Разведчица Колесова Е.Ф.


"И молодость моя навек
Со мной останется в могиле...
Прервался жизни быстрый бег.
Не умер я – меня убили."

С. Кадашников

Герой Советского Союза Колесова Е.Ф.

Колесова Елена Федоровна родилась в 1920 г. в деревне Колесово Курбского района ярославской области в бедной крестьянской семье. Рано лишилась отца. Мать вскоре вновь вышла замуж, и от этого брака у неё появились дети. Прожив до семи лет в деревне с матерью, в марте 1928 г. Елена переезжает в Москву к сестре матери, Наталье Михайловне Савушкиной. Новая семья проживала в самом центре Москвы – на Остоженке. Тогда же, в 1928 году, Лена была определена в школу № 52 Фрунзенского района. В 1936 году она закончила семь классов и поступила во 2-е Московское педагогическое училище (ныне Московский городской педагогический университет). В 1939 г. она окончила педучилище. Работала учительницей в 47-й школе Фрунзенского района города Москвы (ныне – гимназия № 1521) в качестве учительницы начальной школы. Вела в 1939-1940 годах третий класс. С первых дней Великой Отечественной войны, ушла на защиту Родины. Работала медсестрой в санитарном поезде, в эвакопункте, а с сентября 1941 г. выполняла боевые задания в тылу врага, командуя группой. 11 сентября 1942 г. героически погибла при разгроме вражеского гарнизона в деревне Выдрице. Указом Президиума Верховного Совета СССР от 21 ноября 1944 г. Колесовой Е.Ф. посмертно присвоено звание Героя Советского Союза.

Их было в группе девять – девять русских девушек, отважных москвичек, боевых подруг (Лапина А.И., Лаврентьева М.И., Маханько Т.И., Суворова Н.П., Суворова 3.П., Белова Н.А., Морозова 3.Д., Шинкаренко Н.И., под командованием Колесовой Е.Ф.). Самой младшей – Тамаре – шестнадцать весен, самой старшей – командиру группы Елене Колесовой – двадцать. Группа маленькая, девичья. Именуется диверсионно-партизанской. Но вскоре она прославила себя делами, ратными подвигами, которые в летописях войн обычно значатся легендарными.

Памятные месяцы осени 1941 г. Враг рвался к столице нашей Родины. На подступах к ней шло гигантское сражение. Советские воины стойко отстаивали каждую пядь своей родной земли, мужественно отбивали атаки гитлеровских отборных армий. Сто двадцать тысяч москвичей влились в народное ополчение, чтобы вместе с регулярными советскими частями защитить Москву. Наряду с народным ополчением создавались партизанские отряды и диверсионные группы, в них отбирали самых смелых, самых бесстрашных. Их задачей было совершать во вражеском тылу диверсии, разрушать коммуникации, уничтожать живую силу противника, поднимать народ на Отечественную войну. В сентябре Елена была принята в войсковую часть № 9903.

Вот так и появилась в сентябре в Подмосковье маленькая боевая группа Елены Федоровны Колесовой. За плечами у каждого члена группы никакого опыта. Школьницы, студентки, молодые работницы, только-только поступившие на завод. Откуда им знать тактику войны? Командир группы знал не больше, чем остальные. Учительница начальной школы Фрунзенского района Москвы. Командирские навыки? Если учесть, что Колесова была некоторое время старшей пионервожатой, то, конечно, они у нее были…

Первая мина, незаметно поставленная на дороге и на их глазах поднявшая на воздух машину с немецкими автоматчиками, вселила бурную радость в сердца юных патриоток и уверенность, что они способны выполнить более сложные задания нашего командования.

Елена Колесова - студентка педагогического училища

Зима в тот грозный год началась рано. Ноябрь был снежным и морозным. Выйдешь в поле, и зги не видно. Крутит, метет пурга. Трудно, нестерпимо тяжко было и советским воинам, отражающим второе «генеральное» наступление гитлеровских дивизий на Москву, и тем, кто воевал в тылу врага. Одеты девушки тепло – полушубок, ватные брюки, шапки-ушанки. У пояса прилажены гранаты, бутылки с горючей смесью. Но лежать часами на снегу в ожидании начала задуманной операции не сладко – ледяной мороз сковывает все тело. Пробираться по тому же лесу, проваливаясь по грудь в снежные сугробы, и тащить за спиной взрывчатку – ох, как трудно! Жарко, а распахнуть полушубок нельзя – студеный ветер вмиг прохватит до косточек.

В сумерках перешли линию фронта. Шли лесом по компасу. Лес ночью хороший защитник на случай опасности, в то же время и идти по нему надо с большой осторожностью. Каждое деревцо в темноте вырисовывается человеком, да и хруст снега от шагов слышен за километры. Вышли на опушку. Равнина белела снегом. Одна из девятки поползла вперед. Руки вскоре нащупали твердое покрытие. Шоссе! Разведчицы приблизились к нему. Вдали засветились десятки фар. Фашисты! Можно было бы, конечно, поставить мины, закидать машины гранатами. Соблазн большой, но командир неумолим.

Быстро переползли шоссе. Их путь лежал дальше, в тыл врага. И вновь густой лес. Переспали в снегу. Наутро подошли к деревне. Послали разведчиков. Когда те вернулись, рассказали: деревни в округе битком набиты фашистами. Укрываются в домах. Колхозники со слезами на глазах говорили, что гитлеровцы бесчинствуют, грабят. Юные разведчицы доложили командиру, что на ночлег обычно фашистов скапливается в деревне еще больше.

Группа разбилась на пары. Каждому свое задание. Колесова с собой взяла Тамару. Разведчицы обнялись, поцеловались и пропали в ночи. В полночь в трех концах деревни ярко запылали пожары. Пламя било высоко в небо. Огни показались и в соседнем селе. Гитлеровцы, обезумев от страха, с криком «Партизаны!» выскакивали на улицу, на мороз в одном белье. Стреляли в темноту, падали в снег от взрывов своих же гранат.

Восемнадцать суток девять девушек-партизанок воевали в тылу врага. Девятка шла по тылам, оставляя по себе крепкую «память» – взорванные на минированных дорогах военные немецкие машины, перерезанные линии связи, расклеенные листовки, сводки Совинформбюро. В последние пять дней кончились почти все запасы. Возвращались в свою часть полуголодные, измотанные, но гордые тем, что задание выполнено. На линии фронта попали под жесточайший обстрел немецких минометов, все, однако, закончилось благополучно.

В декабре 1941 г., когда советские войска, разгромив гитлеровцев под Москвой, в ожесточенных, кровопролитных боях освобождали от фашистских оккупантов подмосковные села и города, группа девушек под командованием Елены Колесовой снова ушла через линию фронта далеко в тыл врага, на Смоленщину. И вновь ярко горят дома, где приткнулись фашистские штабы. Вновь взлетают на воздух немецкие автомашины с солдатами, танки от ловко поставленных руками москвичек мин на дорогах. Рушатся мосты через реки. Много полицаев и фашистских вояк пало от их метких выстрелов.

Партизанское командование было в курсе всех боевых операций Елены Колесовой и её бесстрашных подруг. Оно высоко оценивало деятельность диверсионной группы. Разведывательные донесения группы о передвижениях немецких войск и техники в тылу с благодарностью воспринимались нашим командованием. В январе до Колесовой Е.Ф. дошла радостная весточка: она награждена орденом Красного Знамени. Четыре напряженных, полных опасностей месяца. Жизнь буквально висела на волоске. И никто не дрогнул, ни одна не зарыдала от страха. Правда, плакали, когда видели пепелища, оставшихся без крова и пищи старых и малых, когда видели русских людей, повешенных на перекладине детских качелей. Сердце сжималось в комочек, и в то же время пылало ненавистью, пламенело желанием мстить и мстить ненавистным захватчикам.

Памятник Колесовой Е.Ф.

Зимой 1941-1942 годов Елена, будучи командиром отделения девушек, участвовала в боях на передовой в районе Сухиничи Калужской области, героически обороняя деревни Бортное, Казарь до подхода частей регулярной Красной армии. В отчёте от 10 февраля 1942 года о боевых действиях за январь под деревней Бортное Колесова писала: «На передовых позициях в д. Бортное в бою отличилась т. Лапина, которая при наступлении немцев под угрозами задержала пулемётчика с пулемётом. Вместе с пулемётчиком она до последнего патрона уничтожала немцев. Отлично помогала раненым…»

В начале апреля 1942 г. группе Колесовой дали немного передохнуть на Большой земле, а в ночь на 1 мая теперь уже на самолете снова забросили глубоко в тыл врага. По распоряжению подполковника Спрогиса А.К. была сформирована новая разведывательно-диверсионная группа уже из 12 девушек. Выбросились на парашютах на земле Белоруссии. Несмотря на то, что для большинства разведчиц это было не первым заданием, до него они никогда не прыгали с парашютом. Недостаточная парашютно-десантная подготовка, ошибки отправляющего офицера, малая высота выброски разведчиц и отсутствие у парашютов системы автоматического раскрытия привели к трагическим последствиям: три парашютистки разбились при приземлении. У Таисии Алексеевой и Татьяны Ващук парашюты не раскрылись. У Татьяны Маханько парашют раскрылся, но достаточно поздно. Все трое были похоронены местными жителями у д. Миговщина. Зинаида Морозова при приземлении зацепилась за сосну и при отстёгивании от парашюта сильно ударилась о землю, сломала позвоночник, в результате чего 10 июня скончалась.

Тревожно зазвенели телефоны в гитлеровских штабах. Немцы делали немало попыток захватить живой или мертвой группу. Но она была неуловима. Лена Колесова отличалась храбростью, смелостью, бесстрашием, находчивостью. Она неоднократно в одиночку ходила на выполнение боевой задачи. Однажды днем на глазах у немецкого часового пустила под откос поезд с военной техникой. Стоял жаркий июльский день. Лена подготовила заряд тола и мину, села на велосипед и поехала лесными дорожками к намеченному пункту. Показалась железная дорога и... часовой. Лена спрятала велосипед на опушке, завернула в одеяло мину. С виду не отличишь от грудного ребенка. С «ребенком» на руках вышла к насыпи. Немецкий часовой, пригретый солнышком, дремал.

Риск свойствен только отважным. Колесовой смелости не занимать. Все, кто знал ее по работе в тылу врага, говорили: равной ей по бесстрашию и находчивости в боевой обстановке нет. Вот и сейчас она рассуждала: «Часовой клюет носом, его разморило, но немцы хорошо вымуштрованы. Часовой обязательно поднимет веки, когда рядом пройдет человек. Значит, надо разыграть сцену с «ребенком». И так разыграть, чтобы часовой ничего не мог заподозрить». Вблизи насыпи старушка и девушка собирали щавель. Лучшего не придумаешь. Лена осторожно кладет «ребенка» под кустик и поднимается с колен. Отошла на несколько шагов и, нагнувшись, стала щипать траву. Если немец и увидит ее – подумает, что все женщины из одной деревни и собирают щавель на обед.

Завиднелся дымок паровоза. Медлить нельзя. Елена подходит к кустику, берет «ребенка» на руки и медленно идет вдоль железнодорожного пути в противоположную сторону от поезда. Двадцать... тридцать... пятьдесят шагов. Пора. Она осторожно кладет мину на насыпь, наклоняется. «Если часовой очнулся, то, наверное, смотрит в сторону поезда. А если оглядывается в мою – пусть полагает, что меняю пеленки». Нервы Колесовой напряжены до крайности. Секунда, другая. Заряд положен к рельсам. Быстро соединяются клеммы. Окрика нет. Значит, немец ничего не заметил. Лена уже бежит назад, к часовому. «Сейчас будет взрыв, – кричит она. – Спасайся!» Немецкий часовой, шальной от сна, метнулся к будке. Будка в полукилометре от поста. «Удачно вышло, – ликует Лена. – Беги, дурак, к телефону».

До леса рукой подать. Добежать до опушки не успела. Позади раздался взрыв. Девушка обернулась и увидела знакомую картину. Паровоз встал на дыбы внизу насыпи. Лезли, как очумелые, друг на друга вагоны. Кувыркались вниз с платформы танки, пушки, машины. Увидела и немецкие машины. Они спешили к месту взрыва. «Поздно», – подумала Колесова. Оглянулась кругом – сбоку лежала поваленная ветвистая ель, и тут же юркнула под нее.
– Ой, и страшно было. Сердце и кровь в венах так стучат, так стучат, что, кажется, слышно далеко вокруг, – рассказывала она потом подругам. – В руках у меня граната и пистолет. Так просто меня, проклятые, не убьете. Вначале вас уложу с десяток.

Немецкие машины проскочили мимо. Лена поползла к опушке. Вот и спасительный лес. Здесь велосипед. Железная дорога выведена из строя. Но это часть дела. Нельзя давать немцам ни минуты передышки. Надо сорвать ремонт пути. Она вновь садится на велосипед. На этот раз ее путь в деревню для встречи со старостой – партизанским связным.

При въезде в деревню высится могучий дуб. Он один-одинешенек. Крона его как шатер. Кто бы ни шел в деревню, обязательно на пяток минут остановится возле дуба. Так и манит прохлада человека прилечь на травку. Колесова замаскировала велосипед в ветвях дерева и пешком пошла по дороге. Навстречу показались два полицая.
– Откуда и куда ты, тетка, бредешь?
– Из города Борисова.
– А спичек или табачку продажного нет?
– Нет. Ходила к больной сестре. Носила ей продукты.
– Какой дорогой шла?
– Дорога одна. Лесом.
– Лесом?
Полицаи удивлены. Покачали головой. Не побоялась, мол, одна идти. Спросили:
– Не встречала ли партизан?
– Нет, никого не видела. Полицаи предупредили:
– У партизан командиром баба с орденом. Она ловит и убивает всех, кто ходит лесной дорогой.
– Ай, батюшки мои. Вот так командир у партизан. Баба, говорите. Страсти-то какие! Лена всплеснула руками. Глаза ее выражали искренний испуг, страх...

Колесова отлично выполнила и это задание – встретилась со старостой и передала ему от командира партизанского отряда инструкции, что делать в дальнейшем после крушения вражеского поезда. После этого, в период с 15 июня по 10 июля 1942 года, было пущено под откос ещё четыре вражеских эшелона.

Деятельность партизанской группы под командованием Елены Колесовой сильно беспокоила гитлеровцев. «30 тысяч немецких марок тому, кто доставит живой или мертвой партизанку Елену Колесову». Такие объявления от имени немецкого командования появились во всех населенных пунктах, где развертывалась деятельность партизанского отряда. Предателей не нашлось. Группа Елены Колесовой была хорошо слаженной, высоко дисциплинированной. Молодые девушки-патриотки были под стать своему командиру. Высокая, стройная Елена Колесова с виду казалась суровой. Шинель ловко сидела на ней и усиливала впечатление строгости. И лишь огромные голубые глаза говорили об ее открытом, простом, душевном русском характере, который в дни смертельной опасности, нависшей над Родиной, становился отчаянно мужественным, несгибаемым и непреклонным, жестоким и беспощадным.

Обнаружив у себя под боком активную разведывательно-диверсионную группу девушек, противник с 20 июля начал блокировать лес, выходы к шоссе и железной дороге. Работать разведчицам стало чрезвычайно сложно, и к середине августа они объединились с группой лейтенанта Сороки Г.Я. 30 августа 1942 года из Центра прибыл подполковник Спрогис А.К. с группой разведчиков. 10 сентября он, взяв в помощь роту партизан из отряда Свистунова и группу Сороки, организовал нападение на гарнизон деревни Выдрица. Елена в этот день была дежурной по лагерю, но уговорила руководство взять её с собой.

Бой был жестоким. Гитлеровцы отчаянно защищались. Этот бой оказался для легендарной девушки из Москвы – Елены Колесовой последним. «Алеша-атаман», как ласково и горделиво называли ее в отряде, погибла, не выпуская автомата из рук. Пуля врага прошла навылет сквозь грудную клетку. Лена еще была жива, когда к ней подбежали друзья. Открыв глаза, она как бы виновато улыбнулась и тихо прошептала: «Умираю, ребята!» Вначале Елена была похоронена в д. Миговщина Крупского района Минской области. В 1954 году её останки перенесены в г. Крупки, она погребена в братской могиле вместе с павшими в том же бою своими товарищами и подругами.

За время своего последнего задания в тылу противника, с мая по сентябрь 1942 года, Елена Колесова и её группа разгромили шесть полицейских пунктов волостей; провели три засады на большаках, в которых уничтожено 30 немцев и полицейских и один автомобиль; подорвали на грунтовых дорогах три автомобиля с грузом и живой силой; пустили под откос четыре вражеских эшелона с техникой и военными грузами; пять раз подорвали железнодорожное полотно, в результате чего были разбиты пять паровозов и свыше 50 вагонов и платформ с живой силой и техникой, в том числе выведены из строя два танка, шесть бронемашин, 18 автомобилей, восемь противотанковых пушек, сорвано движение поездов суммарно на 72 часа; совместно с партизанскими отрядами Ливенцева и Свистунова пустили под откос семь воинских эшелонов и убили 28 солдат и офицеров охраны железных дорог; систематически добывали агентурные сведения о скоплениях войск противника и военных объектах; привлекли свыше 50 человек к борьбе с немецкими захватчиками; провели большую агитационную работу с местным населением.

Девушки из группы Елены Колесовой, находясь уже под командованием сначала Спрогиса, а потом Алексеева, подорвали ещё четыре эшелона, из них три удачно, совершили несколько засад. Под давлением противника группа перебралась в Могилёвскую область, где продолжала операции по подрыву железных дорог на участках Бобруйск-Могилёв, Могилёв-Гомель, устраивала засады на участке железной дороги Могилёв-Минск. С марта 1943 года остатки группы перешли под командование майора Вацлавского.

С марта по май 1943 года объединённая группа Вацлавского оказалась под постоянным блокированием немецких войск. В этот период погибли почти все девушки из группы Колесовой: 5 мая смертельное ранение в живот получила Анна Минаева, 7 мая убита в бою при прорыве окружения немцев Вера Ромащенко, 14 мая при прорыве окружения немцев убиты Надежда Белова и Ариадна Фанталова. Единственная оставшаяся в живых из группы Елены Колесовой – Нина Шинкаренко – воевала на территории Белоруссии до соединения с частями Красной армии, а 31 июля 1944 года была демобилизована и поступила на учёбу в Московский институт физкультуры.


При написании статьи использованы материалы из книги "Герои огненных лет",
под редакцией Синицына А.М., кн. первая, М., "Московский рабочий", 1975 г.



возврат назад Обновить страницу


события         архив         воспоминания         творческие работы         тесты по ЕГЭ         блог