрелковые дивизии полковников Богданова А.В. и Короткова Г.П., а под Серпухов – 7-ю гвардейскую и 60-ю (бывшую 1-ю ополченческую московскую) стрелковые дивизии во главе с полковником Грязновым А.С. и генералом Прониным Н.Н.

Эти соединения вместе с 5-й гвардейской сд полковника Миронова П.В. и подразделениями 69-й бригады войск НКВД 29 октября остановили врага на линии 14 км западнее Серпухова, восточнее Тарусы (25 км юго-западнее Серпухова), западная окраина Алексина.

43-я армия генерала Голубева К.Д. обороняла Малоярославецкий укрепрайон, территорию которого пересекают две крупные автотрассы – Варшавское и Киевское шоссе. В 20 км южнее Малоярославца и в 25 км западнее него эти дороги перерезались инженерными сооружениями созданных здесь секторов обороны. На позициях секторов были развернуты части 312-й стрелковой дивизии полковника Наумова А.Ф., подразделения курсантов подольских пехотного и артиллерийского училищ, 6 артиллерийских полков, 3 отдельных пулеметно-артиллерийских батальона, 7 огнеметных рот и др. А на западных подступах к секторам обороны действовали 17-я танковая бригада майора Клыпина Н.Я., десантный отряд майора Старчака И.Г. и передовые отряды курсантов.

Восемь дней они отбивали нескончаемые атаки пехоты и танков, постоянно поддерживаемые артиллерией и авиацией врага. Лишь 18 октября немцы добились успеха: они взяли Малоярославец и окружили детчинский сектор обороны. К счастью, его гарнизону удалось пробиться из кольца окружения и выйти к своим. Подольские курсанты, десантники, бойцы дивизии Наумова и танкисты Клыпина выполнили приказ командования. Задержав противника, они обеспечили развертывание еще четырех стрелковых дивизий, танковой, мотострелковой и двух воздушно-десантных бригад. Совместными усилиями этих соединений фронт в полосе армии был наконец-то стабилизирован. С 29 октября ее войска перешли к обороне по реке Нара.

Но не все показывали такое упорство в обороне. К примеру, части 53-й стрелковой дивизии полковника Краснорецкого Н.П. в ходе боев за Боровск разбегались при малейшем нажиме противника. Низкую боеспособность показала и 17-я (бывшая 17-я ополченческая московская) стрелковая дивизия полковника Козлова П.С. А причина состояла в том, что в ней после боев под Спас-Деменском в строю осталось всего 558 человек, то есть около 6 % первоначального состава. 15 октября в Угодском Заводе (ныне Жуково, 17 км восточнее Малоярославца) она была доукомплектована только что прибывшим маршевым пополнением и уже через два дня введена в сражение на рубеже реки Протва. Оба эти соединения оставляли один рубеж за другим, дав противнику возможность без боя форсировать реку Нара и захватить плацдарм у Тарутино (32 км юго-восточнее Наро-Фоминска).

В дальнейшем под ударами 22 немецких самолетов «дивизии в панике бежали в Подольск, где оказалось около 7 тысяч человек из этих соединений». Низкие морально-боевые качества воинов дивизий, которые только что были переформированы после разгрома в начале октября, объясняются еще и тем, что солдаты плохо владели своим оружием, не были уверены сами в себе и в своих командирах. В состоянии психологического надлома люди утратили возможность контролировать свои действия. Неудержимый страх, особенно перед немецкими танками и самолетами, охватывал их при первых же атаках врага. А это помогало последнему развивать свое наступление. Угроза столице возрастала: линия фронта проходила уже в 75 км от нее. Отступать дальше было некуда…

В такой критической ситуации особую опасность всегда представляют паникеры и трусы. Не найдя других средств, советское руководство пошло по привычному пути. Были преданы суду военного трибунала целые группы командиров и политработников. Перед строем своих подчиненных был расстрелян командир 17-й стрелковой дивизии полковник Козлов. Да, в периоды отчаяния, когда решалась судьба Отечества, жестокость нередко оказывалась единственным средством, способным остановить врага. И все же перелом создавали отнюдь не репрессии, а ввод в сражение новых и новых сил.

15 октября, когда немцы овладели Боровском и возникла реальная угроза прорыва их к столице по Киевскому шоссе через Наро-Фоминск, Ставка передала Западному фронту полевое управление 33-й армии, возглавляемое генерал-лейтенантом Ефремовым М.Г., и включила в состав армии 4 стрелковые дивизии. На сосредоточение и развертывание армии потребовалось около пяти суток. За это время передовые части 20-го армейского корпуса врага приблизились к Наро-Фоминску и 22 октября начали его штурм.

При этом части двух пехотных дивизий не только ворвались в город, но и, просачиваясь через лесные массивы, перерезали подходы к нему. В боях за Наро-Фоминск решающую роль сыграла 1-я гвардейская Московская мотострелковая дивизия. Ее воины во главе с Героем Советского Союза полковником Лизюковым А.И. за «четыре дня непрерывных боев измотали противника, отбросили его за реку Нара и вынудили перейти к обороне». Но за победу бойцы и командиры дивизии заплатили большую цену: часть потеряла до 70 % личного состава. Таким образом, в конце октября враг был задержан и на наро-фоминском направлении.

На можайском направлении – кратчайшем и удобнейшем пути к Москве – почти параллельно друг другу проходят железная дорога, Можайское шоссе и Минская автострада. Последняя – единственная трасса, проложенная от границ рейха до советской столицы. Ее особенно хорошо знали немцы. Ведь накануне войны именно они помогали ее строить, причем на вполне современном уровне. И вот теперь она стала главной питающей артерией группы армий «Центр». Развитая дорожная сеть позволяла ей расширить фронт наступления, совершать обходные маневры для удара по флангам и тылу советских войск. Эти обстоятельства и определили выбор направления для самого сильного удара 4-й армии. Сюда генерал-фельдмаршал фон Бок направил 4 корпуса. Здесь и развернулись сражения, которые отличались особой напряженностью.

Сдерживающие бои на подступах к Можайскому укрепрайону в течение пяти суток вели запасная учебная, 18-я и 19-я танковые бригады под командованием полковников Томашевского A.M., Колиховича С.А., подполковника Дружинина А.С. и другие части. За это время на позициях укрепрайона успели развернуться 32-я стрелковая дивизия полковника Полосухина В.И., 151-я мотострелковая бригада, 230-й стрелковый запасной полк и батальон курсантов Военно-политического училища. Такими силами 5-я армия генерал-майора Лелюшенко Д.Д.готовилась оборонять полосу шириной 50 км.

Утром 14 октября после артиллерийской и авиационной подготовки 10-я танковая дивизия противника вместе с полками СС «Дойчланд» и «Фюрер» двинулись в атаку. Покорители Ельни и Вязьмы рвались к Москве. Им уже грезились победные марши и богатые трофеи в поверженной русской столице. «Дивизия СС и танковая дивизия, – отмечалось в описании боев 4-й танковой группы, – под Можайском наступают с таким подъемом, будто у них позади не четыре месяца тяжелейших боев, а длительный отдых...» Но не дрогнули советские воины, в который раз подтвердив свою любовь к Отчизне и умение ее защитить.

Дивизия Полосухина, дислоцировавшаяся до войны на Дальнем Востоке и получившая боевой опыт при разгроме японских войск у озера Хасан, теперь встала на пути рвавшегося к Москве врага, отбивая одну за другой атаки превосходивших сил. Жесточайшие рукопашные схватки развернулись на полях, прославленных русскими воинами в 1812 году у села Бородино, на берегах речек Колочи и Еленки. Бои здесь не прекращались 5 суток. По нескольку раз переходили из рук в руки деревеньки, от которых в конце концов остались одни пепелища да названия на военных картах. Был тяжело ранен и генерал Лелюшенко, которого пришлось эвакуировать в тыл. 18 октября командование армией принял начальник артиллерии Западного фронта генерал-майор артиллерии Говоров Л.А., проявивший себя еще в боях под Ельней.

Германское командование вводило в сражение все новые и новые соединения. Но и советская сторона наращивала свои силы. Так, с 15 по 25 октября Ставка передала в состав 5-й армии 2 стрелковые дивизии, 5 танковых бригад, а также 7 артиллерийских, 9 артиллерийско-противотанковых полков, 6 гвардейских минометных дивизионов и другие части. В итоге 12-дневных ожесточенных боев враг смог лишь вытеснить советские войска с Можайского УРа, но все его попытки развить успех и продвинуться в сторону Москвы вдоль Минской автострады оказались безрезультатными.

Командующий группой армий «Центр» генерал-фельдмаршал фон Бок решил перенести направление главного удара с запада на северо-запад. 4-я танковая группа получила задачу перегруппировать соединения на 65 км к северу по дороге Дорохово – Руза – Новопетровское, а затем выйти на шоссе Волоколамск – Москва. Рокада, выбранная для такого маневра, пролегает через узел дорог на Минской автостраде у поселков Шаликово, Дорохово (12-16 км восточнее Можайска). В большей своей части она имеет твердое покрытие, что в условиях осенней распутицы делало ее просто незаменимой. 25 октября по ней на север стали выдвигаться подвижные соединения немцев.

Но в этот же день по приказу генерала Жукова Г.К. 5-я армия нанесла контрудар, в результате которого части 82-й мотострелковой дивизии полковника Карамышева Г.П. и 25-й танковой бригады полковника Таранова И.А. подошли к восточной окраине Дорохова и блокировали узел дорог. Тем самым они на 10 суток задержали маневр 40-го моторизованного корпуса противника, нарушили планы немецкого командования и оказали помощь 16-й армии, оборонявшейся под Волоколамском. 29 октября на рубеже Колюбакино (19 км юго-западнее Звенигорода), Тучково (30 км северо-восточнее Можайска), восточная окраина Дорохова, Нарские пруды войска обеих сторон перешли к обороне.

Бои на участке Волоколамского укрепрайона начались 16 октября ударом двух танковых дивизий врага по левому флангу армии генерала Рокоссовского. За пять дней наступления немцам удалось прорвать оборону на фронте шириной 20 км и углубиться на 12-15 км, но, потеряв 34 танка, они приостановили атаки.

Исключительно высокой оказалась стойкость войск, хотя для многих бойцов и командиров эти бои были первыми. Но они упорно сражались с многоопытным врагом, не дрогнув ни от налетов авиации, ни от огня артиллерии, ни от ударов танков. Особенно успешно действовала 316-я стрелковая дивизия генерал-майора Панфилова И.В. Одна из главных причин – тщательная и длительная подготовка личного состава к боям. И здесь добрым словом следует вспомнить командующего 52-й армией Северо-Западного фронта генерала Клыкова Н.К., в распоряжение которого в конце августа поступила прибывшая из Казахстана дивизия Панфилова.

Командарм не стал вводить ее в бой, а оставил в резерве. Почти месяц шли занятия по 12-14 часов в сутки. И не случайно командир 5-го армейского корпуса генерал Р. Руоф 23 октября в докладе генерал-фельдмаршалу фон Боку отмечал: «316-я русская дивизия... имеет в своем составе много хорошо обученных солдат, ведёт поразительно упорную оборону... Ее слабое место – широкий фронт расположения».

24 октября немцы возобновили наступление. Непосредственно на Волоколамск наступали 2 пехотные и 3 танковые дивизии. Через два дня у деревни Скирманово (28 км юго-восточнее Волоколамска) появились части еще одной танковой дивизии. Удары противника пришлись по центру и левому флангу 16-й армии, где оборонялись курсантский полк Московского пехотного училища имени Верховного Совета РСФСР, 690-й стрелковый полк, только что вышедший из окружения, части генерала Панфилова, 289-й и 296-й артиллерийские противотанковые полки и другие части. После семидневных упорных боев противник все-таки овладел Волоколамском и Скирманово, но это оказалось его последней удачей. На рубеже 4 км восточнее Волоколамска, Рождествено (7 км южнее Новопетровского) фронт был стабилизирован.

Итак, к концу октября на Можайской линии обороны враг был остановлен. В 70-110 км к западу от Москвы…


При написании реферата были использованы материалы книги
И.Б. Мощанский, А.В. Исаев "Триумфы и трагедии великой войны", М., "Вече", 2010 г.




события         архив         воспоминания         творческие работы         тесты по ЕГЭ         блог