Воспоминания ветерана ВОВ Касатонова Филиппа Ефимовича


"Я помню, падали солдаты,
Я помню, плавилась броня.
Теперь всё в прошлом, только даты,
И память, что сильней меня."

Ф. Липатов

Касатонов Филипп Ефимович

Скоро исполнится 65 лет с тех пор, как прогремели последние залпы в честь Великой Победы советского народа над фашисткой Германией. Именно сейчас, в канун 65-летия Великой Победы мы преклоняемся перед ратным подвигом солдат нашей Отчизны. Низкий поклон и благодарность всем, вынесшим на своих плечах тяготы и лишения военного времени, превозмогавшим боль, кровь и смерть, поднявшим страну из руин. Миллионами человеческих жизней заплатил наш народ за избавление мира от фашистской чумы. Во многих семьях жива горькая память о войне, о близких, не вернувшихся с её кровавых полей. Наши соотечественники прошли суровое испытание на прочность, мужество, на способность сохранить в себе достоинство и лучшие человеческие качества, всей своей жизнью показав, каким должно быть поколение Победителей. Надеюсь, что, прочтя об интересной военной судьбе Касатонова Ф.Е. поколение, которое не испытывало тягот войны, умом и сердцем поймёт – какой ценой, какой кровью завоевано их счастье, и уважительно и бережно будет относиться к нашим ветеранам.

Материал для статьи о ветеране Великой Отечественной войны Касатонове Филиппе Ефимовиче предоставил его сын – Владимир Филиппович Касатонов: «людей с героическим прошлым становится всё меньше и меньше. И хочется оставить о них память. С возрастом это понимаешь глубже, сильнее. Особенно, когда это родные, близкие тебе люди. Ты знаешь, что повторить их подвиг тебе не суждено, а потому они становятся для тебя особенно дороги. И им это тоже приятно». В основу материала легла статья Вадима Зубова «Рожденный Прохоровским полем, огнем крещенный на Днепре…» (http://timeua.info/291009/10180.htm) и записи Касатонова В.Ф., а также любезно предоставленные им фотографии из семейного архива. Филипп Ефимович проживает в г. Дергачи Харьковской области Украины.

Истоки солдатского мужества

"Село наше Лески тогдашнего Беленихинского района на Курянщине приютилось у Прохоровского поля, так что предкам моим сам Господь велел быть хлебопашцами, – вспоминает Филипп Ефимович. – Вот и дед мой, Степан Кузьмич Касатонов, кстати – участник Балканских войн России, проживший 92 года, хоть грамоты не знал, зато крестьянской наукой владел основательно и троих сыновей своих сызмальства ей обучал. Да не суждено им было, видно, продолжать дедово дело. Старшего, Афанасия, родившегося в 1883-м, сельский сход в 1902 году выделил от семьи Касатоновых на государеву службу в солдаты. В лейб-гвардии гусарском полку императрицы Александры Федоровны он грамоте выучился – и обычной, и военной, после чего на сверхсрочную остался, дослужился до вахмистра (старшины) эскадрона. За боевые заслуги в русско-японской войне 1905 года был удостоен четырех Георгиевских крестов – полного банта".

Степан Кузьмич  Ефим Степанович Афанасий Степанович Владимир Афанасьевич Игорь Владимирович Иван Михайлович Филипп Ефимович
Степан
Кузьмич
Ефим
Степанович
Афанасий
Степанович
Владимир
Афанасьевич
Игорь
Владимирович
Иван
Михайлович
Филипп
Ефимович

"Трое его сыновей по военной линии так и пошли – Федор в Великую Отечественную воевал на Ленинградском фронте, в 44-м сложил голову под Нарвой. Яков с Краснознаменным Балтийским флотом оборонял в те годы Кронштадт и Ленинград, был награжден орденом Красной Звезды. Но самый известный из моих двоюродных братьев – Владимир Афанасьевич, Герой Советского Союза. В годы войны – начальник штаба соединения подводных лодок в Кронштадтской военно-морской базе. Вместе с кораблями и береговыми батареями подлодки потопили на Балтике 582 боевых и вспомогательных вражеских корабля и 624 транспорта фашистов. Адмирал флота, он командовал Черноморским и Северным флотами, был первым заместителем главнокомандующего ВМФ СССР. Ушел из жизни в 1989 году, немногим не дожив до восьмидесяти. По стопам отца пошел его сын – Игорь Владимирович Касатонов. Адмирал флота, он до 1992 года командовал Черноморским флотом, затем был первым заместителем Главкома ВМФ России. Кандидат военных наук, лауреат премии Андрея Первозванного, президент фонда «Москва – Севастополь», Почётный гражданин России".

Голодное детство, школа

Свидетельство об отличной учёбе Филиппа Касатонова

"Два других сына Степана Кузьмича – продолжает Филипп Ефимович, – родившийся в 1885 году Митрофан и десятью годами позже Ефим, казалось, прочно осели на земле. Ефим Степанович взял в жены свою односельчанку Мавру Михайловну. Но грянула революция, за ней – гражданская война, участником которой был Ефим, а после – коллективизация. А у Ефима к тому времени, кроме родившегося в 1924 году Филиппа, были на иждивении еще и двое младшеньких – Федор и Варвара. Да еще мать жены с сестрами.

А как такое семейство прокормить, когда, загоняя насильно в колхоз, забрали со двора и лошадь, и корову? На чем землю пахать? Колхоз восемь ртов не прокормит, рассудил Ефим, и вместе со своей женской «бригадой» и братом Митрофаном подался на железную дорогу. Поскольку грамоты никто из них не знал, то всех определили в разнорабочие.

Отец трудился путевым обходчиком, работа тяжелая – с утра до зари, а жалованье – маленькое. Без земли, которую отобрали, было нам не прокормиться. Но и тем, кто пошел в колхоз, доводилось не слаще – продразверстка забирала весь урожай подчистую. Много жизней моих односельчан унес тот голодомор, а мы, дети, вечно ходили с опухшими животами, переболели и малярией, и куриной слепотой. Спасла школа, в которую я пошел только в 1933 году – девятилетним переростком-дистрофиком.

Тогда у нас, школяров, было общее питание – на стол ставили большой котел, в котором плавали три пшенинки. На этой похлебке без соли и выжили. Может, еще и потому, что очень хотели учиться. Я впитывал в себя науки, как губка. И, получив после окончания семилетки аттестат с отличием, пошел работать учеником в местный банк. Было это в марте 41-го, а уже через три месяца началась война. О том, как мы в селе выживали в те годы, вспоминать еще страшнее. Война унесла у меня самых близких людей – во время бомбежки погибли мать, тетка и бабушка. Так что, когда после разгрома немцев под Сталинградом Красная Армия дошла и до нас, я ушел с ней на фронт".

«Ты увидел бой, Днепр-отец река, мы в атаку шли под горой...»

Кухаренко Иван и Касатонов Филипп (справа)

Патриотизм, верное служение Родине, любовь к ней – в крови у рода Касатоновых. Это питало героизм и мужество потенциального полного кавалера орденов Славы. Уходит время, уходят люди, но среди фронтовиков ещё живут свидетели давней истории Великой Отечественной войны 1941-1945 гг.

Уходят годы войны в далёкое прошлое, но горькая и жестокая память о боевых походах постоянно тревожит сердце фронтовиков. Фронтовик… Солдат свободы… Над ними висела постоянно угроза смерти, увечья… Какие же нужно иметь стойкость и мужество, чтобы всё это выдержать и победить?!

Фронтовики – это действительно поколение победителей. В их славных биографиях живая история. Сердца героев, отцов и дедов, бьются в их сыновьях, внуках и правнуках.

Думал 18-летний Филипп, что путь его 167-й стрелковой дивизии в составе 38-й армии Воронежского фронта лежит прямиком на Запад. Но вместо этого пришлось, вгрызаясь в родную землю, основательно и надолго окапываться.

Слева - направо: Касатонов Филипп, комвзвода Нагаев, Ухатый Владимир.

"С марта по сентябрь 43-го наша батарея 120-миллиметровых минометов в составе 465-го стрелкового полка держала оборону под Сумами в районе сел Кияница и Пушкаревка, – продолжает свои воспоминания Филипп Ефимович – Там я первого из своих боевых товарищей и схоронил – Яшин была его фамилия. Мы ему с напарником ночью на огромном зеленом лугу окоп под наблюдательный пункт для корректировки огня вырыли на ничейной полосе – полтора километра от наших позиций, полкилометра до немецких. По ночам ползком по-пластунски таскали им провизию, днем высунуть голову из траншей было невозможно – фашисты обстреливали и окопчик НП с торчащей стереотрубой, и наши позиции. А Яшин однажды не выдержал и вылез из укрытия – может, животом маялся. Его немецкий снайпер тут же и уложил – пришлось нам ночью перетаскивать к себе тело под свет ракет. Словом, чуть и я на том лугу не остался…"

Самого Филиппа Касатонова за умение свободно оперировать системой координат, градусами, углами и прочими математическими премудростями поставили командиром-наводчиком первого, а значит главного из восьми огневых расчетов минометной батареи. Полный расчет – это еще заряжающий, подносчик и подвозчик снарядов. Но сразу всем им уберечься от вражеских пуль и осколков выпадало редко. Особенно – в наступательных боях. А после переломной для всего хода войны Курской битвы с ее грандиозным танковым сражением на Прохоровском поле 167-й стрелковой дивизии наконец-то дали приказ наступать – «отбирать наши пяди и крохи». 2 сентября она освободила Сумы, 19-го – Ромны и устремилась к Днепру в киевском направлении.

"Первая попытка форсировать Днепр была предпринята как раз напротив Вышгорода, но оказалась неудачной, – говорит Филипп Ефимович. – Для сотен наших бойцов могучая река и ее берег стали последним пристанищем. После этого ночью нашу дивизию перебросили правее Киева на Любежское направление. Там уже форсировали Днепр на рассвете. Даже кадры фронтовой кинохроники этой операции не дают полного представления о том, что мы пережили. А было, как у Высоцкого: «Мне этот бой не забыть нипочем, смертью пропитан воздух…» Это наша батарея вместе с минометами, боеприпасами и лошадьми переправлялась на паромах, а пехотинцы – на том, что оказалось под рукой. На лодках, досках, скатах от машин. И все – под беспрерывным огнем вражеской авиации и артиллерии.

Вверху: Дементьев, Кухаренко (справа),  внизу: Рязанцев, Касатонов (справа)

Под черную от холода воду с головой уходили, чтобы никогда уже не вынырнуть, люди, лошади, техника. Понтонный мост, который навели первые высадившиеся на берегу саперные группы, к утру следующего дня был разбомблен немецкими бомбардировщиками, и мы вжимались в правый берег, буквально врастая в него, сдерживали одну за другой атаки фашистов, стремившихся сбросить нас в реку. А если пропускали танки, так с тем, чтобы поджечь их сзади гранатами, отсечь от них пехоту и уничтожить. В этом кромешном аду мне довелось быть и заряжающим, и наводчиком – ребят наших полегло немеряно…"

За форсирование Днепра и освобождение Киева, в который вместе с однополчанами Касатонов ворвался 6 ноября 1943 года со стороны Пуща-Водицы, он был приказом по 465-му полку удостоен своей первой боевой награды – медали «За отвагу». Вручили ее ему в последние дни декабря, а в январе 44-го 19-летний Филипп попал из огня да в полымя. Было это уже в ходе Корсунь-Шевченковской операции, когда его полк получил задание овладеть в тылу противника главной дорогой, проходившей через Тихоновский лес и одноименное село – с тем, чтобы перерезать путь довольно солидной группировке немцев, брошенной на прорыв кольца в помощь своим окруженным соединениям.

Помните киноленту советских времен «Обратной дороги нет?» Вот так и Касатонов с однополчанами пробирались на обозах через болотные топи, по колено в воде, со всеми предосторожностями – чтобы раньше времени не выдать себя. Тихоновку они удерживали два дня, отбивая атаки не только с земли, но и с воздуха. После чего отошли в лес, но с дороги не сошли. 15 дней их бомбили вражеские авиация и артиллерия, а все попытки нашего командования с помощью самолетов доставить уже своим окруженцам боеприпасы и продукты оказывались тщетными – сильным ветром парашюты относило в сторону. Они уже готовились остаться навек в этих тихоновских болотах, но командир 167-й стрелковой дивизии генерал Мельников свой полк на произвол судьбы не бросил – опередив на считанные часы противника танковым ударом, он разорвал вражеское кольцо. А войска 1-го и 2-го Украинских фронтов, напротив, свое кольцо вокруг крупной группировки врага в это время сомкнули железной хваткой.


продолжение


возврат назад Обновить страницу


события         архив         воспоминания         творческие работы         тесты по ЕГЭ         блог