Ликвидация окруженной группировки немцев


"Там, где в огне умирает металл,
Он проходил живой.
Сто изнурительных дней подряд
Он защищал Сталинград."

А. Сурков

Фельдмаршал Ф. Паулюс в плену

Одним из основных стимулов проведения мероприятий по сокрушению окруженных войск противника является высвобождение своих дивизий и армий, удерживающих периметр окружения. Окружением мы вырываем из построения противника часть сил и на какое-то время, до прибытия свежесформированных соединений или перебросок с других театров военных действий, получаем численное преимущество.

Задача на уничтожение окруженной армии Паулюса была поставлена войскам Донского фронта К.К. Рокоссовского уже 30 ноября 1942 г. Однако на тот момент для ее выполнения в декабре Донской фронт не имел необходимого количества сил и средств. Предназначенная для усиления Донского фронта 2-я гвардейская армия была направлена в состав Сталинградского фронта и использована для отражения деблокирующего удара Э. фон Манштейна в районе Котельниково. В связи с этим начало операции по ликвидации окруженного под Сталинградом противника было отложено, а войскам Донского фронта была поставлена задача – перейти к обороне по всему фронту окружения и наступательными действиями на отдельных направлениях воспрепятствовать противнику в создании ударной группировки для прорыва из окружения.

КК. Рокоссовский впоследствии сетовал: «Дело прошлое, но мне думается, что было бы все же целесообразнее 2-ю гвардейскую армию использовать так, как вначале намеревалась поступить Ставка, то есть быстро разделаться с окруженной группировкой. Этот смелый вариант открывал огромные перспективы для будущих действий наших войск на южном крыле советско-германского фронта. Как говорится, игра стоила свеч. Конечно, меня снова могут упрекнуть, что сейчас, когда все стало ясным, легко рассуждать о чем угодно, но я и тогда был сторонником использования 2-й гвардейской армии в первую очередь для разгрома окруженной группировки, предлагая в случае приближения вражеских сил к котлу повернуть против них всю 21-ю армию. Ставка предпочла принять другой вариант, надежно гарантирующий от всяких неожиданностей» (Рокоссовский К.К. «Солдатский долг», М.: Воениздат, 1988, с. 166).

Немецкие бомбардировщики сбрасывают контейнеры для снабжения 6-й армии Паулюса

Но, так или иначе, к концу декабря 1942 г. угроза деблокирующего удара извне была ликвидирована. К этому времени фронт советских войск проходил по линии Нов. Калитва, Марковка, Миллерово, Морозовский, Зимовники, на расстоянии 170-250 км от окруженной под Сталинградом группировки противника. Положение окруженной армии Ф. Паулюса к январю 1943 г. резко ухудшилось. Территория, занимаемая окруженными войсками, значительно сократилась и почти насквозь простреливалась огнем советской артиллерии. В ходе боевых действий в декабре для отражения обжимающих «котел» атак Паулюс был вынужден полностью израсходовать все свои резервы и почти все свои дивизии втянул в первую линию обороны. Запасы боеприпасов, горючего и продовольствия были на исходе. Справедливости ради следует отметить, что продовольственное снабжение 6-й армии в значительной степени опиралось на конину. Многочисленные лошади немецких пехотных дивизий и румынской кавалерии постепенно отправлялись в солдатские котелки. На 9 января 1943 г. в рацион немецкого солдата в «котле» входило всего 75 граммов хлеба, но им сопутствовали 200 граммов конины.

Расчеты немецкого командования на организацию непрерывного снабжения окруженных войск по воздуху провалились. Привлеченные для этой цели в середине декабря 1942 г. силы транспортной и бомбардировочной авиации, базировавшиеся на аэродромах Тацинская, Морозовский, Чернышковский, Котельниково, Зимовники, Сальск, к январю 1943 г. понесли большие потери от советской авиации и зенитной артиллерии. С потерей в конце декабря, вследствие начала «Малого Сатурна», большинства вышеуказанных аэродромов плечо подвоза по воздуху значительно возросло.

Пленные немцы и румыны (в высоких меховых шапках) под Сталинградом

Транспортная авиация вынуждена была перенести свои базы в Шахты, Каменск-Шахтинский, Новочеркасск, Мечетинскую и Сальск, что увеличило расстояние от баз до посадочных площадок 6-й армии на 100 км. Основной базой Хе-111 корпуса Фибига стал Новочеркасск. Из Новочеркасска «хейнкелям» нужно было лететь до Питомника 330 км, на 130 км больше, чем от Морозовской. Главной базой Ю-52 на какое-то время стал Сальск. Однако отход немецких войск с Кавказа вскоре поставил аэродром в Сальске перед необходимостью спешной эвакуации. Присланный из штаба Люфтваффе эксперт по транспортным операциям полковник Фриц Морцик выбрал новый аэродром путем облета окрестностей на «Шторхе». В результате были выбраны заметенные снегом пшеничные поля под Зверево, в 65 км к северу от Новочеркасска. Там с нуля спешно создавалась база для Ю-52. Она начала действовать 16 января.

Снабжение окруженных в районе Сталинграда войск противника по воздуху значительно ухудшилось и уже ни в коей мере не удовлетворяло их потребностей в продовольствии, боеприпасах и горючем. Ни о каких 600 тонн в сутки не могло быть и речи. Заметный вклад в снижение эффективности «воздушного моста» внесли советские ВВС и зенитная артиллерия. Задачу по организации воздушной блокады окруженной вражеской группировки выполняли 16-я, 8-я воздушные армии и часть сил 17-й воздушной армии, войсковая зенитная артиллерия и части корпусного района ПВО. Способы ее осуществления менялись в зависимости от изменения тактики авиации противника.

Последние бои за разрушенный Сталинград, январь 1943 г.

Обстановка, сложившаяся к январю 1943 г. на южном крыле советско-германского фронта, не только создала выгодные предпосылки для окончательной ликвидации войск противника, окруженных под Сталинградом, но и требовала решения этой задачи в кратчайший срок. Требовалось высвободить значительные силы советских войск для действий на других направлениях в развернувшемся общем наступлении Красной Армии, а также освободить сталинградский железнодорожный узел и восстановить железнодорожное сообщение с нашими войсками, наступавшими на Ростов и Донбасс. Фактически армия Ф. Паулюса получила свою последнюю задачу: продержаться как можно дольше и тем самым позволить группе армий «Дон» восстановить фронт и избежать окружения отходящей с Кавказа группы армий «А».

Ликвидация окруженной группировки противника была возложена на войска Донского фронта генерал-полковника К.К. Рокоссовского. С 1 января 1943 г. Директивой Ставки ВГК № 170720 от 30 декабря 1942 г. в состав Донского фронта передавались ранее находившиеся под управлением Сталинградского фронта 57, 64 и 62-я армии. Соответственно Сталинградский фронт ликвидировался, а вместо него появлялся Южный фронт. Последний возглавил генерал-полковник А.И. Еременко. В подготовке и проведении последней операции Донского фронта под Сталинградом принимал участие представитель Ставки ВГК маршал артиллерии Н.Н. Воронов. А.М. Василевский вскоре был отправлен координировать действия Южного и Юго-Западного фронтов, и Воронов остался единственным представителем Ставки на Донском фронте.

Разрабатываемая операция получила кодовое наименование «Кольцо». Воронов свидетельствует, что во второй половине декабря командование Донского фронта недооценивало силы окруженных. Он пишет, что Рокоссовский «смело и уверенно назвал цифру в 86 тысяч, которые составляют пять пехотных дивизий, две мотодивизии, три танковые дивизии и три каких-то боевых отряда» (Воронов Н.Н. «На службе военной», М.: Воениздат, 1963, с. 300). Полностью достоверные сведения о численности 6-й армии советское командование получило только после ликвидации «котла». План операции был представлен Н.Н. Вороновым в Ставку 27 декабря 1942 г. Представитель Ставки предлагал нанести главный удар по западному фасу «котла» и гнать противника с запада на восток. При нанесении главного удара с запада на восток встречный удар должны были наносить войска в Сталинграде, имевшие ничтожные наступательные возможности.

Ультиматум для Паулюса

Нет ничего удивительного в том, что представленный план операции «Кольцо» подвергся критике со стороны Верховного командования. 28 декабря 1942 г. Директивой Ставки ВГК № 170718 за подписями И.В. Сталина и Г.К. Жукова указывалось: «Главный недостаток представленного Вами плана по "Кольцу" заключается в том, что главный и вспомогательный удары идут в разные стороны и нигде не смыкаются, что делает сомнительным успех операции…» План было приказано переделать…

Операция «Кольцо», предусматривала расчленение окруженной группировки на несколько частей с последующим уничтожением каждой из них в отдельности, план этот представлялся трудноосуществимым. Для нанесения главного удара привлекались войска 21,65 и 24-й армий. 65-й армии П.И. Батова при этом отводилась ведущая роль: она должна была наступать в центре построения ударной группировки на всем своем фронте (12 км), имея пять стрелковых дивизий в первом эшелоне и три дивизии – во втором. Армия получала колоссальные средства усиления: двадцать семь артиллерийских полков РГК, четыре тяжелых гвардейских минометных бригады (М-30), девять гвардейских минометных полков. Средства усиления позволяли создать плотность насыщения артиллерией на ее участке до 130 орудий на километр фронта. Также армия П.И. Батова получала одну танковую бригаду и шесть отдельных танковых полков.

Правее 65-й армии должна была наносить удар своим левым флангом на фронте 4 км 21-я армия И.М. Чистякова силами двух стрелковых дивизий, усиленных одним танковым полком, двумя артиллерийскими полками и тремя минометными полками РГК. Левее армии П.И. Батова, на фронте 4 км, должна была наступать 24-я армия И.В. Галанина. Ее ударная группировка включала три стрелковые дивизии, усиленные одним танковым полком, одним артиллерийским полком РГК и двумя дивизионами артиллерии большой мощности РГК. Всего на направлении главного удара было сосредоточено 33% всех стрелковых дивизий, 50% артиллерийских, 57% гвардейских минометных и 75% танковых полков. Это позволило на направлении главного удара создать значительные плотности сил и средств. В полосе 65-й армии на одну дивизию приходилось 1,5 км фронта. На 1 км фронта наступления приходилось 135 орудий и минометов и 10 танков. На 9-км участке прорыва армии артиллерийская плотность была доведена до 167 орудий и минометов на 1 км фронта.

Вспомогательные удары наносились со стороны северо-восточного и южного секторов кольца окружения. Начало операции «Кольцо» было назначено на 10 января. Войска К.К. Рокоссовского, не имея большого превосходства над противником в живой силе, значительно превосходили 6-ю армию в артиллерии и танках. На направлении же главного удара, в полосе 65-й армии, советские войска превосходили противника по пехоте в 3 раза, а по артиллерии в 15 раз. Назначение представителем Ставки ВГК на Донской фронт маршала артиллерии Н.Н. Воронова представляется не случайным. При низкой комплектности стрелковых дивизий предполагалось бить противника мощным артиллерийским ударом. Кроме того, был предпринят ряд мер по повышению эффективности действий пехоты. Уничтожать огневые точки противника предполагалось штурмовыми группами.

За два дня до начала операции «Кольцо», 8 января 1943 г., согласно старым традициям ведения войны советское командование предъявило командованию окруженных под Сталинградом немецких войск пространный ультиматум с предложением капитулировать. Документ был подписан представителем Ставки Н.Н. Вороновым и командующим фронтом К.К. Рокоссовским. В нём, в частности, говорилось: «…Мы гарантируем всем прекратившим сопротивление офицерам, унтер-офицерам и солдатам жизнь и безопасность, а после окончания войны – возвращение в Германию или любую страну, куда изъявят желание военнопленные. Всему личному составу сдавшихся войск сохраняем военную форму, знаки различия и ордена, личные вещи, ценности, а высшему офицерскому составу и холодное оружие. Всем сдавшимся офицерам, унтер-офицерам и солдатам немедленно будет установлено нормальное питание. Всем раненым, больным и обмороженным будет оказана медицинская помощь….»

Однако генерал-полковник Ф. Паулюс отклонил ультиматум после переговоров с ОКХ и по приказу Гитлера. Задача 6-й армии изменилась. Немецкое командование рассчитывало силами обреченной армии Паулюса сковать советские войска в районе Сталинграда и создать условия для организованного отвода основных сил группы армий «А» с Северного Кавказа в Донбасс через Ростов. Утром 10 января войска Донского фронта перешли в наступление. Атаке пехоты и танков предшествовала непосредственная авиационная и мощная 55-минутная артиллерийская подготовка. К исходу первого дня наступления на ряде участков оборона противника была прорвана на глубину 6 – 8 км. Наибольшее продвижение имела 65-я армия.

11 и 12 января войска Донского фронта, ломая сопротивление отдельных боеспособных частей противника, продолжали продвигаться вперед, и к исходу 12 января главная ударная группировка фронта вышла на р. Россошка. На направлении удара войск 64-й и 57-й армий была прорвана оборона противника на р. Червленная, и советские войска продвинулись здесь на 6-8 км. Неудача постигла наступающих только в полосе 66-й армии. Про действия этой армии в оперсводке Генштаба Красной Армии было написано: «Пыталась наступать частями центра, но, встретив сильное огневое сопротивление противника, успеха не добилась».

Уже первые дни наступления обернулись тяжелыми потерями для танковых войск Донского фронта. За три дня боев численность танкового парка Донского фронта сократилась более чем вдвое. Резкое снижение числа танков в частях фронта снижало темпы наступления. Попытка немецкого командования задержать дальнейшее продвижение советских войск на своем втором оборонительном рубеже, который в основном проходил по среднему Сталинградскому оборонительному обводу, успеха не имела. «Гидравлический пресс» из 2,5 тыс. орудий медленно, но верно делал свое дело. Войска Донского фронта, проведя в течение 13 и 14 января перегруппировку сил, с утра 15 января возобновили наступление. К середине дня оборона была прорвана. Остатки б-й армии стали отходить к развалинам Сталинграда.

В качестве последней попытки качественно изменить ситуацию со снабжением «крепости Сталинград» в группу армий «Дон» 15 января 1943 г. из Растенбурга отправился Эрхард Мильх, известный своими организаторскими способностями. Не успел он приехать, как «воздушный мост» получил тяжелый удар: в ночь на 16 января был потерян аэродром «Питомник». Это означало не просто потерю аэродрома. «Питомник» был хорошо оборудованной в навигационном отношении авиабазой. Незадолго до захвата советскими частями «Питомника» Рихтгофен приказал оборудовать новую авиабазу в Гумраке. Это был небольшой советский аэродром. Вопрос о его подготовке для приема транспортных самолетов поднимался еще несколькими неделями ранее.

Однако командование 6-й армии не поддержало эту идею. Здесь располагались штаб Паулюса, штабы двух корпусов, госпиталь и склады. Поэтому армейцы не хотели привлекать к Гумраку внимание советских ВВС какими-либо строительными работами. Работы здесь начались лишь ввиду угрозы захвата «Питомника». Надо отметить, что к этому моменту уровень боеготовности транспортных самолетов упал до 20%. Мильх выдвинул идею, которая уже обсуждалась командованием 4-го воздушного флота, – снабжать Паулюса с помощью планеров. Рихтгофен и Фибиг пришли к выводу, что условия в Сталинграде неподходящие для планеров. Во-первых, они были «сидячей уткой» для советских истребителей. В 4-м воздушном флоте не хватало истребителей для сопровождения Ю-52, выделить еще что-то для планеров было нереально. Во-вторых, отсутствовали возможности для их взлета из «котла». То есть планеры становились «одноразовыми». Однако Мильх какое-то время носился с этой идеей, пока ее не пришлось оставить ввиду дальнейшего ухудшения ситуации.

К 16 января территория района окружения 6-й армии сократилась до размеров, составлявших менее трети первоначальной. Преследуя отходившие части противника, войска Донского фронта к исходу 17 января вышли на линию Большая Россошка, Гончара, Воропоново, где встретили упорное сопротивление противника на старых советских укреплениях на подступах к городу. Немцы начали вывозить из «котла» своих лучших командиров. Так, помимо командира XIV корпуса генерала Хубе из Сталинграда был вывезен командир 60-й моторизованной дивизии генерал-майор Коллераман. Из числа командиров соединений LI армейского корпуса «котел» покинули: командир 79-й пехотной дивизии генерал-лейтенант граф фон Шверин, командир расформированной 94-й пехотной дивизии генерал-лейтенант Пфайфер и командир 305-й пехотной дивизии генерал-майор Штенмец. Из состава командиров соединений XI армейского корпуса из Сталинграда был вывезен командир 384-й пехотной дивизии генерал-лейтенант фон Габленц. Список вывезенных офицеров IV корпуса открывал его командир генерал инженерных войск Йенеке. Одним словом, суровая военная необходимость заставляла беречь командные кадры и пытаться их спасать, вырывая из рядов обреченной на гибель армии…

Подготовка атаки последнего рубежа на подходе к городу продолжалась четыре дня. Центр тяжести операции был перенесен в полосу 21-й армии. Армии И.М. Чистякова передавались из 65-й армии основные силы артиллерии и реактивных минометов. Также было получено некоторое количество танков. 22 января для поддержания боеспособности поредевших танковых войск фронта на станцию Качалино прибыл эшелон с 23 танками Т-34. С утра 22 января наступление войск К.К. Рокоссовского возобновилось на всем фронте. Противник упорно удерживал укрепления внутреннего обвода, но после сокрушительных ударов советской артиллерии оборона противника была прорвана.

23 января немцами был потерян Гумрак. Теперь снабжение войск в «котле» осуществлялось только парашютными контейнерами. Ни о какой эвакуации раненых больше не было и речи. Кроме того, сам поиск и сбор контейнеров был сопряжен с немалыми трудностями. Паулюс докладывал: «Многие "бомбы" (так Паулюс называл парашютные контейнеры) не найдены, потому что мы не имеем достаточно топлива, чтобы их разыскивать». Значительная часть сброшенных контейнеров была собрана уже советскими трофейными командами.

24 января, на следующий день после потери последнего аэродрома в пределах «котла», Ф. Паулюс докладывал: «44, 76,100, 305-я и 384-я пехотные дивизии уничтожены. Ввиду вклинения противника на многих участках фронт разорван. Опорные пункты и укрытия есть только в районе города, дальнейшая оборона бессмысленна. Катастрофа неизбежна. Для спасения еще оставшихся в живых людей прошу немедленно дать разрешение на капитуляцию». Разрешения капитулировать от Гитлера вновь не последовало. 25 января войска Донского фронта ворвались в Сталинград с запада.

К исходу 26 января войска 21-й и 62-й армий соединились в районе Мамаева кургана и расчленили группировку противника на две части: южную, зажатую в центральной части города, и северную, оказавшуюся окруженной в районе Тракторного завода и завода «Баррикады». Штаб Паулюса разместился в подвале одного из домов в центре Сталинграда. Обычно указывается, что штаб 6-й армии располагался в универмаге, однако в журнале боевых действий Донского фронта уверенно указывается в качестве штаба и места пленения исполком. Возможно, в последующем сообщали о пленении Паулюса в подвале универмага, чтобы не бросать тень на здание, в котором размещаются органы исполнительной власти. Наверняка злые языки сразу же обозвали бы обиталище слуг народа «домом Паулюса».

Связь с другими «котлами» по радио поддерживал генерал Шмидт. Боеспособность немецких войск к этому времени резко снизилась. Началась массовая сдача в плен солдат и офицеров армии Паулюса. Только за три дня, с 27 по 29 января, части 64-й армии взяли в плен 15 тыс. солдат и офицеров. Следует отметить, что потери фронта медленно, но верно снижались в последней 30 января, в 10-летний юбилей нацистской партии, Мильх решил сделать подарок остаткам 6-й армии. В ночной полет к Сталинграду отправились 85 самолетов. Они сбросили 72 тонны в парашютных контейнерах, преимущественно в северный «котел», оборонявшийся XI корпусом.

В этот же день Ф. Паулюс получил последнюю радиограмму от Гитлера. Она гласила: «Поздравляю Вас с производством в генерал-фельдмаршалы». В сущности, это был завуалированный приказ покончить жизнь самоубийством. Однако, выполнив приказ держаться до последнего, Паулюс не счел нужным отказываться от плена. Более того, начальник штаба 6-й армии Шмидт в тот же день поручил переводчику выйти с белым флагом на площадь и найти советских командиров, которым можно было бы сдаться.

Сначала переговоры велись с начальником оперативного отдела штаба 38-й мотострелковой бригады старшим лейтенантом Ф.М. Ильченко. Утром 31 января в подвал исполкома спустилась делегация штаба 64-й армии во главе начальником штаба армии генерал-майором И.А. Ласкиным, начальником оперативного отдела армии полковником Лукиным и командиром 38-й мотострелковой бригады полковником Бурмаковым. По прибытии в штаб Паулюса они предъявили ультиматум о прекращении сопротивления и полной капитуляции окруженной группировки немецких войск. Ультиматум был принят.

В ходе капитуляции южной группировки 31 января в плен войскам 21-й армии сдались 12 800 человек, в том числе командир 100-й егерской дивизии генерал-лейтенант Занне, командир VIII армейского корпуса Вильгельм Хейтц, командир 76-й пехотной дивизии генерал-лейтенант Роттенбург. Частями 62-й армии были взяты в плен командир LI армейского корпуса генерал-лейтенант Зейдлиц, командир IV армейского корпуса генерал-лейтенант артиллерии Пфефер.

Северная группировка 6-й армии продержалась ненамного дольше южной. После мощного огневого удара нашей артиллерии 2 февраля сложил оружие и прекратил сопротивление XI армейский корпус в районе «Баррикад». Командир корпуса генерал-лейтенант Карл Штрекер сдался в плен. Частями 21-й армии 2 февраля было взято 17 964 человека пленных, среди них командир 113-й пехотной дивизии генерал-лейтенант Зикст фон Армии, командир 305-й пехотной дивизии полковник Шиматис. Части 62-й армии дополнили этот список командиром 389-й пехотной дивизии генерал-майором Лятманом и командиром 24-й танковой дивизии генерал-лейтенантом фон Ленски. Всего войскам 62-й армии сдались 15 тыс. человек.

Всего в ходе операции «Кольцо» в плен было взято более 2500 офицеров и 24 генерала 6-й армии, а также свыше 91 тыс. солдат и офицеров вермахта. Трофеями советских войск с 10 января по 2 февраля 1943 г., по донесению штаба Донского фронта, стали 5762 орудия, 1312 минометов, 12 701 пулемет, 156 987 винтовок, 10 722 автомата, 744 самолета, 1666 танков, 261 бронемашина, 80 438 автомашин, 10 679 мотоциклов, 240 тракторов, 571 тягач, 3 бронепоезда и другое военное имущество. Покончили жизнь самоубийством только отдельные представители окруженной в Сталинграде группировки немецких войск. К их числу относится генерал-лейтенант Гюнтер Ангерн, командир 16-й танковой дивизии, застрелившийся 2 февраля 1943 г.

После ликвидации 2 февраля 1943 г. последних очагов сопротивления противника войска Донского фронта начали грузиться в эшелоны и постепенно растекаться по двигающемуся на запад советско-германскому фронту. Именно им вскоре придется формировать южный фас Курского выступа после неудачи под Харьковом.

Операция «Кольцо» обернулась для танковых войск Донского фронта тяжелыми потерями. От первоначальной численности танкового парка Донского фронта осталось меньше трети. Однако, несмотря на очевидные шероховатости в планировании и проведении, операция «Кольцо» закрепила успех Красной Армии под Сталинградом. Весь мир увидел толпы уныло бредущих пленных в остатках обмундирования, взятых в плен генералов недавно казавшегося непобедимым вермахта. Всего в ходе наступательной операции войск Донского фронта в период с 10 января по 2 февраля 1943 г. были полностью ликвидированы 22 дивизии противника. По престижу армии Германии был нанесен сильный удар. По докладу Щаденко от 28 мая 1943 г., было собрано и захоронено 47 тыс. трупов солдат и командиров Красной Армии. Трупов солдат и офицеров вермахта было гораздо больше, их было зарыто 147 тыс.

С оперативной точки зрения первое, что бросается в глаза при оценке операции «Кольцо», – это сравнительная неспешность ее проведения. Армия Паулюса, уже в течение полутора месяцев находившаяся в окружении, была ликвидирована только за три недели. Объективной причиной этого может быть усталость войск Донского фронта, субъективной – желание командования избежать лишних потерь. Слабость обоих противников обусловила вялое развитие операции в целом.

Прошедшие горнило Сталинграда армии стали элитой Красной Армии. Помимо боевого опыта у них было то, чего недоставало многим другим, – они успели поверить в свои силы, почувствовать вкус победы и увидеть своими глазами одну из самых больших катастроф вермахта. По итогам Сталинградской битвы участвовавшие в ней армии в апреле 1943 г. получили звание гвардейских. 21-я армия И.М. Чистякова стала 6-й гвардейской, 24-я армия И.В. Галанина – 4-й гвардейской, 62-я армия В.И. Чуйкова – 8-й гвардейской, 64-я армия М.С. Шумилова – 7-й гвардейской, 66-я армия А.С. Жадова – 5-й гвардейской армией…

К сражению за Сталинград применимы самые разные эпитеты, но одно очевидно – это была выстраданная победа. Потребовалось затратить много сил, чтобы добиться действительно выдающегося результата в виде разгрома крупной группировки противника. В летней кампании 1942 г. оказывался на коне тот, кто захватывал и удерживал стратегическую инициативу. Длинный фронт от Ленинграда до Азовского моря невозможно было превратить в неприступную крепость.


По материалам книги А. Исаев "Мифы и правда о Сталинграде",
М., "Эксмо", "Яуза", 2013, с. 419-464.



возврат назад Обновить страницу


события         архив         воспоминания         творческие работы         тесты по ЕГЭ         блог