Соотношение сил и итоги Корсунь-Шевченковской
наступательной операции


"Пусть знают фашисты, кто с нами знаком,
Танкисты не любят шутить с огоньком.
От наших орудий, от пуль и огня
Врага не спасает стальная броня."

А. Фатьянов

Наступление войск 1-го Украинского фронта, 1-я танковая армия, январь 1944 г.

Корсунь-Шевченковская наступательная операция закончилась блестящей победой советских войск. Менее чем за месяц (24 января – 17 февраля 1944 года) два армейских корпуса в составе девяти пехотных дивизий вермахта, 5-й танковой дивизии СС «Викинг» и добровольческой штурмовой бригады СС «Валлония» перестали существовать. Выступ, разделявший фланги 1-го и 2-го Украинских фронтов, был ликвидирован. Достижение указанной цели позволяло развернуть решительное наступление на запад и юго-запад по направлению к границам СССР.

Успешное контрнаступление войск 1-го Украинского фронта к юго-западу от Киева и удар 2-го Украинского фронта на кировоградском направлении позволили глубоко охватить фланги вражеской группировки, действовавшей в районе Корсунь-Шевченковского. Однако уничтожить эту группировку сразу наши войска не смогли. Противник продолжал удерживать обширный выступ в районе Корсунь-Шевченковского, глубоко вдававшийся в расположение советских войск. Вершина этого выступа упиралась в Днепр в районе Канева. Ширина его у основания достигала 130 км, а общая площадь составляла около 10 тыс. км2.

Упорство, с которым вражеское командование цеплялось за корсунь-шевченковский выступ, было далеко не случайным. Попытка германских генералов в послевоенное время доказать, что удержание этого участка фронта являлось результатом только упрямства Гитлера, частично не соответствует действительности. Бывший командующий группой армий «Юг» генерал-фельдмаршал фон Манштейн, особенно настойчиво повторявший эту мысль в своей книге «Утерянные победы», просто хочет уйти от моральной ответственности. Легче сослаться на невежество Гитлера, чем признать необоснованность оперативно-стратегических соображений, которыми руководствовалось тогда немецкое командование, в том числе и командование германской группы армий «Юг».

В середине января оно все еще надеялось удержать «восточный оборонительный вал» и продолжало рассчитывать на восстановление обороны по реке Днепр. Корсунь-шевченковский выступ представлялся германскому командованию весьма удобным плацдармом, с которого при благоприятных условиях можно было нанести удары по флангам 1-го и 2-го Украинского фронтов. В стремлении удержать этот участок фронта не последнее место занимали и расчеты пропагандистского порядка. В трудные времена, наставшие для немецкого руководства, считалась очень важной возможность вести пропаганду о том, что-де, мол, немецкие повара все еще «черпают воду из Днепра».

Противник принимал энергичные меры к созданию в районе корсунь-шевченковского выступа устойчивой обороны, которая обеспечивала бы удержание этого участка фронта и служила исходным плацдармом при развертывании наступательных действий. Следует подчеркнуть, что местность в районе выступа весьма благоприятствовала созданию обороны. Многочисленные реки, ручьи, овраги с крутыми берегами, большое количество населенных пунктов способствовали созданию оборонительных рубежей на большую глубину, а также ряда отсечных позиций. Высоты, особенно в районе Канева, обеспечивали противнику хорошие условия наблюдения.

Наиболее прочную оборону с развитой системой оборонительных сооружений и различного рода заграждений противник создал в самой «вершине» выступа – на участке Кагарлык, Мошны. На участке Мошны, Смела передний край немцев проходил по сильно заболоченной местности. Поэтому оборона здесь состояла из отдельных опорных пунктов, перехватывавших основные дороги. К югу от Смелы оборона противника состояла из двух полос. Передний край главной полосы проходил по берегу реки Тясмин, оврагам и высотам. Главная полоса была оборудована системой опорных пунктов и узлов сопротивления, местами соединенных траншеями.

Внутри опорных пунктов имелась развитая система траншей и ходов сообщения, а также значительное количество ДЗОТов. Опорные пункты и узлы сопротивления с фронта и флангов прикрывались минными полями и проволочными заграждениями. Вторая полоса оборудовалась на рубеже н/п Ташлык, Пасторское, Тишковка, однако строительство ее к началу наступления Красной Армии не было закончено. Вдоль реки Ольшанки, на участке Млев, Топильно, проходила отсечная позиция фронтом на юго-восток.

В составе 2-го Украинского фронта действовал 5-й гвардейский Донской кавалерийский корпус, январь-февраль 1944 г.

Перед 1-м Украинским фронтом, на участке Тиновка, Кагарлык, оборона противника в инженерном отношении была развита недостаточно. На этот рубеж враг был отброшен 10-12 января и поэтому не успел его укрепить. Здесь имелся ряд опорных пунктов, промежутки между которыми прикрывались заграждениями. В лесах противник устроил завалы и засеки, минировал их противотанковыми и противопехотными минами.

В корсунь-шевченковском выступе на фронте Тиновка, Канев, Каниж оборонялись 11 пехотных дивизий и 3-я танковая дивизия вермахта, 5-я танковая дивизия СС «Викинг», 5-я добровольческая штурмовая бригада СС «Валлония», дивизионы штурмовых и самоходных орудий, а также большое количеством артиллерийских и инженерных частей и подразделений. Участок Канев, Тиновка удерживали войска 1-й танковой армии; участок Канев, Каниж – 8-й армии. Все дивизии противника, хотя и понесли значительные потери в предыдущих боях, были вполне боеспособны. Большая часть их длительное время находилась на советско-германском фронте и имела большой боевой опыт.

Непосредственно в самом выступе враг не имел крупных резервов. Однако в районе западнее и северо-западнее Кировограда находились четыре танковые дивизии вермахта, из которых 11-я и 14-я танковые были в резерве 8-й полевой армии. В районе юго-западнее Охматова действовали три танковые дивизии вермахта (6,16-я и 17-я) 1-й танковой армии. Все эти соединения вражеское командование могло быстро перебросить в район корсунь-шевченковского выступа.

Учитывая обстановку, сложившуюся к концу первой декады января на стыке 1-го и 2-го Украинских фронтов, советское Верховное Главнокомандование решило принять более решительные меры для уничтожения корсунь-шевченковской группировки вражеских войск, которая угрожала флангам 1-го и 2-го Украинских фронтов и сковывала их действия, мешая дальнейшему продвижению. Поэтому, прежде чем приступить к развитию наступления к Южному Бугу и далее к Днестру, необходимо было ликвидировать эту группировку.

12 января 1944 года Ставка Верховного Главнокомандования уточнила ранее поставленную задачу. 1-й и 2-й Украинские фронты получили приказ окружить и уничтожить вражеские войска, для чего нанести удары под основание выступа, развить наступление по кратчайшему направлению навстречу друг другу и соединиться в районе Шполы.

Текст директивы гласил: «Группировка противника, продолжающая оставаться в районе Звенигородка, Мироновка, Смела, связывает действия смежных флангов 1-го и 2-го Украинских фронтов и задерживает выдвижение их к реке Южный Буг. Наступление главных группировок обоих фронтов развивается по параллельным направлениям и решительных мероприятий для ликвидации остающегося выступа противника не делается. Учитывая это обстоятельство, Ставка Верховного Главнокомандования ставит перед 1-м и 2-м Украинскими фронтами ближайшую задачу: окружить и уничтожить группировку противника в звенигородско-мироновском выступе путем смыкания левофланговых частей 1-го Украинского фронта и правофланговых частей 2-го Украинского фронта где-нибудь в районе Шпола…»

Ввиду сложной и ответственной задачи, стоявшей перед 1-м и 2-м Украинскими фронтами, Ставка в январе усилила их войсками, боевой техникой, вооружением и боеприпасами. Особенно значительное усиление получил 1-й Украинский фронт, который одновременно с подготовкой операции продолжал отражать удары Манштейна в районе Винницы. Для пополнения танковых войск фронту с 22 января по 3 февраля направлялось 400 новых танков Т-34-85. В состав 2-го Украинского фронта прибыл 5-й гвардейский Донской кавалерийский корпус (11-я и 12-я гвардейские, 63-я кавалерийская дивизии), который ранее входил в 4-й Украинский фронт.

В соответствии с директивой Ставки Верховного Главнокомандования войска 1-го и 2-го Украинского фронтов приступили к подготовке операции. Командование 1-го Украинского фронта (командующий – генерал армии Ватутин Н.Ф., начальник штаба – генерал-лейтенант Боголюбов А.Н.) создало ударную группировку в районе восточнее н/п Ставище. В ее состав помимо пехотных соединений была включена формируемая 6-я танковая армия под командованием генерал-лейтенанта танковых войск Кравченко А.Г. 6-я танковая армия к началу операции имела в своем составе 244 боевые единицы: 192 танка и 52 самоходные установки. Кроме того, в подчинении командующего 40-й армии, входившей в состав ударной группировки, находились два самоходно-артиллерийских полка, а также 87-й отдельный танковый полк (всего 53 единицы: 26 танков и 27 САУ). В подчинении командующего 27-й армии были также самоходно-артиллерийские полки (38 боевых единиц).

Таким образом, к началу операции в составе 1-го Украинского фронта находились 335 танков и самоходных установок. Войска ударной группировки в составе шести стрелковых дивизий, танкового и механизированного корпусов получили задачу прорвать оборону противника на 27-километровом участке Тыновка, Кошеватое и развивать удары главными силами на Звенигородку, Шполу, а частью сил – на Тальное и Богуслав.

План операции 2-го Украинского фронта, (командующий – генерал армии Конев И.С., начальник штаба – генерал-полковник Захаров М.В.), утвержденный Ставкой, предусматривал прорыв обороны противника в районе Вербовка, Красносилка на 19-километровом участке смежными флангами 4-й гвардейской и 53-й армий и развитие наступления на Шполу, Звенигородку. В полосе 53-й армии планировался ввод 5-й гвардейской танковой армии, причем корпуса первого эшелона этой армии должны были содействовать 53-й армии в завершении прорыва обороны противника. Для сковывания вражеских сил и отвлечения их от направления главного удара намечалось за день до начала операции предпринять наступление силами 5-й и 7-й гвардейских армий. Правее ударной группировки фронта предполагалось наступление 52-й армии. Танковые войска 2-го Украинского фронта имели в своем составе 334 боевые единицы (309 танков, 25 САУ). Из них в 5-й гвардейской танковой армии находились 217 машин (207 танков и 10 САУ).

Поддержка войск фронтов возлагалась на авиацию 2-й и 5-й воздушных армий. Из состава 2-й воздушной армии для операции привлекалась только часть сил – истребительный корпус, штурмовая и ночная бомбардировочная авиационные дивизии, базировавшиеся на белоцерковском аэродромном узле. Остальные силы авиации фронта поддерживали другие армии фронта, отражавшие удары врага под Винницей и Уманью.

Соотношение сил противоборствующих сторон на участке фронта Тиновка, Каниж было следующим. Советские войска имели в своем составе около 255 тысяч человек, из них в боевых подразделениях находились 136 тысяч человек. Немцы насчитывали 170 тысяч человек, из них в боевых дивизиях и бригадах находились 100 тысяч человек. Следовательно, в людях преимущество Красной Армии не было уж столь значительным. Средняя численность стрелковых советских дивизий составляла около 4700 человек, пехотной дивизии вермахта – 8500 человек, а боевой дивизионной группы (112, 155, 332-я пехотные дивизии были сведены в боевые группы) – 4000 человек. Красная Армия имела на этом участке 5300 орудий и минометов, вермахт – 2600 единиц.

По танкам и САУ соотношение было самым запутанным. Перед началом операции группировки 1-го и 2-го Украинских фронтов имели 669 танков и САУ. Окруженная впоследствии немецкая группировка имела только одну танковую дивизию – «Викинг». В ней находилось не более 120 танков и САУ, а вместе с техникой других подразделений – не более 250 боевых единиц. Но рядом с фронтом предполагаемого окружения находилось не менее 600 немецких танков. По боевым самолетам в зоне ведения боев преимущество имела немецкая сторона. Не имея оборудованных аэродромов вблизи линии фронта, советские ВВС могли выставить только 772 единицы против тысячной армады люфтваффе. Таким образом, количественное преимущество советской стороны не было подавляющим, и судьба операции скорее лежала в области военного искусства.

Создание ударных группировок фронтов потребовало проведения значительных перегруппировок войск. Так, командование 2-го Украинского фронта в короткий срок перебросило из района Кировограда на участок предстоящего главного удара 5-ю гвардейскую танковую армию, артиллерийскую дивизию прорыва и ряд отдельных артиллерийских и инженерных частей. Задачу создания ударной группировки командование 1-го Украинского фронта решало в более сложных условиях. 10 января 1944 г. противник предпринял сильные удары из районов Винницы и Умани. Войска фронта вели ожесточенные бои по отражению этих ударов врага, а для этого потребовались крупные силы стрелковых, танковых войск, авиации и артиллерии. Создавать ударную группировку пришлось главным образом за счет внутренних перегруппировок 27-й и 40-й армий, действовавших непосредственно против корсунь-шевченковского выступа. Командование фронта усилило 27-ю и 40-ю армии артиллерийскими и инженерными средствами.

Для нанесения более мощного удара и быстрого прорыва вражеской обороны было решено использовать в первом эшелоне вместе со стрелковыми частями и 6-ю танковую армию. Учитывая незавершенность оборудования обороны противника на избранном участке прорыва, мощный первоначальный удар пехоты и танков должен был привести к быстрому прорыву вражеской обороны и развитию наступления в глубину. Основные силы 6-й танковой армии использовались в полосе 40-й армии, а один танковый батальон 5-го механизированного корпуса – в полосе 27-й армии.

Итоги операции

В результате успешного проведения Корсунь-Шевченковской операции советские войска добились крупного оперативно-стратегического результата. В ходе упорных боев 10 дивизий и 1 бригада противника как соединения перестали существовать. Немцы потеряли 55 тысяч солдат и офицеров убитыми и ранеными, 18 200 – пленными, а также большое количество боевой техники и вооружения (271 танк, 32 бронемашины, 110 самоходных орудий, 994 артсистемы разного калибра, 536 минометов, 1689 пулеметов). Около 2-3 тысяч солдат и офицеров враг сумел вывезти из окружения транспортными самолетами и примерно 8-9 тысяч прорвались к своим пешим порядком.

Фактически лишившись 10 дивизий и бригады и пытаясь скрыть это от населения, германское руководство разыграло пропагандистский ход. Оно объявило, что не отдельные военнослужащие, а все окруженные дивизии якобы прорвались к своим войскам. В ставку Гитлера были срочно вызваны для награждения уцелевшие на поле боя генерал-майор войск СС Гилле – командир 5-й танковой дивизии СС «Викинг» и генерал-майор вермахта Либ – командир 112-й пехотной дивизии, затем и. о. командира 42-го армейского корпуса вермахта, а также командир бригады СС «Валлония» Леон Дегрель.

Гитлер лично вручил командиру 5 тд СС «Викинг» «мечи» к Рыцарскому кресту с дубовыми листьями. Вручая Рыцарский крест Леону Дегрелю, Гитлер произнес: «Если бы у меня был сын, я бы хотел, чтобы он был похож на Вас...» Получил посмертно высшую награду и генерал Штеммерман, труп которого был подобран на поле боя 18 февраля 1944 года. Немецкие политики и генералы как во время войны, так и после нее пытались доказать, что советское «кольцо» вокруг группировки было легко прорвано.

Впоследствии командующий группой армий «Юг» Манштейн в книге «Утерянные победы», не считаясь с фактами, заявлял, что в окружение якобы попало всего 40 тысяч человек, из них 30-32 тысячи вышли. Скорее всего, эти данные также не соответствуют действительности. Прорвавшиеся из «котла» как целостные соединения 5-я танковая дивизия СС «Викинг» и добровольческая штурмовая бригада СС «Валлония» вышли из окружения, имея в своем составе 4500 (из 7000 на начало прорыва) и 632 (из 1600 человек на начало прорыва) человека соответственно. В других частях показатели численности вышедших из окружения солдат были гораздо ниже.

В итоге операции противник был окончательно отброшен от Днепра в его среднем течении. Ликвидация корсунь-шевченковского выступа и действовавшей там группировки немцев устранила угрозу флангам 1-го и 2-го Украинских фронтов и вместе с тем обеспечила возможность маневра вдоль фронта; советские войска освободили от противника важную железнодорожную рокаду на правом берегу Днепра: Фастов – Белая Церковь – Корсунь-Шевченковский – Знаменка – Днепропетровск на всем ее протяжении. Сокращение линии фронта позволяло высвободить значительное количество войск и использовать их для последующих боевых действий. Все это создало благоприятные условия для развертывания дальнейшего наступления советских войск к Южному Бугу и Днестру.

В боях под Корсунь-Шевченковским войска 1-го и 2-го Украинских фронтов сковали 25 вражеских дивизий, в том числе 9 танковых, что в значительной степени облегчило проведение Луцко-Ровенской и Никопольско-Криворожской операций. Корсунь-Шевченковская операция вошла в историю Великой Отечественной войны как один из блестящих примеров окружения и полного уничтожения крупной вражеской группировки, оснащенной всеми видами боевой техники. Красная Армия еще раз показала свое умение осуществлять операции на окружение, являющиеся наиболее сложной формой ведения боевых действий. Операция была характерна высокой маневренностью и стремительностью действий советских войск, особенно если учесть неблагоприятные условия погоды, в которых проходили боевые действия. Личный состав частей и соединений всех родов войск продемонстрировал подлинные образцы боевого содружества в интересах решения общей задачи.

Наиболее трудные задачи, особенно в условиях распутицы и бездорожья, приходилось решать стрелковым войскам и артиллерии. Они сыграли основную роль в прорыве обороны противника, в создании прочного внутреннего и внешнего фронтов, в сжимании кольца окружения и отражения яростных атак врага с внешнего фронта. Пожалуй, ни в одной другой операции такого масштаба не было столь активного и широкого маневра стрелковых соединений, артиллерии и инженерных войск.

Для обеспечения прорыва обороны противника и наступления пехоты и танков непосредственной поддержки пехоты в глубине артиллерия использовалась массированно. На участке прорыва 40-й и 6-й танковых армий 1-го Украинского фронта, 4-й гвардейской и 53-й армий 2-го Украинского фронта ее плотность достигала 100 орудий и минометов, на участке прорыва 27-й армии – 52 орудия и миномета на один километр фронта. В ходе операции важное значение имел маневр с целью массирования прежде всего истребительно-противотанковой артиллерии для отражения атак танков и пехоты противника как на внутреннем, так и особенно на внешнем фронте.

Сложные условия погоды и распутицы затрудняли этот маневр. Поэтому орудия часто приходилось перевозить на буксире за танками и во многих случаях перетаскивать вручную. Пушечная и гаубичная артиллерия, располагавшаяся в «коридоре», часто вела огонь в интересах поддержки войск как на внешнем, так и на внутреннем фронте.

Корсунь-Шевченковская фронтовая операция примечательна использованием с обеих сторон крупных танковых группировок. В Великой Отечественной войне более не было такого примера, чтобы на относительно ограниченном пространстве с нашей стороны были задействованы целиком три танковые армии (2, 6-я и 5-я гвардейская), один танковый корпус (11-й гвардейский) из 1-й танковой армии, а со стороны противника – девять танковых дивизий, четыре тяжелых танковых батальона и семь дивизионов штурмовых орудий. Поэтому операцию с полным основанием можно назвать сражением крупных танковых масс; их действия во многом определяли ход и исход всей операции.

5-я гвардейская и 6-я танковые армии сыграли решающую роль в развитии успеха и замыкании кольца окружения вокруг группировки противника. Они же вместе с введенной в сражение 2-й танковой армией обеспечили отражение мощных ударов восьми танковых дивизий противника на внешнем фронте. Что касается 5-й гвардейской танковой армии, то она, будучи перегруппированной частью сил в район Лисянки, а главными силами в район Ново-Буды, выполнила особенно ответственную задачу по ликвидации прорыва противника 12 февраля как на внешнем, так и на внутреннем фронте. 18-й и 29-й корпуса этой армии были главной силой при окончательном разгроме прорывающихся колонн противника 17 февраля.

Для успеха Корсунь-Шевченковской операции весьма важное значение имели действия авиации 2-й и 5-й воздушных армий, а также 10-го авиакорпуса ПВО страны. Первая задача, которую выполняла советская авиация, заключалась в обеспечении оперативного господства в воздухе. Из 11 300 самолето-вылетов, совершенных нашей авиацией в ходе операции, более 3,5 тысяч, или около 32 %, было осуществлено для выполнения этой задачи. Она решалась посредством уничтожения противника в воздухе и на аэродромах. Всего авиация обеих армий произвела 225 воздушных боев (5-я воздушная армия – 117 и 2-я воздушная армия – 106) и 8 воздушных боев – 10-й истребительный корпус ПВО. В них было сбито 257 вражеских самолетов (156 истребителей, 70 бомбардировщиков, 31 транспортный самолет). За этот же период советская авиация совершила 260 самолето-вылетов по аэродромам врага, уничтожив на них 200 вражеских самолетов, причем большинство составляли транспортные самолеты «Юнкерс-52», посредством которых враг пытался осуществить снабжение своей окруженной группировки. Разгром транспортной авиации означал крах «воздушного моста».

Вторая важная задача, выполнявшаяся нашей авиацией, заключалась в поддержке наземных войск путем нанесения ударов по живой силе и огневым средствам на поле боя, ударов по резервам, ведения воздушной разведки. С этой целью было совершено более 6,5 тысяч самолето-вылетов, или свыше 60 % от общего количества. В первые дни операции авиация из-за плохой погоды использовалась ограниченно. В последующие дни, когда выдавалась летная погода, напряжение возрастало. Особенно большую роль при этом играла штурмовая авиация. Она оказала серьезную помощь нашим войскам в отражении атак противника в районах Толмач, Ерки, Лисянка, Шендеровка, Комаровка.

Из-за распутицы чрезвычайно трудной была работа тыла, особенно в звене армия – дивизия. Автомашины продвигались с большим трудом. На труднопроходимых участках их нужно было вытаскивать с помощью тракторов, специально выделенных для этой цели. В войсковом же тылу нередко через каждые 10-15 км грузы приходилось перегружать с автомашин на подводы и обратно. Танки часто были вынуждены заправляться на армейских базах, поскольку колесные машины не были в состоянии пройти к танковым частям. На броню каждого танка подвешивались дополнительные баки с горючим. Во всех соединениях работали по нескольку сот конных и воловьих упряжек и вьюков.

Большую помощь в доставке боеприпасов, горючего, продовольствия оказывало войскам местное население. Жители освобожденных сел и деревень помогали также строить дороги, восстанавливать мосты. В ряде случаев боеприпасы и горючее приходилось перевозить на самолетах и сбрасывать на парашютах в районе боевых действий.

Корсунь-Шевченковская операция является ярким примером превосходства русского военного искусства над военным искусством германской армии, свидетельством морального превосходства наших войск над противником. Ведя бои в исключительно сложных условиях весенней распутицы, войска Красной Армии показали образцы выносливости, героизма, самоотверженности и непреклонной решимости разгромить врага. Корсунь-Шевченковская операция стала последней для командующего 1-м Украинским фронтом генерала армии Ватутина Н.Ф. 29 февраля 1944 года в столкновении с украинскими бандитами-националистами он был ранен, а 15 апреля Николай Федорович скончался в госпитале от заражения крови и был похоронен в столице Украины городе Киеве.


из книги И.Б. Мошанский А.В. Исаев «Триумфы и трагедии Великой войны»,
М., «Вече», 2010 г., с. 391-416




возврат назад Обновить страницу


события         архив         воспоминания         творческие работы         тесты по ЕГЭ         блог