Главный маршал авиации Колдунов А.И.


"Справа взрыв.
Я в дыму!
Но тяну, как могу:
Две минуты всего лишь до цели…"

Ю. Боярский


Дважды Герой Советского Союза Колдунов А.И.

Колдунов Александр Иванович родился 20 сентября 1923 г. в деревне Мощиново Монастырщинского района Смоленской области. В 1931 г. вместе с родителями приехал в Москву. Учился в школе № 26. В 1940 г. закончил аэроклуб. С 1940 г, по февраль 1941 г. работал учеником токаря на заводе. В 1941 г. был призван в ряды Красной Армии. В годы Великой Отечественной войны сражался на многих фронтах, лично сбил 46 самолетов противника. Указом Президиума Верховного Совета СССР от 2 августа 1944 г. Колдунову А.И. было присвоено звание Героя Советского Союза, 23 февраля 1948 г. он был награжден второй медалью «Золотая Звезда». Александр Иванович является одним из самых результативных наших асов.

Самым молодым токарем в одном из цехов московского завода был высокий чубастый темноглазый Саша Колдунов. Ему едва лишь минуло шестнадцать лет. До поступления на завод Саша закончил Реутовский аэроклуб, пытался поступить в военное училище, да не приняли – лет маловато.
– А как же ты «обвел» начальство аэроклуба? – как-то спросил мастер дядя Миша. – Моего Митьку не приняли, а он постарше тебя и собой тоже ладный.
– Вы понимаете, – опустив густые ресницы и заливаясь багрянцем, ответил Саша, – в метрике мыши последнюю цифру проели... ну и...
– Проели? – улыбнулся дядя Миша. – И ты, значит, забыл, что с двадцать третьего?
– Запамятовал... Сказал с двадцатого... Вот и приняли, – Добродушно сознался юноша.
– Орел! – раскатистым смехом залился мастер. – Ладно, получай задание...

«Удивительный хлопец, – по-отцовски любовался юным токарем дядя Миша, – план перевыполняет, в вечернюю школу ходит, спортом занимается и с книжкой не расстается, – на все находит время». В цехе любили Сашу за деловой характер и остроумные шутки. Рассмешит, а сам не улыбнется. Первые месяцы Саша грустил, сожалел, что не приняли в летную школу, а потом смирился: годик поработаю, а там поступлю.

Пришел сорок первый год. Лето под Москвой выдалось погожее, небо чистое, луга цветами украсились. И почему это раньше не замечалась подмосковная красота, не тревожили так сердце соловьи и не казались какими-то необыкновенными девчонки?
– Что-то ты зачастил на станцию Черную? – улыбается мать. – Или невесту подыскал?
– Что ты, мама, – смущается сын, – нужны они мне. В аэроклуб езжу. Скучаю по самолету. Когда посмотришь, а когда и полетать удается.
– Ох, мне эти самолеты! – вздыхает мать. А дядя Миша знай свое:
– Испортят нам немцы жизнь. Митька с границы пишет: не спокойно.

«Ничего не случится, – по-своему думает Саша Колдунов, – а если сунутся – дадим отпор. Скорее бы вызов в училище». Вскоре началась война. Завод перешел на повышенный план, выходные отменены, станки не выключаются, работа круглосуточная. Все для фронта! Кабинет директора штурмуют все: и молодые, и пожилые, и мужчины, и женщины. На фронт! Отпустите на фронт! Но на заводском собрании выступил командир из военкомата и словно отрубил:
– Никого! Сами понимаете, что нужно фронту… А потребуется – вызовем.

Саша Колдунов похудел, еще больше вытянулся, густые черные брови нахмурены, стал молчаливым. Седьмого ноября удалось побывать на параде. Мимо Мавзолея проходили вооруженные батальоны, одетые по-зимнему. Они шли на фронт. «Сегодня же напишу еще заявление», – решил Саша. В полдень пришел в цех. Дядя Миша сидит, ссутулившись возле станка, держит в руках серый клочок бумаги. Рядом стоят в молчании рабочие.
– С парада я, – сказал Саша, – хотите расскажу?
– Митьку убили, – послышалось рядом.
– Ну, чего собрались? – дядя Миша встал, выпрямился.

Саша впервые заметил, какие большие у мастера руки.
– Работать надо! Вечером дядя Миша подошел к Саше и тихим голосом сказал:
– Твой план беру на себя. Хлопочи. Не резон летчику стоять у станка.

...Шел сорок третий, военный год. Успешно закончена Качинская военная авиационная школа, на плечах погоны сержанта авиации, уже немало налетано часов, и сердце горит мщением, хочется скорее на фронт. Все пришло бы в свое время, но случайные обстоятельства помогли осуществить мечту раньше срока. На аэродром запасного полка прибыла фронтовая авиационная часть получать новые, более современные самолеты. Летчики бывалые, по два-три ордена имеют, почти все офицеры. Быстро заметили фронтовики способного летчика сержанта Колдунова. Летает отлично. Как-то после удачных полетов к Александру Колдунову подошел капитан Дмитрий Сырцов и просто, словно это уже решено, сказал:
– Собирай пожитки, сегодня вылетаем на фронт. Будешь в моей эскадрилье.
– Пустые разговоры. Ходил вчера к вашему подполковнику Иванову. Отказал. Говорит, нужно согласие нашего командования и всякая там бумажная формальность. Сырцов задорно улыбнулся:
В жизни главное – бумажка,
Береги ее весь век.
Без бумажки ты букашка,
А с бумажкой – человек.
– Вы все шутите, товарищ капитан, а я всякую надежду потерял.
– Нет, не шучу. Я говорил с Ивановым, он согласен. А документы потом. Собирайся.

Пожалуй, за всю свою жизнь спортсмен и летчик Колдунов выдал такую скорость на земле впервые. Уж на что Сырцов славился бегуном отличным, едва догнал.
– Вот что, полетишь в грузовом с техниками. Но для всякого случая замаскируйся, чтобы комендант аэродрома не заметил тебя... Понял?
– Спрячусь, сам черт не найдет.

Имея хорошую летную практику, Колдунов быстро освоился с боевой обстановкой.
– Помни, храбрость должна сочетаться с умением и осторожностью, – напутствовал комиссар майор Черный после первого боевого вылета. – Ну, а действовал правильно. И еще: не стесняйся, учись у «старичков», у них опыт добыт ценой крови.

Александр Колдунов не упускал возможности поговорить с бывалыми летчиками, с техниками, инженерами, учился у них летному мастерству, познавая секреты воздушных побед. Полезные советы бесстрашного комиссара, опытного летчика Ильи Черного, меткие замечания боевых товарищей Дмитрия Сырцова и Ивана Панина явились азами теории бить гитлеровцев в воздухе. Помогали фронтовые друзья молодому летчику в силу своих возможностей. И вскоре Александр Колдунов успешно сдал экзамен на боевую зрелость летчика-истребителя. Совершив очередной вылет на штурмовку вражеских позиций и не успев еще отстегнуть парашюта, Александр Колдунов получил боевой приказ: «Срочно в воздух, сбить идущего к аэродрому разведчика».

Встреча с противником один на один. Давно мечтал Колдунов о такой схватке. Вот он крадется, словно вор. Опытный. Уже заметил истребитель. Ныряет в облака, ставит дымовую завесу, выбрасывает разрывные гранаты на парашютиках. Но краснозвездный истребитель настойчиво преследует. «Юнкере» пытается уйти под защиту зенитчиков, маневрируя, жмет к переднему краю.

Только внезапность, только военная хитрость и хладнокровие могут принести победу. Набрав высоту, Колдунов видит, как мечется враг, приближаясь к линии фронта. Вот Ю-88 упал на левое крыло, врезался в белую, как снег, тучку, изменил курс полета и снова нырнул в облако. По нему бьют наши зенитки. Так немудрено попасть самому под огонь с земли. Решают судьбу секунды. Нужно точно определить, где вынырнет «юнкерс». Впереди причудливой формы, словно валенок, выступ огромного облака. Сделав боевой разворот, Колдунов под большим углом пошел вниз. Вот он, самолет-разведчик, выплывает из белого «валенка». Сокращается дистанция, снова видны парашютики, но они висят ниже Ю-88, а колдуновский «як» атакует сверху. Удар короткой очередью из пушки, и разведчик, объятый пламенем, без правой плоскости, рисуя серую дугу, стремительно падает на скалистую гору...

В тот же день командир полка приказал: всем надеть ордена! В полк пришла делегация колхозников. Традиционный обед. Поднимается пожилой колхозник Герасим Алексеевич Богаченко и без всякого вступления, просто, по-семейному обращается к командиру полка:
– Купил я на сбережения самолет, кому посоветуешь передать?
– Выбирай сам, отец. Все достойные соколы, – ответил командир.
– Вот бачил я, что есть такой товарищ Колдунов. Дюже храбрый летун.
А когда Герасиму Алексеевичу представили летчика Колдунова, он смутился:
– Такой молодой. Но орденов уже богато. Значит, смелый. Не возражаешь, сынко, летать на дарственном самолете? Летчик и патриот-колхозник обнялись...

Через несколько дней капитан Колдунов уже рапортовал колхознику Богаченко из села Граденица Беляевского района Одесской области: «Докладываю, дорогой Герасим Алексеевич, сегодня сбит пятый стервятник. Обещаю число звезд на самолете увеличивать. Машина отличная!»

Летом 1944 г., к началу крупнейшей в истории Великой Отечественной войны Ясско-Кишиневской операции, Александр Иванович Колдунов командовал эскадрильей 866-го истребительного авиационного полка 288-й истребительной авиадивизии. Тогда в полку было всего лишь шесть новых самолетов Як-3, и все они находились в эскадрилье Колдунова. Колдуновская шестерка составляла так называемую особую группу по очистке воздуха. Когда формировалась шестерка, заместитель командира полка майор Сырцов советовал капитану Колдунову:
– Подбери из «старичков», с опытом.
Но «старичков» в полку оставалось немного. Кто ушел на повышение, некоторые же отдали жизнь в боях.
– А где их возьмешь? Все молодые.
– Вот из них и надо искать «старичков», – улыбнулся Сырцов. – Таких, как сам.

В шестерку вошли капитаны Шишов и Сидоренко, лейтенанты Сурнев, Шамонов и Гурьев. Средний возраст – двадцать один год. Двадцать первый год шел и Колдунову. Но он казался старше своих лет. Загоревшее лицо, в плечах раздался, голос стал твердым, только по характеру остался тем же Сашей: застенчивым, скромным и заботливым о людях. Всем поможет, расскажет, посоветует. Ночью товарищи спят, а он письма строчит. И на завод, и домой, и под Одессу Богаченко написать надо. А с рассветом, когда на траве заискрится роса, снова к самолету.

Однажды ранним июньским утром Колдунов повел четверку «яков» в район Бендер. Небо чистое, внизу всхолмленная, украшенная садами земля. Как и всегда, шли на разных высотах попарно. Задача: прикрыть наземные войска с воздуха от ударов авиации противника, а возвращаясь на аэродром, ударить по автоколоннам гитлеровцев. Справа, прижимаясь к земле, уже возвращалась группа самолетов под командованием Сырцова. Пересчитал. Идут домой все. Это хорошо.
– Колдунов! Колдунов! Я – «первый»! К боевым порядкам идут двенадцать Ю-87 под прикрытием четырех «мессеров». Колдунов узнал голос командира авиадивизии полковника Смирнова.
– Вижу. Атакую «юнкерсов»! – ответил Колдунов. Невзирая на численное превосходство противника, Колдунов решил, что называется, с ходу атаковать Ю-87 всей четверкой.

Излюбленный колдуновский прием. Противник не ожидал такого решительного действия четверки советских истребителей. Ведь на их стороне четырехкратное превосходство. На встречно-пересекающемся курсе Колдунов вывел свою группу предельно точно. Атака! Валится один, за ним второй Ю-87, а четверка «яков», разделившись попарно, уже набирает высоту. Вражеские же самолеты, нарушив боевой порядок, со снижением начали удирать в глубь своей территории. Истребители Ме-109 попытались отсечь и связать боем группу Колдунова. Но командир эскадрильи, демонстрируя свое боевое мастерство высшего класса, с первой же атаки сбил ведущего. Остальные удрали.

Да, жаркие дни стояли в то время под Яссами и Кишиневом. Много приходилось трудиться «особой» эскадрилье капитана Колдунова. В день по четыре-пять боевых вылетов. И не всегда удача сопутствовала от начала до конца. В одном из вылетов на прикрытие наших войск после окончания патрулирования, как было заведено, группа Колдунова в составе четырех Як-3 начала штурмовать отступающую длинную колонну войск противника. На четвертом заходе самолет качнуло. Одновременно послышался взрыв, и желтые языки пламени затрепетали на плоскости. Зенитный снаряд свое дело сделал. И откуда взялись, будь они прокляты, еще четыре «мессершмитта»!
– Шишов! Действуй! – передал команду Колдунов ведущему второй пары.

Пока капитан Шишов вел бой, Колдунов сбил пламя с плоскости.
– Видал? – послышался в шлемофоне голос Шишова. Советский истребитель шел круто вверх, а Ме-109, оставляя черный шлейф дыма, стремительно приближался к земле. И на этот раз группа Колдунова возвратилась на свой аэродром без потерь.

Днем позже Колдунов вылетел вместе с Сырцовым на разведку войск противника. Севернее Комрат неожиданно завязался бой с четырьмя Ме-109. Гитлеровцы почему-то действовали неслаженно и трусливо. В воздушном бою Колдунов сбил один вражеский самолет. Остальные поспешно удрали. Немецкий летчик приземлился в районе командного пункта.
– А вы могли бы еще «тянуть» на горящей машине и сесть у себя на аэродроме? – спросил полковник Смирнов, допрашивавший фашистского аса.
– Мог, если бы не Колдун... – ответил расстроенный летчик. – Он вторично сбивает меня. Но тогда я приземлился в расположении своих войск...

Каждый вылет летчика-истребителя Колдунова А.И. – волнующая страница летописи Великой Отечественной войны. И каждый сбитый самолет – самостоятельный большой рассказ о друзьях-товарищах, о мастерстве, о напряженных минутах, пережитых в сложной боевой обстановке. В конце войны товарищи по цеху московского завода прислали Герою Советского Союза Колдунову А.С. письмо. Там есть такие строчки: «Мы гордимся тобою, наш Саша! Добивай проклятых фашистов и скорее возвращайся к нам в Москву. На станке твоем работает юноша, и зовут его Саша...»

Свой последний бой Колдунов провёл западнее Вены, вблизи Санкт-Пальтена с пятёркой «фоккеров», гружённых бомбами. Шли они спокойно, видимо не ожидая встречи с нашими лётчиками. В подобных случаях вслед за «фоккерами» немцы обычно посылали пикирующих бомбардировщиков. Поэтому Александр Колдунов, не теряя времени, внезапно атаковал противника. «Фоккер» не успел сбросить бомбы и взорвался вместе с ними. Так же стремительно Колдунов зашёл в хвост второго вражеского самолёта. Короткая очередь – и объятый пламенем самолёт противника устремился к земле.

Менее 2 лет молодой лётчик был на фронтах Великой Отечественной войны. За это время командир 3-й эскадрильи 866-го истребительного авиационного полка (288-я истребительная авиационная дивизия, 17-я Воздушная армия) майор Александр Иванович Колдунов выполнил 412 успешных боевых вылетов на Як-1, Як-9, Як-3, проведя 96 воздушных боёв, лично уничтожил 46 самолётов противника и 1 в составе группы. Он стал самым результативным лётчиком, сражавшимся на «Яках».

После войны Александр Иванович проходил службу в ВВС. 23 Февраля 1948 г., за мужество и отвагу проявленные в боях с врагами, Александр Иванович Колдунов получил вторую медаль «Золотая Звезда». По окончании Военно-воздушной академии он командовал авиационным полком, дивизией. С 1960 г., после окончания Военной академии Генерального штаба, служил заместителем, а позднее – командующим ВВС Бакинского Военного округа. Генерал-лейтенант авиации Колдунов А.И. летал до 1965 года. Последний освоенный им тип самолёта МиГ-21. В конце 1960-х годов Александр Иванович служил на Дальнем Востоке, а с 1970 г. – командовал ВВС Московского военного округа.

В 1975 г. генерал-полковник авиации Колдунов А.И. был назначен первым заместителем, а в 1978 г. – Главнокомандующим войск ПВО, заместителем Министра обороны СССР. В 1984 г. ему было присвоено звание Главного маршала авиации. В 1987 г., после посадки 28 мая (в День пограничника) на Васильевском спуске печально известного 19-летнего любителя острых ощущений немецкого пилота Матиаса Руста, Соколова С.Л. – Министра Обороны СССР и Колдунова А.И. – Главнокомандующего войсками ПВО страны сняли со своих постов.

Дважды Герой Советского Союза Колдунов А.И. скончался 7 июня 1992 г., похоронен в Москве, на Новодевичьем кладбище.


При написании статьи использованы материалы из книги "Герои огненных лет",
под редакцией Синицына А.М., кн. первая, М., "Московский рабочий", 1975 г.


возврат назад Обновить страницу


события         архив         воспоминания         творческие работы         тесты по ЕГЭ         блог