Герои 1941-го


"Есть в голосе моем звучание металла.
Я в жизнь вошел тяжелым и прямым…"

Н. Майоров

Советский средний танк Т-28

Подвиг экипажа «огненного танка»

История об «огненном танке» долгое время считалась среди жителей Минска городским фольклором. Старожилы рассказывали, что якобы при отступлении советских войск из Минска в первые дни войны в засаде был оставлен одинокий танк, который совершил по улицам города впечатляющий рейд. Однако существовал ли этот танк на самом деле, кто были герои, рискнувшие в одиночку сразиться с гитлеровским гарнизоном, никто не мог сказать в точности...

Но, как выяснилось, легенда о танке-мстителе имела под собой вполне реальную основу. Началась она так. В июне 1941-го на складе Наркомата обороны, расположенном недалеко от Минска, служил заведующий хранилищем автобронетанковых запчастей старший сержант-сверхсрочник Дмитрий Иванович Малько. Родился Малько в 1916 г. в Александровске (ныне – Запорожье, Украина), в 1937-м был призван в ряды Красной Армии и за несколько лет прошел отменную боевую школу – воевал в Испании, на Халхин-Голе, в Финляндии.

С началом войны на складе, где служил Малько, оказался поступивший из капитального ремонта средний танк Т-28. Мощная машина была вооружена 76,2-миллиметровым орудием и четырьмя пулеметами ДТ. На начало войны Т-28, выпускавшийся с 1933 г., уже морально устарел, особенно на фоне новейшей «тридцатьчетверки», но по-прежнему превосходил по боевым показателям все танки вермахта.

Вот эту-то машину, у которой даже не было экипажа, Малько согласно приказу об эвакуации склада должен был отогнать в Могилев. Однако по дороге танк поломался, и, пока Малько устранял неисправность, колонна ушла дальше. Таким образом, «бесхозный» механик-водитель вместе со своим танком перешел под команду встретившегося ему в лесу майора-танкиста по фамилии Васечкин (его имя неизвестно по сей день). Он возглавлял небольшой отряд из таких же, как Малько, потерявшихся в хаосе июня 41-го курсантов. Звали их Николай Педан, Александр Рачицкий, Федор Наумов, фамилия четвертого – Сергея – осталась неизвестной.

Майор Васечкин был, видимо, инициативным и энергичным командиром. Под его руководством экипаж решил пробиваться к своим не «тихой сапой», а с боем, через оккупированный Минск. Дерзкий план вполне мог осуществиться – целей для мощного Т-28 в Минске было хоть отбавляй, а в боеприпасах и топливе недостатка не было: на пути танкистам попались брошенные склады со снарядами, патронами и ГСМ (горюче-смазочные материалы).

Утром 3 июля 1941-го Т-28 въехал в оккупированный Минск. Никакого интереса к танку с красными звездами на броне оккупанты, которых танкисты увидели на улице Ворошилова, не проявили – видимо, решили, что это очередная трофейная машина. Несколькими пулеметными очередями уничтожив группу фашистов, грузивших ящики со спиртным в грузовик, танк по деревянному мосту пересек реку Свислочь и по Гарбарной улице двинулся в центр города.

На пересечении Советской и Октябрьской улиц (ныне – проспект Независимости и улица Янки Купалы) экипаж Т-28 увидел скопище вражеской техники – танки, бронемашины, грузовики и бензовозы стояли в несколько рядов, немецкие солдаты беспечно купались в реке. И тут загрохотала танковая пушка, раздались пулеметные очереди... Через несколько минут перекресток был превращен в море огня, а танк на максимальной скорости мчался дальше, к выезду из города. По пути курсанты, прильнувшие к пулеметам, поливали огнем в ужасе разбегавшихся немцев.

В районе Золотой Горки Т-28 попал под обстрел германской противотанковой батареи. Несколько снарядов попало в корму танка, он загорелся, но еще некоторое время продолжал двигаться. «Покинуть машину!» – приказал майор Васечкин... Командир экипажа и один из курсантов приняли свой последний бой на Комаровской развилке Минска (ныне – площадь Якуба Коласа). Они отстреливались из личного оружия до конца и погибли как герои.

Но самое удивительное, пожалуй, состоит в том, что троим членам экипажа удалось уцелеть. Заряжающий Федор Наумов попал к партизанам, Николай Педан был взят в плен и провел войну в концлагере, а раненному осколком в голову механику-водителю Дмитрию Малько удалось перейти линию фронта и попасть к своим. Впоследствии он достойно воевал в рядах бронетанковых войск: водил в атаки Т-34, «Черчилль», «Матильду», «Валентайн». Освобождал Белоруссию, Польшу и закончил войну в Кенигсберге гвардии старшим лейтенантом.

Всего за время героического рейда одинокого Т-28 по Минску танкисты уничтожили и вывели из строя около 10 танков и бронемашин противника, 14 грузовиков, 3 артиллерийские батареи. Немцы понесли и немалые потери в живой силе – «огненный танк» уничтожил 360 офицеров и солдат вермахта.

К сожалению, стоит отметить, что подвиг отважных танкистов так и не был по достоинству оценен ни во времена СССР, ни после. Только в 1966 году благодаря поисковой работе школьников-энтузиастов был найден один из членов героического экипажа, человек, который провел Т-28 по улицам захваченного Минска, – скромный рабочий Минского моторного завода Дмитрий Малько. Его наградили орденом Отечественной войны I степени. Но, по большому счету, легенда об «огненном танке» так и осталась легендой. Достаточно сказать, что до сих пор не выяснены имена двух членов бесстрашного танкового экипажа, никак не увековечена память о его подвиге.

Красноармеец Овчаренко Д.Р.

Подвиг, совершенный этим бойцом, до сих пор вызывает невольное удивление даже у бывалых солдат. Многие склонны считать его некой фронтовой байкой, далекой от реальности. Однако правы те, кто утверждает: на войне может приключиться все что угодно. В том числе и то, что случилось с обыкновенным ездовым красноармейцем Овчаренко 13 июля 1941-го...

В довоенной биографии героя ровно ничего примечательного нет. Родился Дмитрий Романович Овчаренко в 1919 году в крестьянской семье в селе Овчарово Харьковской губернии (ныне – Луганская область Украины). Получил начальное школьное образование. В 1939-м был призван в Красную Армию, служил ездовым 3-й пулеметной роты 389-го стрелкового полка 176-й стрелковой дивизии, которая с началом войны вела боевые действия на Южном фронте.

13 июля 1941 г. Овчаренко сопровождал на передовую телегу, нагруженную ящиками с патронами. Недалеко от Каменец-Подольска, рядом с поселком Песец, наперерез телеге Овчаренко внезапно выскочили два грузовика с полусотней солдат вермахта. К красноармейцу приблизились двое немецких офицеров. Один из них в пренебрежительном тоне начал задавать ему вопросы: куда следует, с какой целью?..

Дальнейшие события развивались стремительно. Неожиданно Овчаренко выхватил из-под брезента спрятанный там топор и мощным ударом... раскроил допрашивавшему его офицеру череп. Второй бросился бежать. А затем Овчаренко схватил три гранаты и одну задругой швырнул в близстоящие автомобили. Грянули взрывы, от которых 21 немецкий солдат был убит на месте. Остальные пустились наутек.

Между тем Овчаренко времени не терял: схватив топор, он бросился догонять второго офицера и, настигнув его на близлежащем огороде, зарубил. Вернувшись к своей телеге, красноармеец собрал найденные у вражеских офицеров карты и документы и, не мешкая, погнал лошадей к передовой...

Вскоре после совершения подвига ездового Овчаренко перевели на должность пулеметчика. И уже 27 июля, как свидетельствуют документы, он «на высоте 239,9 ураганным огнем уничтожал противника. Его пулемет работал безотказно. Своим героизмом тов. Овчаренко воодушевлял всех бойцов на разгром фашистских банд».

9 ноября 1941 года за выдающийся подвиг Дмитрию Овчаренко было присвоено звание Героя Советского Союза. Отважный солдат прошел почти всю войну и погиб незадолго до Победы, 28 января 1945 г., в боях за освобождении Венгрии.

Старший сержант Сиротин Н.В.

Подвиг уроженца Орла Николая Сиротина как никогда лучше опровергает старинную пословицу, утверждающую, что один в поле не воин. Последним днем своей жизни, днем 17 июля 1941-го, старший сержант-артиллерист доказал обратное...

О Николае Владимировиче Сиротинине известно немногое. Родился он в 1921 году в большой семье, работал в Орле на заводе «Текмаш». В 1940-м был призван в Красную Армию, служил в артиллерии 409-го стрелкового полка 137-й стрелковой дивизии. В первый же день войны старший сержант Сиротинин был ранен во время авиационного налета. Но ранение оказалось неопасным, и вскоре Николай снова попал на фронт, наводчиком 76,2-миллиметрового орудия.

17 июля 1941 г. недалеко от белорусского городка Кричев Сиротинин получил боевую задачу – прикрыть отход советских войск. Пушку замаскировали рядом с колхозной конюшней, на холмистом ржаном поле, направив ствол в сторону моста через реку Добрость, через который должна была направляться вражеская бронетехника. В точности не известно, почему старший сержант остался у орудия в одиночестве – возможно, после краткосрочного боя он должен был отойти на соединение со своими. Но факт остается фактом – Сиротинин в одиночку вступил в неравный бой с наступавшей 4-й танковой дивизией вермахта...

Первый же немецкий танк, появившийся на мосту, Николай поджег метким выстрелом. Второй снаряд уничтожил бронетранспортер, замыкавший колонну. Когда два танка предприняли попытку убрать горящую головную машину с моста, Сиротинин подбил и их. Несколько БТРов попытались преодолеть водную преграду вброд, но забуксовали на топком берегу. Через несколько минут эти вражеские машины тоже дымно горели...

Сначала ошеломленные немцы решили, что против них ведет бой как минимум батарея. Когда через два с половиной часа боя они смогли, наконец, приблизиться к замаскированной советской пушке, у Николая оставалось только три снаряда. На предложение сдаться старший сержант ответил огнем в упор из личного оружия – мосинского карабина...

Всего в ходе беспримерного боя Николай Сиротинин в одиночку уничтожил 11 танков, 7 бронемашин, 150 офицеров и солдат противника. В тот же день обер-лейтенант вермахта Хенфельд сделал в дневнике такую запись:«17 июля 1941 года. Сокольничи, близ Кричева. Вечером хоронили неизвестного русского солдата. Он один стоял у пушки, долго расстреливал колонну танков и пехоту, так и погиб. Все удивлялись его храбрости... Оберст перед могилой говорил, что если бы все солдаты фюрера дрались, как этот русский, то завоевали бы весь мир. Три раза стреляли залпами из винтовок. Все-таки он русский, нужно ли такое преклонение?»

Как выяснилось впоследствии, никакого особенного «преклонения» от своих земляков Николай Сиротинин так и не дождался. В 1960 г. его посмертно наградили орденом Отечественной войны I степени. А на том месте, где со славой погиб старший сержант, задержавший целую дивизию, в 1967-м установили более чем скромный памятник. Похоронен герой в братской могиле в Кричеве. Его имя носят улица в этом белорусском городе, школа в деревне Сокольничи.

Из книги В. Бондаренко «Сто великих подвигов России», М., «Вече», 2011 г.



возврат назад Обновить страницу


события         архив         воспоминания         творческие работы         тесты по ЕГЭ         блог