Жертвы Великой Отечественной Войны


Депортации мирного населения в период ВОВ
Немецкий оккупационный режим на захваченных территориях

"Сидел писец в Освенциме,
Считал не хуже робота –
От матерей с младенцами
Волос на сколько добыто."

И. Эренбург


Жертвы Второй Мировой войны
СтранаВоенныеГражданскиеВсего
Австралия29000нет данных29000
Австрия380000145000525000
Бельгия100007500085000
Болгария19000200021000
Канада39000нет данных39000
Китай13240001000000011132400
Чехословакиянет данныхнет данных400000
Дания4000нет данных4000
Финляндия79000нет данных79000
Франция340000470000810000
Германия325000038100007060000
Грециянет данныхнет данных520000
Голандия14000236000250000
Венгриянет данныхнет данных750000
Индия36000нет данных36000
Италия33000080000410000
Япония15060003000001806000
Новая Зеландия12000нет данных12000
Норвегия5000нет данных5000
Польша85000060000006850000
Румыния520000465000985000
Южная Африка9000нет данных9000
Советский Союз86680001690000025568000
Испания120001000022000
Великобритания32600062000388000
США295000нет данных295000
Югославия30000014000001700000

Преследования

Лагерь "Освенцим"

Антисемитизм стал официальной политикой фашистского государства, хотя евреи составляли менее 1% населения, нацисты обвинили их в том, что они якобы стали хозяевами Германии. Для достижения своих целей гитлеровцам необходимо было лишить евреев возможности участвовать в жизни общества. Этот процесс начался в апреле 1933 г., когда нацистская партия и власти призвали к бойкоту еврейских магазинов и фирм. В результате многие евреи бежали из Германии, но в целом бойкот не достиг поставленной цели. Нацистские лидеры поняли, что антиеврейская политика требует более тщательной разработки. С этого момента они пытаются заручиться либо активной поддержкой населения, либо по меньшей мере его молчаливым согласием.

Смешанные браки были запрещены. С 1939 года евреев стали выселять в специально отведенные дома и кварталы – гетто. Им было запрещено появляться в общественных местах, заниматься многими видами деятельности. Они были обязаны постоянно носить нашитую на одежде желтую звезду. В ночь с 9 на 10 ноября 1939 года власти организовали еврейский погром, жертвами которого стали десятки тысяч человек. Так была подготовлена почва для истребления евреев, начавшегося в годы войны: 6 миллионов евреев стати жертвой расового безумия нацистов.

В 30-е годы нацисты приняли более четырехсот законов, последовательно ограничивающих евреев в их гражданских и экономических правах. Процесс, растянувшийся в Германии на пять лет, занял в Австрии, аннексированной ретьим рейхом в марте 1938 г. (так называемый «аншлюс»), всего одну ночь. И в Германии, и в Австрии еврейские врачи, учителя, адвокаты, профессора, предприниматели лишились работы, а вместе с тем и возможности содержать семью. Еврейских детей выгоняли из школ, а студентов выживали из университетов. Многие пытались эмигрировать. Тех, кому удавалось найти страну, готовую их принять, вынуждали полностью отказаться от своего имущества.

По мере углубления сегрегации евреев начали изменяться и настроения в обществе: большинство немцев либо поддержали попытки правительства очистить Германию от евреев, либо остались к ним безразличными. К началу депортации немецких евреев в 1940 г. контакты между ними и их согражданами были разорваны практически полностью. В сентябре 1941 г. уже совершившаяся сегрегация была закреплена символически: евреям было приказано нашить на одежду желтую «Звезду Давида».

Грабеж

Холокост – не только физическое уничтожение людей, по сути дела, это был самый крупный и изощренный грабеж во всей мировой истории. В 30-е годы нацистское государство отобрало у евреев все, что можно отобрать: квартиры, дома, произведения искусства, предметы быта и даже фамильные ценности. Банки и предприятия, которыми владели евреи, также были конфискованы. Пытаясь спасти свое имущество, люди переводили средства – наличные деньги, страховые полисы, драгоценности – за границу, преимущественно в Швейцарию.

печь...

Нацисты до нитки грабили и тех, кого депортировали в концентрационные лагеря. Все личные вещ – одежда, обувь, очки, кольца, детские коляски – немедленно по прибытии. Многое из отправляли в Германию для раздачи немецкому населению. Они грабили даже трупы своих жертв. Женские волосы, срезанные до или после газовых камер, шли на изготовление теплых носков и одеял для экипажей подводных лодок. Вырванные золотые зубы переплавляли. Золу от сожженных тел применяли в качестве сельско-хозяйственного удобрения.

Масштаб этого грабежа осознан совсем недавно. Во многих европейских странах, включая Швецию, созданы комиссии для рассмотрения компенсаций пережившим Холокост и их семьям. Бывшая Западная Германия уже выплатила компенсацию живущим на Западе евреям, однако в Восточной Европе, где два поколения прожили при коммунистических режимах, выжившие жертвы Холокоста до недавнего времени так ничего и не получили.

Преследования евреев-предпринимателей

Всего два месяца спустя после прихода к власти нацисты начали терроризировать еврейских предпринимателей. В апреле 1933 г. нацистская партия предприняла первые шаги для экономического подавления евреев. Члены гитлерюгенда расклеивали на витринах еврейских магазинов предупреждения – не покупать у Подобные меры предпринимались и против еврейских врачей и адвокатов. В апреле 1933 г. доктор записала в дневнике:
«Этот день, как ожог в моем сердце. Кто бы мог подумать, что такое еще возможно в XX веке?! Перед всеми еврейскими магазинами, адвокатскими конторами и кабинетами врачей стоят молодые люди с плакатами: "не покупайте у евреев «не ходите к еврейским врачам», всякий, покупающий у евреев, – предатель» евреи – воплощение лжи и подлости. Таблички на дверях приемных вымазывают грязью или разбивают, а люди смотрят и молча проходят мимо. Наверное, о моей табличке просто забыли. Боюсь, я бы не сдержалась.

Вчера ко мне зашел один из этих парней и спросил: Это еврейское предприятие?– «Это кабинет врача, – ответила я. – Вы больны?» Вечером мы с друзьями, три супружеские пары, все врачи, ужинали на Гогенцоллерндамм. Все были очень подавлены. Эмиль, один из нашей компании, оптимист, пытался нас убедить, что через несколько дней эти безобразия закончатся.

Никто не понимает моего возмущения, когда я говорю: "Лучше бы они просто нас убили. Это гуманнее, чем медленное психологическое уничтожение личности. Впрочем, моя интуиция редко меня подводит.

Изгнание из школ

Начиная с 1933 г. еврейских детей планомерно изгоняют из немецких школ. На снимке – урок нацистской идеологии, во время которого подвергались унижениям ученики-евреи. Можно разобрать слова на доске: «Еврей – наш самый главный враг. Будьте бдительны с евреями!" Вот свидетельства еврейских школьниц о том, как изменилась их жизнь после принятия нацистского «Постановления о мерах по борьбе с переполнением немецких школ..

Геффен-Людомер из берлинского пригорода Рангсдорфа: «От дружелюбной атмосферы не осталось и следа... Никто больше не хотел со мной дружить. А многие соседи даже боялись разговаривать. Некоторые, когда мы сами к ним заходили, говорили напрямик: «Больше к нам не ходите, мы боимся. Нам нельзя общаться с евреями».

Жительнице Нюрнберга Ганг-Зальхеймер, которой в 1933 г. исполнилось 11 лет, разрешили учиться в немецкой школе, потому что ее отец был ветераном Первой мировой войны. Но и ей не удалось избежать изоляции. «Мы с тобой не можем идти домой – говорили дети-немцы. – Нельзя, чтобы нас видели вместе на улице. «С каждым новым днем нацистского правления, – писала Марта, – пропасть между нами и нашими соседями становилась все шире. Мальчики и девочки, с которыми мы много лет были в самых теплых отношениях, отвернулись от нас. Вдруг выяснилось, что мы другие.

"Хрустальная ночь"

Утром 7 ноября 1938 г. семнадцатилетний польский еврей Гершель Гриншпан застрелил в Париже немецкого дипломата Эрнста фон Рата. За неделю до этого родителей юноши вместе с другими семнадцатью тысячами польских евреев выслали из Германии. Условия жизни на «ничьей земле» между Германией и Польшей были невыносимыми, и узнав об ужасающем положении своих родных, в припадке ярости, в знак протеста разрядил пистолет в немецкого дипломата.

После того как фон Рат умер от полученных ран, гитлеровский министр пропаганды Йозеф Геббельс дал инструкцию прессе развернуть кампанию против немецких евреев. Эта кампания привела к самому крупномасштабному погрому в современной европейской истории.

Вечером и ночью с 9 на 10 ноября по всей Германии прокатилась волна насилия: осквернены сотни синагог, разрушены и разграблены тысячи магазинов, хозяевами которых были евреи. Надругательствам подверглись еврейские кладбища. Сотни евреев погибли, десятки тысяч еврейских мужчин были арестованы и брошены в концлагеря. А верх цинизма заключался в том, что нацистское руководство обвинило во всем самих евреев и еврейским организациям Германии пришлось выплатить государству «компенсации» в размере миллиарда марок. Все страховые выплаты пострадавшим были конфискованы, а еврейским торговцам было приказано произвести уборку и восстановить внешний вид улиц.

Создание гетто

В средневековье в европейских городах евреи, как правило, селились в отдельных кварталах. С XVI века эти районы стали называть "гетто". В Германии они прекратили существование в начале XIX века, во время наполеоновских войн. Оккупировав Польшу в сентябре 1939 г., нацисты издали указ, согласно которому польские евреи должны были оставить свои дома и переехать в специально отведенные для них районы особо указанных городов.

Первые гетто появились в начале 1940 г. А вскоре их было уже несколько сотен – больших и малых, по всей Польше и Восточной Европе. Переселение евреев в гетто значительно облегчило последующие шаги вдохновителей и исполнителей Холокоста.

Распоряжение шефа управления безопасности СС Гейдриха о переселении евреев

В целях обеспечения надлежащих условий для контроля и последующей депортации евреи должны быть переселены в гетто. Необходимо в кратчайшие сроки (в течение трех-четырех недель) изолировать евреев-торговцев, в настоящее время проживающих и работающих в сельской местности. Их местонахождение и порядок передвижения должны быть согласованы с вермахтом в целях обеспечения безопасности при снабжении войск.

крематорий 2

План действий:
1. Немедленно приступить к переселению евреев в города.
2. Депортировать евреев из Рейха в Польшу.
3. Депортировать оставшихся цыган в Польшу.
4. Приступить к систематической депортации евреев с территории Германии товарными поездами...
Пешеходный мост над "арийской" улицей в Лодзинском гетто (Польша). Евреям строго запрещались какие-либо связи с внешним миром. Поэтому для сообщения между еврейскими кварталами, разделенными «арийскими» магистралями, иногда возводились такие переходы. Толкучка на мосту вызвана чудовищной перенаселенностью гетто.

Сегодняшний день (воскресенье, 13 октября) оставил особенное впечатление. Стало ясно, что ста сорока тысячам евреев с юга Варшавы... придется оставить свои дома и переселиться в гетто. Пригороды уже очищены от евреев. Сто сорок тысяч христиан должны будут в ближайшее время покинуть кварталы гетто... Весь день люди паковали вещи и двигали мебель. Юденрат осаждали сотни людей, пытающихся выяснить, какие улицы включены в территорию гетто.

Жизнь в гетто, историк Эммануэль Ригенблюм

Мне рассказали, как на Йом-Кипур убили рабби из Венгрова.Сначала ему велели подмести улицу, потом приказали собрать мусор в меховую шапку, а когда он наклонился, его трижды ударили штыком. Рабби продолжал работать, пока не умер.

В сотни гетто на территории Восточной Европы загоняли не только местное еврейское население, но и евреев из Германии и Австрии. Иногда в польские гетто депортировали и немецких цыган. Очень скоро условия жизни в этих местах стали невыносимыми. Немецкие власти решили, что принятые нормы существования в городах на гетто не распространяются.

Гетто оказались смертельными ловушками. Одним из решающих факторов стало умышленно созданное жуткое перенаселение. Численность обитателей Варшавского гетто достигала четырехсот тысяч: один человек на 7,5 квадратных метров. Многие семьи ютились по пятнадцать и более человек в одной комнате. Раздобыть топливо зимой стало так трудно, что обычный уголь звали «черным жемчугом». Еды тоже постоянно не хватало. Немцы объявили «нормой» 200 калорий на человека в день. (Для сравнения: сегодня в шведских больницах специальные дневные диеты для похудания составлены из расчета 1000 калорий.) Чтобы выжить, приходилось провозить продукты питания контрабандой с «арийской» стороны. Таких «контрабандистов», а также уличенных в тайном хранении пищевых продуктов нацисты расстреливали на месте.

Подобные условия жизни неизбежно приводили к вспышкам эпидемических заболеваний, в первую очередь тифа. Резко возросла «естественная» смертность. В 1941 г. каждый десятый житель Варшавского гетто умер от голода или болезни. Медицинская помощь стала нереальной, поскольку у еврейских врачей и медсестер не было ни лекарств, ни необходимого оборудования. Вот что писал один из врачей: «Энергичные, полные жизни люди на глазах превращаются в апатичных сомнамбул. Они все время лежат, им едва хватает сил дойти до уборной...

Их убивают усилия, предпринимаемые для добычи пищи. Иногда они умирают с куском хлеба в руке». Не было никакой возможности помочь изможденным сиротам, тысячами слоняющимся по улицам. Накрытые газетами трупы в ожидании перевозки лежали прямо на тротуарах. Их хоронили в общих могилах. Но даже в таких невероятных условиях евреи пытались вести «нормальную» жизнь. Несмотря на запрет школьного обучения, оно продолжалось.

Варшавское гетто...

В Лодзи работали шестьдесят три школы, в которых учились около 23 330 учеников. Несмотря ни на что, молодые люди пытались получить образование. Вот что писал в своем дневнике 25 марта 1942 г. школьник Давид Зраковьяк из Лодзи: «Я чувствую себя совсем больным. Читаю, но заниматься не могу. Поэтому учу английские слова. Сейчас читаю Шопенгауэра. Философия и голод. Неплохое сочетание!»

Хотя немцы после оккупации Польши сожгли сотни синагог, многие евреи продолжали соблюдать религиозные традиции. Это было запрещено. Евреев, которых гестаповцы или эсэсовцы заставали за молитвой, подвергали разного рода издевательствам. Им отрезали бороды или даже заставляли мочиться на молитвенники и свитки Торы.

Варшавское гетто...

Частные еврейские коллекции книг и публичные библиотеки были объектами самого пристального внимания нацистов. Хранимые веками еврейские исторические архивы в Восточной Европе были конфискованы или уничтожены. В 1942 г., с началом депортации из гетто, оставленные книги и рукописи нередко шли на растопку. И все же культурная жизнь, столь необходимая для поддержания морального духа людей, не прервалась.

Музыканты, художники, актеры продолжали работать. В Лодзи, например, работал детский кукольный театр, в Варшаве – детский хор. В гетто устраивали концерты и давали театральные представления до тех пор, пока музыкантов и актеров не депортировали в лагеря смерти. По мнению многих историков, культурная жизнь в те годы была формой сопротивления.

В гетто было немало людей, осознавших, как важно для будущего фиксировать все, что происходит. Одни вели дневники, другие собирали документы и свидетельства о жизни в гетто, о немецкой политике в целом и отдельных случаях зверств. Особый вклад внесли историк Эммануэль <Рингельблюм, учитель Хаим Каплан из Варшавы и адвокат Авраам Тори из Ковно (Каунаса).

Вначале немцы использовали население гетто в качестве дармовой рабочей силы. Некоторые гетто сыграли важную роль в обеспечении немецкой армии товарами и услугами. Скажем, еврейские поселения Варшавы, Лодзи, Белостока и Сосновица были почти полностью ориентированы на военное производство. Нередко немцы использовали труд евреев в личных целях – ради получения собственной выгоды и удобств. Многие обитатели гетто воспринимали такую работу как единственный шанс на выживание. Но рано или поздно стремление нацистов уничтожить евреев оказывалось сильнее желания извлечь пользу из их труда.

Смерть на улице

Смерть на улице...

Смерть подстерегала людей в гетто повсюду. Адина Цвайгер работала медсестрой в больнице Варшавского гетто. Летом 1941 г. она вела дневник. Вот одна из ее записей: "Через три недели я снова вышла на работу в больницу... Снова в тифозной палате, где никто не умирает. Коек не хватает, поэтому дети лежат по двое, а то и по трое на одной койке. У каждого крошечный жаропонижающий пластырь на лбу.

Пластыри тоже в дефиците. У детей высокая температура, и они все время просят пить. Нет, они не умирают. Мы их выписываем – мы просто не можем держать их подолгу, потому что каждый день обязаны принять новую партию детей и соответственно столько же выписать или перевести из категории "тяжелых» в «выздоравливающие", Все записи тифозной палаты у немцев на учете. Мы выписываем детей, часто обрекая их на голодную смерть. Порой, распухшие от голода, они снова возвращаются к нам, чтобы спокойно умереть на больничной койке. И так каждый день".

Холокост в разных странах Европы

Хотя общий ход событий – выявление евреев, их сбор, депортация и истребление – в целом совпадал, но у Холокоста в разных странах были свои особенности.

Венгрия была союзницей нацистской Германии, но, несмотря на это, жизни ее многочисленного еврейского населения (почти миллион человек, включая беженцев из других стран) до 1944 г. ничто не угрожало. Хотя были приняты антиеврейские законы, венгерские власти сопротивлялись требованиям нацистов депортировать евреев в лагеря смерти.

Положение изменилось в марте 1944 г., когда немецкая армия оккупировала Венгрию. В течение сорока двух дней, начиная с середины мая, более чем четыреста тридцать семь тысяч венгерских евреев были отправлены в Освенцим-Биркенау. При попустительстве мирового сообщества в газовых камерах Биркенау убивали по двенадцать тысяч человек в день.

Лишь в начале июля 1944 г. глава венгерского правительства Миклош Хорти отдал приказ о приостановке депортации, и около двухсот тысяч евреев Будапешта в конечном счете избегли депортации. Значительную помощь оказали венгерским евреям «нейтральные» дипломаты из Швеции, Швейцарии и Ватикана. Однако в конце 1944 г. еще около тридцати тысяч евреев погибли во время так называемых «маршей смерти" к австрийской границе или от рук венгерских нацистов.

Италия тоже бьшая союзницей Германии. Так же как и в Венгрии, в ней были приняты антиеврейские законы. И все же ее немногочисленное еврейское население оставалось в безопасности. Лишь после падения фашистского правительства Бенито Муссолини в июле 1943 г. немецким войскам при поддержке итальянских нацистов удалось захватить восемь из тридцати пяти тысяч местных евреев и депортировать их в Освенцим-Биркенау.

После немецкой оккупации в апреле 1941 г. Югославия была поделена на несколько частей. Всего в стране было около восьмидесяти тысяч евреев, из которых шестнадцать тысяч жили в Белграде. Немцы использовали тысячи евреев в качестве дешевой рабочей силы, предварительно конфисковав все их имущество. В августе 1941 г. по стране прокатилась волна массовых арестов. Большинство сербских евреев были расстреляны. Весной 1942 г. в концлагере Семлине в окрестностях Белграда людей убивали газом, используя специально оборудованный грузовик. К лету 1942 г. в живых оставалось всего несколько сотен сербских евреев.

Хорватские фашисты, усташи, тоже стали близкими союзниками Германии. Хорватских евреев обязали носить «Звезду Давида», а их собственность была конфискована. По всей стране режим усташей планомерно уничтожал сербов, евреев и цыган. Только в концлагере Ясеново были убиты десятки тысяч сербов и двадцать из тридцати тысяч хорватских евреев. К концу октября 1941 г. почти все евреи Хорватии были уничтожены. Около семи тысяч уцелевших чуть позже отправили в Освенцим. Всего же за время войны лишились жизни более шестидесяти тысяч югославских евреев.

Грецию оккупировали сразу две армии: немецкая и итальянская. Евреев, оказавшихся в итальянской зоне, до 1944 г. репрессиям не подвергали. В немецкой зоне особенно большой урон был нанесен пятидесятитысячной еврейской общине города Салоники. С марта по август 1943 г. около сорока четырех тысяч евреев были депортированы в Освенцим-Биркенау. И лишь около тысячи вернулись в Салоники после войны..

Правительству Болгарии удалось предотвратить депортацию евреев - граждан Болгарии, которых насчитывалось более пятидесяти тысяч. Однако никто не мешал немцам депортировать евреев Фракии и Македонии, которые не были болгарскими гражданами. Более одиннадцати тысяч человек были отправлены в лагерь смерти Треблинка.

К началу войны в Румынии проживали свыше семисот пятидесяти тысяч евреев. Около ста шестидесяти тысяч из них были доведены до голодной смерти или расстреляны румынскими и немецкими войсками в Бессарабии и Буковине, а еще сто пятьдесят тысяч отправили в Транснистрию, где в большинстве своем они были уничтожены вместе с местными евреями.

Однако около трехсот тысяч евреев – жителей центральных районов Румынии пережили войну. Несмотря на антиеврейскую политику Ионе Антонеску, румынское правительство отказалось депортировать евреев в лагеря смерти.

Депортация на борту "СС Донау"

Ранним утром 26 ноября 1942 г. пятьсот тридцать два норвежских еврея доставлены под конвоем на борт немецкого судна «СС Донау». В тот же день корабль покинул Осло, а 1 декабря все эти люди уже были в Освенниме-Биркенау. Немедленно по прибытии стариков, женщин и детей умертвили газом в так называемом Бункере II. Мужчин отправили работать. Немцы и их норвежские союзники не успокоились, пока все семьсот семьдесят норвежских евреев не были к 1944 г. депортированы в Освенцим. Из них всего двадцать четыре человека пережили войну. В отличие от других норвежских заключенных, после освобождения они ни от кого не получили помощи и были вынуждены самостоятельно возвращаться домой.

СС-Донау

Они уже были мертвы

Герман Сахновиц – один из норвежских евреев, переживших Холокост. Вот его свидетельство о кошмаре депортации:
«Мы прибыли в Осло к середине дня. Все вокруг было пасмурным и серым. Завывали воздушные сирены. Норвежские гражданские лица не должны были ничего знать. Но за барьером перед Американским причалом стояли люди, наши норвежские друзья. Я видел их из окна «Скорой помощи».

И еще я видел всего метрах в семи-восьми от себя высокий темно-серый борт корабля: «СС Донау» из Бремена – судно для перевозки рабов. Мужской голос что-то отчаянно выкрикнул. Удалось разобрать – «женщины и дети». Мы поняли, что их тоже схватили. Профессор Эпштейн, не в силах больше сдерживаться, разрыдался. Все упали духом, в том числе и я. Норвежских фашистов, охранявших нас до этого, сменили эсэсовцы в зеленой форме. Их была целая армия. По приказу истошно вопящих офицеров они вывели нас на пристань к сходням. Мы, больные, стояли в конце колонны и всё видели. Женщины, мужчины, дети – в железном кольце людей, источающих ненависть и животную злобу. Для нас, выросших в стране, где главной заповедью всегда считалась любовь к ближнему, это зрелище было страшнее любого ночного кошмара. Это был невероятный шок, и было трудно поверить, что может быть еще хуже.

У шестисот человек, еще недавно с таким доверием относившихся к своему государству, вдруг в одночасье отняли всё: свободу, страну и – самое главное – человеческое достоинство. Их толкали, пинали и били. Они умоляли не сажать их на корабль, понимая, что означает депортация. Они бросались на землю, рвали на себе волосы, просили пощадить их и своих близких, но пощады не было. Их били по голове резиновыми дубинками и пинали в живот коваными башмаками. Не жалели никого: ни матерей с детьми на руках, ни беременных. Одежда на многих была изорвана в клочья, так что торчало голое тело. Не щадили даже маленьких детей. А по сходням – эта картина до сих пор стоит у меня перед глазами – медленно поднималась колонна пожилых мужчин и женщин. Они шли с опущенными головами. Они приняли свою судьбу. Они знали больше молодых. Они помнили историю нашего народа. Они уже были мертвы

Маршруты специального назначения

...Таким образом, все арестованные евреи (мужчины, женщины, старики и дети), по всей вероятности, были посажены в товарные поезда и отправлены либо в Германию, либо в генерал-губернаторство Польша... В Будапеште у евреев практически все конфисковано. Они теперь живут по восемь – десять человек в комнате.

Говорят, что те, кому посчастливится и их сочтут трудоспособными, скорее всего, будут заняты на немецких промышленных объектах – наилучший вариант, дающий хоть какой-то шанс на более или менее сносное обращение. Стариков, слабых женщин и детей депортируют в Освенцим-Биркенау, польский лагерь уничтожения в районе Катовице.

Из сообщения посла Швеции в Будапеште.

Европейская сеть железных дорог сыграла решающую роль в ходе Холокоста. На «поездах специального назначения» перевезли несколько миллионов человек. Пассажирские и товарные составы пересекали Европу во всех направлениях, курсируя между гетто, местами массовых расстрелов, лагерями для перемещенных лиц и лагерями смерти. Эти перевозки порой даже наносили ущерб военным нуждам Германии. Эсэсовцы нередко заставляли евреев оплачивать дорогу в один конец. Холокост должен был быть самоокупаемым. На карте – маршруты депортации из польских гетто в Треблинку.

Сохранилось расписание движения одного из «специальных поездов». 25 сентября 1942 г. поезд вышел из Шидловеца с «предельной загрузкой» (800 тонн) и на следующий день в 11.24 прибыл в Треблинку. «Порожний состав» (600 тонн) после полуночи прибыл в Козленице. Набитые до отказа поезда возвращались из Треблинки пустыми. И так день за днем, месяц за месяцем с июля 1942 г. по август 1943 г.

конц. лагерь

Начало геноцида

— Скажите, Видман, возможно ли на базе Технического института криминалистики производство ядов в больших количествах?
— Для чего? Чтобы убивать людей?
— Нет.
— Животных?
— Нет.
— Для чего же тогда?
— Чтобы убивать животных в человечьем обличье – неизлечимых сумасшедших, которых уже и людьми-то не назовешь.

Из разговора доктора Альберта Видмана с чиновником
канцелярии Гитлера

Возле клиники Эйхберг автобусы ждут пациентов, чтобы отвезти их в «центр эвтаназии» в Хадамаре, где они будут убиты и кремированы. На следующей странице: ШЛА над трубой крематория в Хадамаре. Систематическому уничтожению европейских евреев и цыган предшествовали санкционированные государст-вом убийства немецких калек, психических больных и «асоциальных» элементов. Эти убийства, вошедшие в историю как операция «Акция Т4», начались в октябре 1939 г.

Руководили акцией из личной канцелярии Адольфа Гитлера. Жертв, которыми стали пациенты приютов и клиник, собирали по всей Германии и на серых автобусах с занавешенными или закрашенными окнами увозили в «центры эвтаназии», оборудованные газовыми камерами и крематориями. Решение подвергнуть пациента «дезинфекции», то есть убить, принимали врачи. Родственникам посылали стандартные извещения о смерти: «С прискорбием извещаем вас о том, что ваш... скончался от... гриппа... Все попытки врачей сохранить больному жизнь, к сожалению, были тщетны».

Органы жертв нередко сохраняли и использовали в качестве учебного материала на занятиях в медицинских училищах. С 1940 по 1945 г. эвтаназии были подвергнуты по меньшей мере сто двадцать тысяч человек. Однако под влиянием общественного мнения в августе 1941 г. программа была официально приостановлена.

Обычным явлением стали также массовые расстрелы еврейского населения в странах Балтии и оккупированных районах Советского Союза. Одна из самых крупномасштабных акций проведена 2 – 30 сентября на окраине Киева, в Бабьем Яре, где от рук эсэсовских карателей и полиции погибли тридцать три тысячи триста семьдесят один человек: мужчины, женщины и дети. Осуществление Холокоста было поручено СС – организации, которую возглавлял «архитектор геноцида» Генрих Гиммлер.

В октябре 1943 г., заявляя об «уничтожении еврейского народа», он отметил высокий моральный дух своей организации: «Мы имели моральное право, более того – долг перед собственным народом уничтожить этот народ, стремившийся уничтожить нас... Все, что мы делали, было продиктовано любовью к своему народу. И мы вышли из всех испытаний морально непоколебимыми».

Итак, убийства были объявлены благородным делом. Согласно одному из послевоенных мифов, тех, кто отказывался выполнять приказы в лагерях смерти или участвовать в массовых расстрелах гражданских лиц, казнили. Однако подтверждений этому нет. Немногих, кто хотел избежать участия в убийствах, просто переводили в другое место. Большинство же участвовавших в карательных акциях делали это без колебаний, твердо веря, что евреи – паразиты, которых необходимо уничтожить. Многим казалось, что они исполняют священный долг перед фюрером и отечеством. К тому же, соблюдая осторожность, исполнители приговоров могли неплохо поживиться.

Автобусы с обреченными приходят в Хадамар несколько раз в неделю. Школьники их узнают: «Опять машины смерти приехали». Вскоре после прибытия автобусов жители Хадамара видят поднимающийся из труб дым, и им трудно отделаться от мыслей о несчастных жертвах, особенно когда ветер дует в сторону города и людям приходится вдыхать тошнотворный запах. Дело дошло до того, что маленькие дети, ссорясь друг с другом, отпускают такие замечания: «Ты, тупой, тебя тоже сожгут в хадамарской печи».

Из письма католического епископа А. Лимбурга

Основное время уходит на рытье ям. Сама казнь куда быстрее (100 человек за 40 минут)...Сначала мои солдаты не испытывали трудностей. Но на второй день я заметил: то один, то другой утрачивают психологические силы продолжать расстрел. По моему впечатлению, во время самой казни эмоциональные проблемы возникают редко. Они появляются потом, когда вспоминаешь о виденном в тепле и покое несколько дней спустя.

Из отчёта лейтенанта Вальтера о казнях в окрестностях Белграда

Казнь длилась три-четыре часа. Я был задействован все время. Перерывы были только на перезарядку карабина. Поэтому трудно сказать, сколько именно евреев я
сам убил за эти 3–4 часа, ведь в то время, когда я перезаряжал, на моем месте стрелял кто-то другой. Мы довольно много выпили, чтобы поддержать настроение.

Немецкий солдат Альфред Мецнер

«Операция Барбаросса», вторжение нацистской Германии на территорию СССР 22 июня 1941 г., ознаменовала начало систематических убийств евреев. Вслед за немецкой армией двигались четыре мобильные группы, так называемые айнзацгруппы, или специальные подразделения. Они бли укомплектованы профессиональными немецкими полицейскими, сотрудниками службы безопасности и СС. Вначале их численность составляла 3000 человек, они должны были расстреливать политработников и евреев - членов партии.

Вскоре перед ними была поставлена новая задача: уничтожать всех евреев без исключения. Не забывали они и о цыганах – их тоже хватали и расстреливали. Командиры айнзацгрупп педантично вели записи, а отчеты о проделанной работе аккуратно отсылались в Берлин. По этим отчетам можно восстановить картину <происходившего день за днем. Один из таких документов – семистраничный отчет о казнях, проведенных в Литве отрядом айнзацгруппы с 4 июля по 1 декабря 1941 г. Всего было убито сто тридцать семь тысяч триста сорок шесть человек. Жертвами стали русские и литовские коммунисты, русские военнопленные, «душевнобольные», литовцы, поляки, цыгане и партизаны. Но больше всего погибло евреев.

Мы цитировали дневник А. Тори – утро 28 октября в Каунасском гетто. А вот немецкий отчет о следующем дне:
«29/10/41, Каунас (чистка гетто от лишних евреев).
2007 евреев,
2920 евреек,
4273 еврейских детей:
9200 человек».
Айнзацгруппы, действовавшие в Восточной Европе и на территории бывшего СССР, при поддержке полицейских батальонов и других подразделений уничтожили около двух миллионов человек.

Массовые убийства женщин и детей

расстрел...

14 октября 1942 г. еврейских женщин и детей из гетто Мизоч на Украине вывезли в овраг неподалеку от Ровно. Их расстреляли немецкие полицейские и украинские полицаи. На фото внизу: полицай добивает раненую. Немецкий инженер Герман Ф. Гребев своих показаниях рассказал о такой же массовой казни 5 октября 1942 г. в Дубно на Украине. "Мы пошли прямо к ямам. Нам никто не мешал. Из-за насыпи доносился треск ружейных выстрелов. Потом подъехали грузовики, в которых находились мужчины, женщины и дети всех возрастов. По команде эсэсовца, державшего в руке то ли хлыст, то ли плетку, им пришлось раздеться. Их заставили сложить отдельно обувь, одежду и нижнее белье.

Я собственными глазами видел груду ботинок, в которой было, наверное, восемьсот, а может быть, и тысяча пар, и огромные кучи одежды и нижнего белья. Люди раздевались без рыданий и криков, а потом собирались семьями, обнимались и прощались в ожидании команды другого эсэсовца – тоже с хлыстом, – стоявшего на краю ямы. Я пробыл там около пятнадцати минут и за все это время не слышал ни единой жалобы или мольбы о пощаде.

Недалеко от меня стояла большая семья. Мужу и жене было около пятидесяти, а детям – год, восемь и десять лет; еще у них были две взрослые дочери – одной лет двадцать, а другой, наверное, двадцать четыре. Пожилая женщина с седыми волосами держала на руках годовалого ребенка, пела и смешила его. Ребенок повизгивал от удовольствия. Муж с женой смотрели на них со слезами на глазах. Отец держал за руку десятилетнего ребенка. Мальчик старался справиться со слезами. Отец показывал на небо, гладил сына по голове и как будто что-то ему объяснял.

В этот момент эсэсовец, стоявший возле ямы, что-то крикнул своему напарнику. Тот отсчитал около двадцати человек и приказал им зайти за насыпь. Семья, о которой я только что рассказал, тоже оказалась в этой группе. Я до сих пор помню, как, поравнявшись со мной, стройная темноволосая девушка указала на себя пальцем и сказала: двадцать три."

От айнзацгрупп – к фабрикам смерти

Массовые расстрелы привлекали слишком много внимания, отрицательно сказывались на моральном духе солдат и требовали времени, поэтому начиная с осени 1941 г. нацисты ищут более рациональные методы массовых убийств. После ряда экспериментов решение было найдено: газ. В рамках программы Т4 в «центрах эвтаназии» использовали угарный газ из специальных стальных цилиндров. Однако для предполагаемых масштабов убийств этот метод подходил.

Концлагерь

Тогда было предложено использовать автомобильные выхлопные газы. 8 декабря 1941 г. в лагере уничтожения Хелмно нацисты впервые применили особо оборудованные автофургоны, так называемые « газенвагены». А 17 марта 1942 г. газовые камеры Бельжеца были готовы принять первую партию евреев, доставленных из Люблинского гетто. В Бельжеце, Собиборе и Треблинке в качестве отравляющих веществ использовали выхлопные газы дизельных моторов больших советских танков. Исполняли казни во всех трех лагерях «ветераны» программы Т4, их было около сотни.

Осенью 1941 г. в Освенциме впервые применили инсектицид «циклон Б», предназначавшийся для очистки от вшей помещений и одежды. Опыт оказался удачным – гранулы «циклона Б» выделяют пары синильной кислоты, которая вызывает мгновенную остановку дыхания. «Циклон Б» стал главным средством массовых убийств в Освенциме, Майданеке и некоторых концлагерях в Германии. Применение промышленных методов позволило сравнительно небольшому числу эсэсовцев и их пособников в период с декабря 1941 г. по ноябрь 1944 г. уничтожить в газовых камерах до трех миллионов человек.

Отрывок из отчета офицера СС Августа Бекера от 16 мая 1942 г.

«Проверка автофургонов айнзацгруппами Д и Ц завершена. С помощью оконной ставни на каждой стороне малых автофургонов и двух оконных ставень на каждой стороне больших автофургонов мы замаскировали их под фермерские домики на колесах. Однако всем известно, чем они являются на самом деле. Не только местные власти, но и гражданское население называет их не иначе как «фургоны смерти». По моему убеждению, дальнейшее соблюдение секретности невозможно даже при наличии камуфляжа.

Автобусы смерти...

Мной проведен инструктаж персонала, во время которого я рекомендовал своим сотрудникам находиться на максимальном расстоянии от машины во время газовой экзекуции, чтобы не причинить вреда собственному здоровью в случае утечки газа. Пользуясь представившейся возможностью, хочу обратить внимание на то, что в некоторых отрядах солдатам приходится производить разгрузку фургонов после газового отравления.

Я неоднократно предупреждал командиров зондеркоманд, что это может оказать огромное отрицательное влияние на психологическое и физическое здоровье вверенных им людей, если не сразу, то впоследствии. Мне уже не раз приходилось выслушивать жалобы на головную боль после такой разгрузки. Тем не менее порядки не меняются. Заключенных по-прежнему не привлекают к работе из опасения, что они могут использовать эту ситуацию для побега. На мой взгляд, необходимы специальные инструкции, сводящие к минимуму риск для здоровья наших людей.

Сама экзекуция также, как правило, проводится с нарушениями. Чтобы завершить акцию как можно быстрее, водитель просто до отказа жмет на акселератор. В результате осужденные гибнут от удушья, а не засыпают, как положено. Между тем доказано, что в случае выполнения моих распоряжений и технически грамотного обращения с рычагами смерть наступает значительно быстрее и осужденные мирно засыпают. Не наблюдается ни выделений, ни искаженного выражения лиц. Сегодня я отправляюсь с инспекцией в расположение подразделения Б.
Жду дальнейших указаний».

Операция «Рейнгард»

С марта 1942 г. по октябрь 1943 г. в лагерях смерти Бельжец, Собибор и Треблинка были убиты около 1,7 млн человек. Эти лагеря были частью операции «Рейнгард», направленной на уничтожение еврейского населения Польши и присвоение его имущества. Ничто не должно было пропасть, поэтому у жертв не только отбирали одежду, деньги и личные вещи, но даже срезали волосы и вырывали золотые коронки. Эту работу, а также вывоз трупов вынуждены были выполнять еврейские заключенные. Лагеря были небольшими: около шестисот метров в длину и четырехсот в ширину.

В каждом работали примерно тридцать немецких солдат и около сотни наемников из Украины и стран Прибалтики. Все три лагеря, по словам одного бывшего эсэсовца, представляли собой «простые, но исправно работавшие конвейеры смерти». Осужденных обычно привозили в набитых товарняках.

В отличие от Освенцима и Майданека, никаких врачей, никаких «селекций» здесь не было. Узникам говорили, что их собираются использовать на «работах», но прежде они должны снять с себя всю одежду, пройти «дезинфекцию» и «принять душ». Мужчин и женщин разделяли, приказывали им раздеться донага и загоняли в газовые камеры. Потом включали газ. Вся «акция» занимала не более одного-двух часов. В Треблинке за день могли уничтожить около пятнадцати тысяч человек, правда, как рассказывал тот же эсэсовец, «приходилось работать полночи». Сначала тела хоронили в общих могилах, но с осени 1942 г. стали сжигать. Треблинку пережили не более ста человек, Собибор – несколько десятков, Бельжец – двое. Объявление в Треблинке

Вниманию варшавских евреев!

Перед вами транзитный лагерь, откуда вас транспортируют в трудовой лагерь. Чтобы предотвратить возникновение эпидемий, одежду и багаж необходимо сдать на дезинфекцию. Золото, наличные деньги, иностранная валюта и ювелирные украшения также должны быть сданы в обмен на квитанцию, по предъявлении которой вы позднее сможете их получить. Перед отправкой в трудовой лагерь все заключенные обязаны принять душ. Сколько евреев было уничтожено в лагерях смерти
Хелмно Декабрь 1941–июль: 1944: 152000-320000
Бельжец Март 1942–декабрь: 1942 600 000
Собибор Апрель 1942–октябрь: 1943 250 000
Треблинка Июль 1942 – август: 1943 700000-900000
Майданек Октябрь 1941–июль: 1944 более 360 000
Освенцим-Биркенау Январь 1942–январь 1945 – около 1 000 000

Фабрика смерти Треблинка

Прибытие в Треблинку. Здание, оборудованное газовыми камерами, находится слева, за деревьями, на рисунке его нет. Сразу за левым длинным бараком начинается, как выражались немцы, «путь на небеса" – в газовые камеры. На большой открытой площади работает «сортировочный отряд», разбирающий гору личных вещей погибших. На заднем плане экскаватор копает могилы. В Треблинку были депортированы немногим менее миллиона человек, из которых уцелели всего сто.

Казнь

Это рисунок одного из выживших узников Треблинки Самуэля Вилленберга, опубликованный в его книге «Восстание в Треблинке». Его заставляли стричь волосы у женщин, которых загоняли в газовые камеры. Он также сортировал вещи убитых для отправки в Германию.

Вилленберг участвовал в восстании в Треблинке 2 августа 1943 г. Ему удалось добраться до Варшавы, где он присоединился к польскому движению сопротивления, а впоследствии участвовал в августовском восстании 1944г. Франц Штангль uоворя о Холокосте, нередко утверждают, что он стал результатом действий тех, кто руководил «фабриками смерти» из своих кабинетов. Однако, как справедливо заметил историк Кристофер Браунинг, «никакого Холокоста просто не было бы, если бы год за годом одни люди не занимались массовым уничтожением других людей».

В конце концов, начальники лагерей тоже были людьми, как и мы с вами. Франц Штангль сначала был комендантом Собибора, а затем Треблинки. В 60-е годы его арестовали в Бразилии и выслали в Западную Германию, где он предстал перед судом и был признан виновным в убийстве сотен тысяч людей. Возглавляя «фабрику смерти», он оставался мужем и отцом. Мы приводим диалог о выборе, который не был сделан, просто потому, что этими людьми вопрос так никогда не ставился. Вот выдержка из интервью жены Штангля.

Как вы думаете, что бы произошло, если бы в какой-то момент вы поставили мужа перед выбором:
«Я понимаю грозящую тебе опасность, но предупреждаю: либо ты уходить со своей страшной работы, либо мы с детьми уходим от тебя»? Тереза Штангль:Наверное, если бы я поставила его перед выбором – Треблинка или я, – он бы... да... пожалуй, в конце концов он бы выбрал меня». Однако ее муж добровольно участвовал в убийстве более чем полумиллиона человек.

Шестьсот мальчиков

Узника Освенцима – Биркенау Залмана Левенталя заставили работать в зондеркоманде. В 1961 г. в тайнике неподалеку от места, где был один из лагерных крематориев, был найден его дневник. Вот запись о событиях 20 октября 1944 г.

Среди бела дня к нам на площадь привели шестьсот еврейских мальчиков в возрасте от двенадцати до восемнадцати лет. На них были длинные, очень тонкие арестантские робы и башмаки на деревянной подошве... Начальник лагеря приказал им раздеться. Дети заметили валящий из трубы дым и сразу поняли, что их собираются убить. В ужасе они начали бегать по площади и от безысходности рвать на себе волосы. Многие рыдали и звали на помощь.

Наконец, подавленные страхом, они разделись. Голые и босые, они жались друг к другу, чтобы избежать ударов охранников. Один смельчак подошел к стоявшему рядом с нами начальнику лагеря и попросил сохранить ему жизнь – он был готов выполнять любую самую тяжелую работу. Ответом ему был удар дубинкой по голове.
Некоторые мальчики подбегали к евреям из зондеркоманды, бросались к ним на шею, умоляли о спасении. Другие нагишом разбегались в разные стороны в поисках выхода. Начальник подозвал еще одного эсэсовского охранника, вооруженного дубинкой.

600 мальчиков..

Звонкие мальчишеские голоса становились все громче и громче, пока не слились в один жуткий вой, который, наверное, был слышен далеко вокруг. Мы стояли буквально парализованные этими воплями и рыданиями. А на лицах эсэсовцев блуждали самодовольные улыбки. С видом победителей, не выказывая ни малейших признаков сострадания, они загоняли мальчишек в бункер страшными ударами дубинок.

Многие дети все еще носились по площади в отчаянной попытке сбежать. Эсэсовцы, раздавая удары направо и налево, гонялись за ними до тех пор, пока не заставили последнего мальчика войти в бункер. Надо было видеть их радость! Неужели у них нет собственных детей?

Женщины и дети в начале полуторакилометрового пути к Крематорию IV или V в Освенциме-Биркенау. На заднем плане – товарные вагоны у платформы.

Работа в аду

Дни и ночи дымили трубы, а в печи все подбрасывали и подбрасывали новое «топливо» со всех концов Европы. Шарлота Бельбо зоидеркоманды – специальные отряды, сформированные из заключенных. Их держали отдельно от остальных узников и не позволяли никаких контактов с внешним миром, поскольку они знали о происходивших здесь ужасах. Обязанности, которые они выполняли изо дня в день, пока их самих не убивали и не заменяли новой партией «живых мертвецов», заключались в том, чтобы освобождать от трупов газовые камеры, разжимать у мертвецов челюсти и вырывать золотые зубы, срезать волосы убитых женщин, а потом сжигать тела в печах или ямах.

Вот что писал позже один из уцелевших работников зондеркомаиды: "Конечно, я мог бы покончить с собой или спровоцировать охранников, чтобы меня убили, но мне хотелось выжить, выжить, чтобы отомстить и рассказать о том, что я видел. Не думайте, что мы чудовища. Мы такие же, как и вы, только намного несчастнее..."

Итальянский писатель Примо Леви был среди немногих, кто уцелел в Освенциме. «Формирование зондеркоманд, – писал он, – одно из самых дьявольских преступлений национал-социализма... Это была попытка переложить на других – в данном случае на самих жертв – бремя ответственности за содеянное, чтобы лишить их последнего утешения – чувства собственной невиновности».

Леви убежден, что зондеркоманды были необычайно важны для нацистов. «Мы, раса господ, – как бы говорили они, – мы ваши губители. Но вы ничуть не лучше нас. Стоит нам только захотеть – а мы хотим этого, – и мы сможем разрушить не только ваши тела, но и ваши души, так же, как мы разрушили свои». Нацизм, утверждает Леви, неизбежно разъедает души тех, кто становится под его знамена.

Открытие дверей газовой камеры после очередного массового убийства. Рисунок уцелевшего узника из зондеркоманды французского еврея Давида Олера сделан спустя год после войны. На снимке – борцов сопротивления увозят из Варшавского гетто. Бежать удалось единицам. Свидетельствует Симха Ротем, которому посчастливилось уцелеть. Первые три дня сражения перевес был на стороне евреев.

Немцы бежали к выходам из гетто, среди них были десятки раненых. После этого они стали действовать только извне, применяя авиацию и артиллерию. Мы ничего не могли противопоставить воздушным налетам. Против немецкой тактики поджогов мы были безоружны. Огонь бушевал повсюду... Человеческий язык немеет перед тем, что нам пришлось пережить, Улицы, вернее, то, что от них осталось, были буквально завалены трупами. Чтобы пробраться из одного места в другое, приходилось перелезать через горы убитых. Постепенно к кошмару бомбардировок добавились голод и жажда. Мы были полностью отрезаны от окружающего мира.

В конце концов стало ясно, что сражаться дальше не имеет никакого смысла. Единственное, что нам оставалось, это попытаться бежать в "арийскую" часть Варшавы... И вот однажды утром мы оказались на улице, залитой ярким светом. Только представьте себе ясное солнечное утро 1 мая, обычную городскую толпу... Мы были пришельцами с другой планеты...

Вокруг гетто всегда крутились бдительные поляки, которые выслеживали евреев. Но на этот раз мы, как по волшебству, миновали их незамеченными. В «арийских» районах Варшавы жизнь шла своим чередом. Как обычно, были открыты кафе и рестораны, по улицам курсировали автобусы и трамваи, работали кинотеатры... Гетто было одиноким о стровом в океане нормальной жизни".

Попытки спасти обреченных

Все могло считаться сопротивлением – потому что все было запрещено. Любая деятельность, свидетельствующая о том, что заключенному удалось сохранить какие-то остатки личности, черты индивидуальности, воспринималась как сопротивление.

Восстание в гетто...

Один из самых навязчивых мифов о Холокосте: миллионы евреев безропотно шли на смерть – как «бараны на бойню». На самом деле известны тысячи случаев активного сопротивления. Достаточно вспомнить восстания в Варшавском гетто, нападения еврейских партизан на немецкие части в Западной и Восточной Европе.

В концлагерях и лагерях уничтожения заключенные евреи и неевреи – поднимались на борьбу против немцев. А те подавляли любую попытку сопротивления с безграничной жестокостью. Вставшие на путь сопротивления – часто это были совсем молодые ребята - рисковали не только собственной жизнью, но и жизнью своих родителей, братьев, сестер и еще, может быть, нескольких сотен людей. Члены рабочих бригад понимали, что за их побег придется расплачиваться товарищам. Иногда подобные соображения останавливали даже заключенных лагерей смерти, которым уже нечего было терять. Однако для многих жажда жить или, по крайней мере, достойно умереть оказывалась решающей. Вот отрывок из распространенной в Варшаве в январе 1943 г. листовки «Еврейской боевой организации»:

Мы не обретем свободы, покорно идя на смерть, как овцы на заклание! Наша свобода в другом – в борьбе! У тех, кто сражается, есть надежда на спасение!
А те, кто с самого начала отказывается от права защищаться, – обречены. Опомнитесь и сражайтесь! Ведь и мы были рождены, чтобы жить! И мы имеем право на жизнь! Народ должен отстоять это право с оружием в руках!» Отряды сопротивления были сформированы примерно в ста восточно-европейских гетто. А в лесах Восточной Европы действовали партизанские отряды.

Около двадцати тысяч евреев участвовали в партизанском движении. Иногда это были целые семьи, которым удалось бежать от немцев. В Западной Европе еврейские партизаны активно участвовали во французских и бельгийских отрядах сопротивления. Многие из этих отрядов прятали евреев. Небольшая часть еврейских детей нашла убежище в монастырях и христианских семьях Польши, Голландии и Франции, где их воспитывали как христиан. Несмотря на жестокие преследования тех, кого уличали в «преступном» укрывании евреев, – неизменно находились люди, готовые пойти на такой риск.

И еще одна форма сопротивления: евреев спасали и тайно вывозили из контролируемых нацистами районов. Это было непросто – многие страны, в том числе Швейцария, долгое время не открывали своих границ и высылали беглецов, когда им удавалось проникнуть на их территорию. Порою спасшиеся от нацистов евреи кружными путями пробирались в Палестину, другие бежали еще дальше. Некоторым удалось добраться даже до Шанхая.

Восстание в Варшавском гетто

После массовых депортаций из Варшавского гетто в Треблинку более чем двухсот пятидесяти тысяч евреев участники сопротивления начали готовить вооруженное восстание. У них просто не было другого выхода. 18 января 1943 г. эсэсовцы вошли в гетто, чтобы депортировать еще остававшихся там. Их встретили ружейным огнем. Несколько немцев было убито, остальные в панике отступили.

Во время этой передышки бойцам сопротивления удалось раздобыть несколько винтовок, около сотни револьверов, один пулемет, немного ручных гранат и самодельных бомб. В ожидании неизбежной атаки немцев около восьмисот мужчин и женщин построили боевые укрепления, бункеры и убежища. Сражение началось 19 апреля 1943 г., когда немецкие войска снова вошли в гетто.

Несмотря на поддержку танков, немцы были отброшены, мощное сопротивление повстанцев заставило их изменить тактику, начались бомбардировки и артобстрелы гетто. На шестой день боев один из командиров повстанцев Мордехай Анелевич записал в дневнике; "Ясно одно – то, что происходит, превзошло самые смелые ожидания. Нам дважды удалось выбить немцев из гетто... Наши потери минимальны».

Немцы стали поджигать квартал за кварталом, вынуждая людей покидать укрытия. После этого их расстреливали. Бои в гетто продолжались целых три недели. Один из оставшихся в живых повстанцев писал: "Мы сражались, и оттого смерть не казалась нам уже столь страшной, и нам стало легче принять свою судьбу".
Гирш Глик (1920–1943) вступил в ряды партизан в Вильнюсском гетто в 1943 г. Вдохновленный восстанием в Варшавском гетто, он написал песню "Не говори "никогда", ставшую своего рода гимном еврейских партизан.

Гирш Глик (1920–1943) вступил в ряды партизан в Вильнюсском гетто в 1943 г. Вдохновленный восстанием в Варшавском гетто, он написал песню "Не говори "никогда", ставшую своего рода гимном еврейских партизан.

Никогда не говори, что выхода нет.
Даже если голубое небо затягивают черные тучи.
День, о котором мы мечтаем, непременно придет.
Наши шаги отзовутся эхом: мы здесь!

Ровно в 4 часа дня наши люди получили приказ немедленно явиться в гараж за оружием. Оружие распределял Родак из Плойка. Каждый, входящий в гараж, должен был произнести пароль «Смерть!» и услышать ответ «Жизнь!». Смерть – жизнь, смерть – жизнь, – все чаще звучат эти обжигающие слова, и люди получают долгожданные винтовки, револьверы и ручные гранаты. В это время повстанцы атакуют главарей эсэсовских убийц. Вооруженный топором капитан Зеломир нападает на двух эсэсовских охранников и пробивается к нам. Он берет командование на себя. У гаража стоит немецкий броневик, заблаговременно выведенный Родаком из строя. Этот броневик теперь служит ему прикрытием, из-за которого он ведет огонь по немцам. Ему удается застрелить штурмфюрера Курта Мейдлара и еще нескольких гитлеровских собак. Группа Содовича захватывает склад оружия. Оружие распределяют среди наших товарищей. Теперь у нас двести вооруженных бойцов. Остальные сражаются топорами, лопатами и мотыгами. Большинство из нас погибает, но немцы тоже несут потери. Из наших остаются в живых всего несколько человек.

Восстания в лагерях смерти

Из всех попыток сопротивления за годы Холокоста восстания в лагерях смерти были самыми бесстрашными и самыми безнадежными. Еврейские узники знали, что обречены. За каждым успешным побегом следовали широкомасштабные облавы. Тем неменее в августе 1943 г. в Треблинке, в октябре того же года в Собиборе и год спустя в Освенциме-Биркенау вспыхнули восстания. Восстание в Треблинке началось 2 августа после полудня. Одни узники раздобыли немного оружия, другие напали на охранников с топорами, лопатами, а то и с голыми руками. Они подожгли несколько лагерных зданий, и в общей неразберихе многим из семиста узников удалось бежать. В большинстве своем они почти сразу же были схвачены и расстреляны. Газовые камеры работали еще две недели после восстания.

Восстание в Собиборе удалось подготовить наилучшим образом. Многие эсэсовцы и их украинские пособники были убиты. Триста двадцать из пятисот пятидесяти узников лагеря бежали. Сто семьдесят беглецов вскоре были задержаны и расстреляны. Войну пережили только 48 участников этого восстания. После восстания лагерь был закрыт.

К осени 1944 г. массовые убийства в Биркенау прекратились. Оставшиеся в живых узники из зондеркоманды понимали, что их дни сочтены. 7 октября, использовав тайно привезенную взрывчатку, они взорвали Крематорий IV. По-видимому, все участники этого восстания погибли. Вскоре после этого глава СС Гиммлер приказал демонтировать и уничтожить все газовые камеры лагеря.

Свидетели геноцида

С первых дней немецкой оккупации привычным фоном польской жизни стали насилие и жестокость. Урон, нанесенный нацистами жителям Польши, евреям и неевреям, огромен и ощущается по сей день. Поляки едва ли не ежедневно были невольными свидетелями геноцида еврейского населения. Мало кто из них напрямую сотрудничал с нацистами, однако многие доносили немецким властям о побегах евреев из гетто или, взяв у беглецов деньги за предоставленное им убежище, затем выдавали их нацистам. В то же время тысячи поляков, рискуя собственной жизнью и жизнью членов своих семей, помогали еврейским соседям. И только поляки организовали движение сопротивления, главной задачей которого было спасение евреев.

Отношения поляков и евреев были непростыми и в довоенные годы. Было взаимное недоверие, неприязнь. Однако в годы войны евреям помогали даже убежденные антисемиты – иногда из религиозных соображений, иногда просто по-соседски. Ни один народ, кроме евреев и цыган, не пострадал так сильно, как поляки. Борьба против общего нацистского врага порождала терпимость. Когда около трехсот тысяч уцелевших евреев – из трех миллионов, живших в Польше до войны, – вернулись домой, они были встречены в лучшем случае холодно, а в худшем – откровенно враждебно. Случались погромы, из-за которых многим евреям пришлось эмигрировать. Сегодня в среде польской молодежи заметно возрос интерес к вкладу евреев в историю их страны, внимание привлекают и вещественные свидетельства еврейской культуры – пустые синагоги, заброшенные кладбища. Однако евреев в Польше практически уже нет.

Бомбардировка Освенцима

Депортация сотен тысяч евреев из Венгрии через Словакию в Освенцим-Биркенау с мая по июль 1944 г. происходила на глазах у всего мира. Многие организации и частные лица обращались к союзникам с призывом принять меры для предотвращения убийства. Особенно усиленно предлагалась идея бомбардировки Биркенау и ведущей к лагерю железной дороги.

Шел последний год войны, союзные войска контролировали воздушное пространство Европы. Американские бомбардировщики почти ежедневно пролетали над лагерем. Однако в силу ряда причин американское и британское командование отказывалось отдать приказ о бомбардировке Освенцима-Биркенау. Некоторые официальные объяснения, сделанные во время войны, звучат цинично. Вот какой ответ дал член британского кабинета Ричард Лоу известному еврейскому общественному деятелю Хаиму Вейцману, к тому же спустя два месяца после обращения за помощью:

"Довожу до вашего сведения, что после детального изучения данного вопроса командование наших ВВС вынуждено отклонить ваше предложение в связи со слишком большими техническими сложностями. Понимая, что такое решение вызовет у вас разочарование, спешу заверить, что оно было принято на основании самого тщательного анализа ситуации".

Одни историки видят причину отказа от бомбардировок в антисемитизме. Другие с ними не согласны и предлагают свои объяснения, Но, как бы то ни было, факт остается фактом: реальная возможность спасти тысячи людей от газовых камер так и не была использована.

Холокост в Советском Союзе

Годы войны и немецкой оккупации принесли неимоверные страдания и смерть многим миллионам советских граждан. Так, каждый четвертый житель Белоруссии погиб во время войны, и по меньшей мере треть из них были евреями. Трагедию евреев надо рассматривать как особую главу истории Советского Союза в период Второй мировой войны.

Холокост на территории СССР во многом отличался от подобных событий, которые происходили в других странах Европы. По мнению большинства историков, нападение нацистской Германии на Советский Союз 22 июня 1941 г. было также началом «окончательного решения еврейского вопроса» в Европе.

До войны в СССР жили свыше пяти миллионов евреев; в это число входят и те, кто жил в районах, присоединенных к Советскому Союзу после германо-советского раздела Польши в сентябре 1939 г., советской аннексии в 1940 г. прибалтийских государств, а также Бессарабии и Буковины. Более трех миллионов из них оказались на оккупированной территории, где была уничтожена практически половина жертв Холокоста, причем без газовых камер и крематориев. Более восьмидесяти миллионов человек стали здесь жертвами, свидетелями, участниками нацистского геноцида.

На советской земле нацисты опробовали методы массового уничтожения людей. Эти «эксперименты» позволяли им вырабатывать средства для «окончательного решения», основанные на высокоразвитой технологии геноцида. «Архитекторы» уничтожения целого народа осознали, что они могут скрыть цели и масштабы преступления и от окружающего мира, и от самих евреев.

Истребление евреев началось летом 1941 г. с массовых расстрелов. Чаще всего они проводились непосредственно там, где жили жертвы, или поблизости, на глазах у местного населения, а иногда и при его активном участии. К началу 1942 г. айнзацгруппы с помощью войск СС, полиции, вермахта и местных коллаборационистов уничтожили на советской территории более миллиона человек. Это не смерть на войне с оружием в руках, смерть людей, которые оставили где-то дом, семью, пашню, песни, книги, традицию и историю. Это – пресечение древа жизни. Это гибель корней, а не только веток и листьев. Это убийство души и тела народа... Это уничтожение нации.

Брестское гетто

Защита Брестской крепости – символ героизма советских солдат в годы войны. Не менее символична и история Брестского гетто. Гитлеровцы ворвались в Брест утром 22 июня 1941 г. Почти никто из жителей города не успел эвакуироваться. Спустя две недели нацисты собрали несколько тысяч мужчин якобы «для отправки на работу» и расстреляли их. Евреев обязали носить на спине и груди желтые круги, так называемые «латы». Осенью людей переселили в два гетто – «большое» и «малое»; их разделяло шоссе Москва – Варшава.

Роману Левину было тогда одиннадцать лет. Он оказался в гетто с мамой, бабушкой и старшей сестрой. Роман вспоминал: «В домах было очень тесно, холодно. Здесь оказалось почти 20 000 человек. С самого начала вся жизнь, все проблемы в гетто сводились к необходимости прокормиться».

В октябре – ноябре 1941 г. была проведена регистрация и паспортизация населения Бреста. Все жители старше 14 лет должны были заполнить подробные анкеты («протоколы»), в которых указывались сведения о профессии, национальности, наличии детей. К анкете приклеивалось фото, под которым ставился отпечаток пальца. Можно было дать фотографию со старого советского паспорта или из семейного альбома, но многие люди фотографировались специально. В мае 1942 г. власти приказали сфотографироваться и заполнить «протоколы» подросткам, которым исполнилось четырнадцать лет. Это было их первое и последнее официальное фото.

Вероятно, подобные анкеты заполнялись и в других городах оккупированной нацистами Европы, но в таком количестве – свыше 12 000 – они сохранились только в брестском архиве. Несмотря на нечеловеческие условия жизни, узники гетто сумели предотвратить эпидемии, наладить выпечку хлеба, открыть мастерские ремесленников. В гетто появилось оружие, которое с риском для жизни приносили те, кого отправляли на ремонтные работы в крепость.

В середине октября 1942 г. гетто было ликвидировано. Тысячи людей были убиты прямо в своих домах и на улицах гетто. Остальных вывезли в теплушках на Бронную Гору – в двух часах от города – и там расстреляли. До войны в городе жили почти 30 000 евреев, оккупацию пережили 19 человек. Романа Левина спасла полька, партизанская связная ФлорияБудишевская. Нацисты расстреляли ее после зверских пыток за день до освобождения Бреста.

Сопротивление

Сегодня мы обсуждаем два способа умереть Идти в атаку означает для нас верную смерть. Второй способ означает смерть в течение двух или трех дней. Мы должны рассмотреть оба способа, - возможно, что-то и удастся предпринять.

Как и всюду в Европе, евреи, несмотря на крайне тяжелое положение, пытались оказывать сопротивление нацистам и поодиночке, и коллективно. В некоторых гетто создавались подпольные организации, готовились восстания, которые подавлялись с крайней жестокостью.

Воззвание подпольной молодежной организации в Вильнюсском гетто от 1 января 1942 г. впервые в оккупированной Европе призвало жителей гетто к сопротивлению. Группы сопротивления существовали и в других гетто – в Минске, Каунасе, Риге, Слониме, Барановичах, Бобруйске, Бресте, Гродно. Они добывали оружие за пределами гетто или изготавливали его в собственных мастерских, устраивали побеги заключенных, посылали лекарства партизанам или лечили их в своих больницах, информировали население гетто о событиях на фронтах, спасали от уничтожения культурные ценности.

Весной 1942 г. евреи оказали вооруженное сопротивление нацистам в гетто украинских городов Ковель, Дубно и Дубровица. Незадолго до начала акций уничтожения летом и осенью 1942 г. произошли восстания в гетто в Несвиже, Клецке, Мире и Лахве (Белоруссия), в Тучине, Луцке, Мизоче, Борщеве, Рогатине и Бродах (Украина). Восстания были жестоко подавлены, но части узников удалось бежать к партизанам.

Одним из самых ярких примеров вооруженного сопротивления еврейского населения стало восстание в гетто Белостока (этот город перед войной входил в состав СССР) в августе 1943 г. В отличие от многих других восстаний, в Белостоке силы сопротивления поддерживал руководитель еврейского совета Эфраим Бараш. Долгое время он пытался охладить пыл самых горячих, жаждавших немедленных действий, членов боевой организации. ВБелостокском гетто немцы организовали швейное производство, и Бараш должен был точно угадать момент, когда нацисты прикроют производство и узникам не останется ничего иного, кроме активного сопротивления. Когда в августе 1943 г. немцы приступили к окончательной депортации евреев в Треблинку, узники гетто подняли восстание. Они боролись с превосходящими силами врага в течение пяти дней. В конце концов около сотни повстанцев бежали к местным партизанам. А Белосток был освобожден советскими войсками год спустя.

Партизанские отряды

Заключённым из небольших гетто в Белоруссии и Украине удавалось совершить побег. Еврейское сопротивление возникло в первые же дни оккупации республики. Почти не было гетто, где бы не действовала подпольная оарганизация. Многие узники хорошо понимали, что они могут положиться только на себя, что пассивное ожидание смерти ведет к бесславной гибели. В 100-тысячном Минском гетто под руководством Исая Казинца и Михаила Гебелева активно действовали 22 подпольные группы, объединявшие более трехсот человек. На их боевом счету диверсионные акты и саботаж на немецких предприятиях и железнодорожном узле, тысячи людей, выведенных из гетто в партизанские отряды.

Самостоятельные еврейские партизанские отряды, ядро которых составляли бежавшие узники гетто, возникли во многих районах Белоруссии. Одним из таких был отряд, которым командовал Изхезкель Атлас, объединявший 120 евреев Деречинского гетто. Партизаны провели ряд успешных нападений на небольшие немецкие гарнизоны, взорвали важный стратегический мост через реку Неман, а в августе 42-го захватили немецкий самолет.

Своими боевыми действиями прославился отряд имени Жукова, командиром которого был Лейба Гильчик. О нем писал командир бригады генерал-майор Ф.Капуста: "За короткое время эта новая партизанская единица выросла до ста сорока человек - сплошь евреев. Люди этого отряда показали, как можно вооружаться и как нужно воевать".

Несколько тысяч узников, бежавших из Минского гетто, создали и в значительной степени пополнили девять партизанских отрядов (имени Кутузова, Буденного, Фрунзе, Лазо, Пархоменко, Щорса, 15-летия БССР, 106, 1406) и 1-й батальон 208-го отдельного партизанского полка.

Стать партизаном для еврея, бежавшего из гетто, было далеко не просто. Их неохотно принимали в отряд даже тогда, когда они приходили с оружием. Трудно поверить, но по указанию начальника Центрального штаба партизанского движения генерал-лейтенанта Пантелеймона Пономаренко командиры должны были "задерживать" беглецов из гетто и в отряды не принимать. Аргумент не мог быть более кощунственным: якобы среди них могли оказаться "агенты, засланные немцами". И это при том, что не было ни одного случая, а лишь предположение, и оно обрекало на смерть тысячи людей.

Восстали и героически сражались с карателями узники гетто Белостока, Несвижа, Клецка, Лахвы, Деречина. Примером неустрашимого мужества и отваги стало вооруженное восстание в Глубокском гетто. Недавно в Национальном архиве РБ был обнаружен документ, составленный командованием 1-й партизанской бригады 29 августа 1943 года по свежим следам событий. В нем говорится: "Восстание началось 19 августа 1943 года, организованное тов. Либерманом. Условленным сигналом все ринулись на прорыв проволочных заграждений забора. Завязался бой с немцами и полицией. В первую очередь были забросаны гранатами пулеметные гнезда, часовые на вышках, полицейский участок. Немцы были ошеломлены такими действиями и открыли артиллерийский огонь, подошли танки, но ничего не могло удержать этого натиска, евреи оказывали сопротивление, а один бункер немцы не могли взять в течение целого дня... Было убито и ранено 100 гитлеровцев. Часть евреев ушла в лес, а большая часть была расстреляна. Смертью храбрых погиб и организатор этого восстания тов. Либерман..." .

Беглецы присоединялись к партизанским отрядам или создавали в лесах семейные лагеря.Около 25 тысяч евреев сражались в партизанских отрядах в Белоруссии, Литве, Украине и России. Только в Белоруссии число партизан-евреев превышало 15 тысяч. В партизанских отрядах было немало женщин-евреек – врачей и медсестер. Среди командиров отрядов, партизанских бригад и соединений тоже было немало евреев. Особенно прославились 106-й отряд Ш. Зорина, семейный лагерь Тувии Бельского, действовавший в Налибокской пуще, и отряд "Форвертс" («Вперед»), созданный бежавшими из Белостокского гетто. Восстание в лагере смерти Собибор 14 октября 1943 г., результатом которого стало массовое бегство заключенных, возглавлял еврей, офицер Красной Армии Александр Печерский.

6 июля группа партизан, возглавляемая Шоломом Зориным, вступила в бой с немецкой частью, пытавшейся вырваться из Минского "котла". В ожесточенной схватке противник понес огромные потери. Несколько автоматчиков были захвачены в плен. В этом бою героически погибли Яков Пекер, Мойсей Туник, Семен Эзрах, Фима Миндель, Лев Пахутский, Раиса Пахутская. Ш. Зорин был тяжело ранен. Но командир продолжал руководить боем до завершения операции.

Прославленный партизанский отряд имени Ворошилова, которым командовал Евгений Финкельштейн (Миронович), во время Белорусской операции провел ряд успешных боев, изгнав немцев из местечек Илья, Раевка, Вязынь, и удерживал их до прихода частей Советской армии.

Эти и многие другие факты убедительно опровергают культивирующиеся до сих пор мифы о покорности евреев в дни геноцида, об их мнимой природной трусости, так же, как и утверждение юдофоба Сталина о воинской неполноценности евреев, о том, что "евреи – плохие солдаты". Евреи-партизаны, командуя отрядами, подразделениями или сражаясь рядовыми, проявляли замечательные воинские качества – бесстрашие, стойкость, отвагу, готовность к самопожертвованию. Сотни евреев заплатили жизнью в партизанских боях. По далеко не полным данным Белорусского штаба партизанского движения в боях погиб 721 еврей. Своим мужеством и героизмом в подпольной антинацистской борьбе, сражаясь в партизанских отрядах, евреи выполнили свой долг перед своим народом, вписав славную страницу в героическую летопись Белоруссии.

Маша Брускина

Сразу же после вторжения немцев в Минск в городе было организовано сопротивление. Юная Маша Брускина была узницей гетто.Она работала медсестрой в больнице, где нелегально лечили раненых советских солдат и офицеров, и, когда они поправлялись, помогала им бежать. Одного из беглецов схватили, и он предал девушку и ее товарищей. Их арестовали в середине октября 1941 г.

26 октября Машу и других приговоренных под конвоем немецких солдат и полицейских из литовского батальона провели по улицам Минска к месту казни неподалеку от дрожжевой фабрики. Один из добровольцев делал фотоснимки.
Фотографии казни попали в книги по истории Второй мировой войны и энциклопедии многих стран. Спокойствие и достоинство, с которыми девушка встретила смерть, сделали ее своего рода символом сопротивления. Имена ее товарищей-мужчин вскоре стали известны, но имя девушки долго оставалось невыясненным – ее называли «неизвестная».

Только в конце шестидесятых годов, после журналистского расследования, выяснилось, что это была семнадцатилетняя Маша Брускина. Имя юной героини подтвердили и другие исследования, но широкую известность оно получило позже. Возможно, признанию мешало то обстоятельство, что она была еврейкой.

Свидетель Борисенко рассказывает: "Когда они поставили ее на стул, девушка повернулась лицом к забору. Палачи хотели, чтобы она повернулась лицом к толпе, но она отворачивалась, и ничего нельзя было с этим поделать. Как они ни толкали ее и ни пытались развернуть, она оставалась стоять спиной к народу. И они выбили стул из-под ее ног".

Они были рядом

В западных исследованиях Холокоста до недавних пор в категорию «наблюдателей» попадали прежде всего нейтральные страны, например Швеция и Швейцария, а также страны, участвовавшие в войне на стороне союзников (Советский Союз, США, Великобритания). Можно сказать, что все они стояли в стороне, пока гитлеровская Германия уничтожала миллионы людей.
Для понимания позиций этих стран крайне важно знать, какой информацией они располагали. Историкам известно, что кремлевские руководители уже на раннем этапе войны были хорошо осведомлены о нацистской политике против евреев. С первых военных сообщений в сводках Советского Информбюро звучала, хотя и в несколько завуалированной форме, тема уничтожения евреев.

Выступая 24 августа 1941 г. на организованном советским руководством радиомитинге представителей еврейской общественности, Соломон Михоэлс предупреждал евреев об угрозе полного истребления нацистами. Этот митинг и предупреждение известного всей стране актера широко освещались в прессе.

Однако уже в феврале 1943 г. из газетного сообщения о зверствах нацистов в Ростове было вычеркнуто слово «евреи». То же произошло с публикациями о Бабьем Яре и Освенциме. – Политика умолчания о Холокосте не была последовательной, но становилась все более откровенной. Кремль не делал попыток спасать евреев. Достаточно сказать, что Центральный штаб партизанского движения в Москве и его представители на местах никогда не ставили перед партизанами задачу помогать узникам гетто.

Тем не менее Советский Союз нельзя рассматривать только как «наблюдателя» Холокоста. Несмотря на то что мер по спасению и защите евреев было явно недостаточно, военные успехи страны, разгром нацистской Германии позволили выжить многим тысячам евреев в Европе, которых Советская Армия освободила из лагерей смерти и концентрационных лагерей.

Категория «наблюдателей» существует и среди отдельных людей. Реакция на действия нацистов, на самих евреев и тех, кто долгие годы жил рядом с ними, тесно связана с историческим прошлым страны. Истори погромов в России, сталинский тоталитарный режим, годы репрессий порождали страх, пассивность, приспособленчество, привычку к репрессивным мерам, особенно направленным против евреев.

Уничтожение советских евреев проходило открыто, на глазах у местного населения, которое в большинстве своем просто пассивно наблюдало за событиями. Проект официального сообщения Чрезвычайной государственной комиссии (ЧГК) о трагедии в Бабьем Яре, отредактированный в Управлении пропаганды ЦК ВКП(б) и утвержденный заместителем председателя Совета Народных Комиссаров СССР В.М.Молотовым. Слово "евреи" заменено на «мирные советские граждане". Сегодня они увезли Ф. Я не могу передать свои чувства. Я чувствую, что это очень трудно, стыдно. Потому что есть люди, которые смотрят на это безразлично или злорадно. «Что, ему жалко евреев? Какой идиот!»

Почему Ф. должна быть хуже, чем вы? Она намного лучше вас, каждого из вас, лучше во всем! Она была единственной девушкой, с которой я всегда мог быть откровенен. Как прекрасно иметь друга, который понимает тебя и чувствует то же, что и ты. Она была хорошей девушкой и храброй. Когда ее увозили, она стояла с гордо поднятой головой... Я убежден в том, что она не опустит голову даже тогда, когда придется умереть. Ф., знай, что я помню о тебе, я не забуду о тебе и наступит день, когда я отомщу! Моя «первая любовь», оставившая самые чистые воспоминания. Она была моим идеалом. Последний привет от Ромки!

Соседи, знакомые, родственники

Несмотря па изощрённую антисемитскую пропаганду, нацистам не удалось вовлечь в преследование евреев большинство местных жителей. Знакомые, сослуживцы, школьные друзья нередко пытались хотя бы морально поддержать тех, кто в один день стали изгоями. Сделать это в условиях оккупационного террора было очень непросто. Особенно страшный выбор стоял перед ближайшими родственниками обреченных: пойти на смерть вместе с близкими или отречься от них. Иногда муж или жена неевреи шли на казнь вместе со своими еврейскими родственниками, хотя могли этого и не делать.

Но часто, следуя требованиям оккупационных законов, мужчины отказывались от своих «неарийских» жен и детей, а их родственники не соглашались прятать своих близких или даже выдавали их, чтобы не рисковать собственной жизнью, У молодой киевлянки Иды Белозовской муж был русским. Его семья согласилась спрятать невестку и внука. Но у нее на руках были еще трое детей ее родной сестры, погибшей в Бабьем Яре.

Дети остались со мной еще на шесть дней, на шесть дней продлили им жизнь. Все эти шесть дней они не отходили от меня, держась с обеих сторон за подол моею платья, они не играли, ничто не могло развлечь их. Они смотрели невинными глазами, не понимающими, что такое жизнь и что такое смерть, и спрашивали: «Тетя Ида, но скажи, мама ведь вернется, скажи, что вернется! Когда она придет?» Они молчали, и их глаза наполнялись слезами, они плакали молча. Плакать громко было нельзя, могли услышать люди, и это стало бы для всех нас гибелью. Я не плакала, я двигалась автоматически, словно я была из дерева, я успокаивала их и уговаривала, что скоро все кончится и мама вернется. В моей голове кружились кошмарные мысли. Почему мой ребенок только наполовину имеет право жить? Я пока могу жить, поскольку они хотят сохранить мать для моего сына и их внука, а меня, взрослую, легче спрятать. Чем же виноваты эти несмышленые дети, где взять для них жизнь? Муж ходил ко всем нашим знакомым – русским, с которыми можно было поговорить, он просил и умолял, чтобы они спасли по крайней мере одного ребенка, но все попытки были напрасными, каждый боялся за свою жизнь.

Быть или забыть: предостережение современникам. Каким XX век войдет в историю? Назовут ли его веком генетики, физики и освоения космоса или же веком геноцида, человекофобии, преследований и убийств людей только за то, что они – другие? Другой расы, другой крови, другой веры, другой нации, другого социального класса...

Не придется ли нам вновь и вновь платить своими судьбами и судьбами своих близких за «национальные» идеи сверхчеловека, сверхкласса, сверхнации, вырастающие в идеологии тоталитарных империй, идеологии, ведущие к расчеловечиванию человечества? Идеологии, в которых убийство Другого становится обыкновенной нормой социальной жизни и полностью оправдывается тем, что этот Другой не принадлежит к избранной нордической расе или избранному социальному классу. Какова историческая длина пути от идеи превосходства высших рас, наций и классов над низшими нациями и классами – к появлению «обыкновенного фашизма» с его лагерями смерти и "обыкновенного социализма" с его ГУЛАГом? Мог ли в 20-е годы нашего века хоть кто-то ощутить пепел жертв будущего Холокоста, Всесожжения, за страницами политического манифеста Адольфа Гитлера «Майн кампф» и идеологической доктрины Альфреда Розенберга «Миф XX века», пообещавших выплавить из расового мифа новый тип человека Первой Германской империи, исповедующего формулу «Только я хочу»...

Все эти мысли высвечиваются в моем сознании, когда я держу в руках книгу для школ «Передайте об этом детям вашим...», рассказывающую о почти неизвестной в России катастрофе Холокоста в Европе (1933–1945), написанную шведскими исследователями С.Брухфельдом и П.Левином.

Эпиграфом к этой книге могли бы быть упомянутые в ней слова: «Можно представить худшее, но как представить непредставимое». Я подписываюсь полностью под этими строками, так как сколько бы книг ни выходило о Холокосте как непосредственном проявлении фашистской идеологии, катастрофа Холокоста не вмещается в сознание человека, прямо или косвенно не затронутого этой катастрофой. Сколько бы вы ни читали даже такие потрясшие мир книги о Холокосте, как «Дневник Анны Франк», девочки, описавшей Холокост и сожженной Холокостом, сколько бы ни смотрели такие фильмы, как «Список Шиндлера», масштаб трагедии Холокоста не вмещается в сознание. Холокост остается именно «непредставимым» и осознанно или неосознанно вытесняемым целыми странами и людьми из потока истории. Иными словами, о Холокосте забывают, как стараются забыть о болезни люди, пораженные этой болезнью. Увы, особая стена молчания возведена вокруг холокоста и в России.

Я пишу эти строки и испытываю чувство тихого отчаяния от того, чтоони могут оказаться криком вопиющего в пустыне. Пишу и отчетливо понимаю, что для многих людей в России само слово Холокост, Всесожжение, – звук пустой. Оно либо неизвестно, либо вытеснено из сознания в самые потаенные уголки нашей личности. То тут, то там звучат голоса: «Зачем вообще говорить о Холокосте, смущать людей историями методичного уничтожения более 6 миллионов евреев в 30–40-е годы XX века?»

А наследники гитлеров и Сталиных вообще спрашивают: «Вы о чем? Разве был Холокост?» Они не хотят вспоминать о массовой этнической чистке, геноциде на глазах у почти безмолвствующего человечества во время войны и под прикрытием войны. Мол, война все спишет... Холокост, преступление, прикрытое войной, – преступление, прикрытое другим преступлением.

Поверьте, Холокост не только был. Он не только прошлое, но и наше возможное будущее. Исторически и психологически Холокост -это прежде всего симптом летальной социальной болезни <человекофобии>, охватившей все человечество, а не только национальный геноцид как мировая катастрофа.

Кто знает о болезни, тот имеет шанс излечиться. Выход книги «Передайте об этом детям вашим...» – это важный шаг России на пути излечения от болезни беспамятства. Особо отмечу, что отношение той или иной страны к трагедии Холокоста – это индикатор, своего рода лакмусовая бумажка, по которой другие страны судят о праве страны именоваться гражданским демократическим государством. Политический и исторический смысл запоздалого признания Россией места Холокоста в истории цивилизации будет означать, что наша страна после многолетнего молчания сделала свой выбор и входит в общий ряд цивилизованных стран, для которых катастрофа Холокоста воспринимается как общечеловеческая, а не только национальная трагедия.

Опыт Холокоста как мировой катастрофы всего человечества, приведшей к физическому уничтожению шести миллионов евреев в середине кажущегося цивилизованным двадцатого столетия, фактически не представлен в массовом сознании российского населения, В современных образовательных программах средней общей и высшей школы отсутствует какое-либо прямое упоминание о Холокосте, а сам термин Холокост, широко распространенный в странах Западной Европы и в США, практически не используется в России. Подобный диссонанс между осмыслением трагедии Холокоста в ведущих странах современного мира и России не только и не столько говорит о политической слепоте, – «скотоме» в сознании россиян к этому явлению мировой истории, но и служит своеобразным фоном для формирования этнических предрассудков, выступающих как предпосылка политического экстремизма, прежде всего – политического антисемитизма.

В массовом сознании постоянно смешиваются два принципиально различных по своей психологической и исторической сути явления – геноцид и война, прежде всего Холокост и война. В любых войнах, сколь драматичны они бы ни были, убийство другого человека совершается как средство достижения политических, религиозных, экономических или территориальных целей. Геноцид имеет другую природу. Явная или неявная цель геноцида – превращение убийства другого человека, так или иначе отличающегося по этническим, религиозным или каким-либо иным признакам, в обыденную социальную норму повседневного поведения. Говоря более жестко, геноцид – это узаконенное в массовом сознании разрешение на убийство, на уничтожение другого человека.

Не только в этическом, но и в общем эволюционном аспекте геноцид, по словам М.Гефтера, «не бывает против кого-то, геноцид всегда против всех». Страстная формула М.Гефтера раскрывает сущность природы геноцида как аутоагрессии, которая в эволюционном контексте повлечет за собой уничтожение всего человечества. Отсюда фундаментализм, национализм, фашизм, антисемитизм выступают как философия и идеология не только этнофобии, но и человекофобии, грозящей своими историческими последствиями – Холокостом всего человечества. В связи с этим особо следует подчеркнуть, что ни в коем случае нельзя смешивать катастрофу геноцида с катастрофами войн. Геноцид, в том числе Холокост, как это ни парадоксально, прячется под маской войны.

Холокост прячется под маской Второй мировой войны, в действительности же по своим временным границам и социально-психологическим последствиям имея куда более широкий радиус поражения человеческой цивилизации. Именно эти моменты достаточно рельефно звучат в книге шведских авторов. Особая срочность и даже экстренность издания книги «Передайте об этом детям вашим...» вызвана тем, что различные экстремистские движения в России иногда осознанно, а иногда неосознанно обратились, по существу, к использованию весьма эффективных технологий обработки массового сознания в системе образования и средствах массовой информации.

В сфере образования сторонники национал-патриотической и неофашистской идеологии мечтают о создании образовательных программ, направленных на формирование «обыкновенного» фанатического сознания, подчиненных формуле «нация превыше всего». Эти идеологи вслед за Сталиным призывают спасти русско-православное сознание от троцкистской химеры, космополитизации, финансового порабощения антропологической российской православной цивилизации. Эти идеологические изыскания не остаются на уровне призывов. Они начинают реализовываться в программах тренинга учителей в разных регионах России, а также в издании учебников с экстремистской окраской. В перспективе, как это ни чудовищно, именно такая по своей природе cфундаменталистская (а не только фашистская или националистская) идеология имеет шанс стать официальной национальной доктриной российского образования.

Стоит ли в сложившейся ситуации доказывать, что именно вопрос «Быть или забыть Холокост?» становится гамлетовским для истории будущей России. Книга «Передайте об этом детям вашим...» выступает как предостережение не только детям, но прежде всего нам самим, современникам уходящего XX века. Решатся ли учителя не только взять эту книгу в руки, но и, преодолевая сопротивление этнических предрассудков и стереотипов, поведать о Холокосте своим ученикам? Надеюсь, что прежде всего мысль о собственных детях подтолкнет учителей к тому, чтобы они сделали этот шаг. Надеюсь и верю, что, как и в другие переломные моменты истории, именно учителя спасут Россию от пути к Холокосту.




возврат назад Обновить страницу


события         архив         воспоминания         творческие работы         тесты по ЕГЭ         блог