Старший лейтенант Милашенков С.В.


"Из боя выходила рота,
Мы шли на отдых, в тишину
И над могилою пилота
Почувствовали всю войну."

С. Гудзенко

Милашенков С.В.

Милашенков Сергей Васильевич родился в 1923 г. в деревне Лесовой Сафроновского района Смоленской области. Русский. В девятилетнем возрасте был взят в Москву родственниками на воспитание. После окончания семилетки работал сначала в артели музыкальных инструментов, а затем на комбинате газеты «Правда». В 1940 г., окончив без отрыва от производства летные курсы, уехал учиться в военное авиационное училище летчиков, где и застала его война. В 1942 г. в звании лейтенанта прибыл на фронт. Служил в штурмовой авиации. Во время одного из болевых вылетов был сбит над территорией, занятой противником. Бежав из плена, снова вернулся в часть. Над территорией Украины 14 июли 1944 г. повторил подвиг Гастелло, направив горящий штурмовик в скопление вражеских войск. Звания Героя Советского Союза удостоен посмертно 27 июня 1945 г. Его именем названа одна из улиц Москвы.

День выдался жаркий. И не только потому, что была середина июля 1944 года. С раннего утра над полевым аэродромом, где разместился 109-й гвардейский штурмовой авиационный полк, ни на минуту не смолкал рев моторов. Одна за другой группы штурмовиков поднимались в небо и брали курс на запад. Советские разведчики в ночь на 13 июля обнаружили отход вражеских войск на рава-русском направлении. С севера и с юга на помощь им спешили танковые колонны противника, пытаясь организовать контратаки. Перед нашей авиацией стояла задача наносить бомбовые и штурмовые удары по этим колоннам, уничтожать технику, вооружение и живую силу, дезорганизовывать передислокацию гитлеровцев.

Командир эскадрильи гвардии старший лейтенант Сергей Милашенков, совсем еще юный, большеглазый и чернобровый, в сдвинутом на одно ухо шлемофоне, слушая приказ командира полка, торопливо наносил на карту условные знаки. Синяя цепочка ромбиков, извиваясь, протянулась вдоль коричневых штрихов грунтовой дороги.
– Надо нанести штурмовой удар по этой колонне, – поставил задачу командир. – Времени терять не будем. Взлетать группами сразу же после заправки.

Пока техники и механики готовили самолеты, Сергей довел приказ до экипажей. Обстановка складывалась сложная. Вражеские истребители буквально кишели в безоблачном небе. Разведчики, вылетавшие в район боевых действий, обнаружили немало зенитных батарей противника. В таких условиях штурмовать движущиеся цели будет трудно и опасно. Но Милашенков верил, что его подчиненные не дрогнут.
– Главное, чтобы каждый выдерживал свое место в строю, – сказал он, обращаясь в основном к командирам. – А сейчас по машинам!

И вот шестерка штурмовиков, прикрываясь складками местности, неожиданно для гитлеровцев появилась в хвосте колонны и, резко набрав высоту, ринулась в атаку. Один за другим краснозвездные машины бросались вниз, поливая огнем растянувшуюся по дороге бронированную колонну. Словно спичечные коробки вспыхивали танки. На куски разлетались автомашины. В страхе разбегались вражеские солдаты. Чужая земля казалась им в этот момент раскаленной жаровней, на которой негде укрыться и невозможно спастись. Впервые за годы оккупации советские люди, наблюдавшие за этим боем, заулыбались. Они выходили из погребов и расправляли плечи. В стремительных краснозвездных птицах они видели вестников свободы.

Но вдруг случилось страшное. Штурмовик ведущего, пробитый вражеским снарядом, вздрогнул и покачнулся, как подбитая птица. По фюзеляжу метнулось пламя. Люди, наблюдавшие за боем, замерли. Они знали, что летчик не услышит их, но губы их шептали: «Действуй, сокол». А летчик вел свой пылающий самолет на малой высоте, беспрерывно стреляя из пушек, поливая градом свинца захватчиков. Когда же не стало снарядов, когда машина уже была вся объята пламенем, он довернул ее и направил в гущу вражеских автомашин. Раздался оглушительной силы взрыв. А потом долго пылали на дороге цистерны, рвались снаряды. И были эти взрывы первым салютом подвигу смелого советского летчика, отдавшего жизнь во имя победы.

Жители поселка Микуличи не знали тогда имени Сергея Милашенкова, сокола, повторившего подвиг Гастелло. И они назвали его крылатым Данко. Ведь он, как и герой горьковской сказки, отдал свою жизнь за свободу. Своим подвигом он осветил людям путь к счастью. У него, как и у Данко, было чистое, горячее сердце...

В тот год Сергею Милашенкову исполнился всего лишь 21 год. Был он весельчаком – и петь умел и плясать. Любили летчики своего командира за смелость, за открытую душу, за то, что всегда готов был прийти на помощь другу. А еще любили за твердость духа, за то, что никогда не терялся, смело смотрел в глаза опасности.

Погода в тот день была нелетная. Моросил дождь. Над аэродромом плыли низкие, тяжелые облака. Горизонт закрывала серая дымка. Командир полка не приказывал Милашенкову лететь на задание. Он просто сказал: «Надо». На одной из железнодорожных станций разведка обнаружила скопление цистерн с горючим. Не лететь было нельзя. Самолет Милашенкова появился над станцией неожиданно. Фашисты, видимо, уверены были, что в такую погоду никто не сможет подняться в небо. На путях началась суматоха. Сергей стал атаковывать. Спокойно прицелившись, он сбросил бомбы. И сразу же почувствовал, как содрогнулся воздух. Темный столб взметнулся к небу, слившись с облаками.

Задание выполнено. Можно возвращаться домой. Но у Сергея оставались снаряды. Он снова зашел для атаки, поймал в прицел цистерны и нажал на гашетку. И только теперь заработали фашистские зенитчики. Рядом с самолетом выросли шапки разрывов. «Еще один заход», – мысленно решил летчик, разворачивая самолет. И в этот миг машина, оказавшись в кольце разрывов, вздрогнула. Перед глазами Сергея рассыпался сноп искр. Запахло гарью. «Подбили», – подумал он и потянул ручку управления на себя. Самолет еще слушался рулей. И вот уже взят курс на восток, к своим, туда, где, волнуясь, ждут его командиры и друзья.

Стрелка бензомера, чуть ли не единственного «живого» прибора, быстро ползла к нулю. Сомнений не оставалось – пробит бак. До аэродрома не дотянуть. А под крылом земля, занятая фашистами. Оставалось два выхода – гибель или плен. Смерть рядом. Стоит лишь отжать ручку управления от себя. Но нет, так дешево Сергей не отдаст свою жизнь...

Перед глазами как в калейдоскопе промелькнули самые памятные картины жизни. Вот он в своей деревне на Смоленщине. Это его родина. Крытые соломой белые хатки. Речка. И три березки на берегу. А вот он в Москве, в первую очередь спешит в Мавзолей, к Ленину. А вот его принимают в комсомол… Мотор заглох. В кабине наступила мертвая тишина. Машина сделалась тяжелой и неуклюжей, она неслась к земле. «Вон туда, на кустарник. Там можно убежать. Там рядом лес», – шептал Сергей, расстегивая кобуру.

Земля, стремительно бежавшая навстречу, вдруг качнулась. Раздался оглушительный треск. В глазах у Сергея потемнело. Он потерял сознание. Очнулся, услышав чужую речь. И первое, что увидел, – направленные в грудь автоматы. На допросах молчал. Только с презрением смотрел на фашистов, сплевывал им под ноги спекшуюся кровь. Грозили смертью – расправлял плечи. Он не боялся смерти.

Убедившись, что летчик не заговорит, гитлеровцы решили отправить его в тыл. В вагоне один из охранников долго приглядывался к Сергею. Потом заговорил на чистом русском языке:
– Я из России. Бежал. Понимаешь? В первую мировую... Бежал из России... Как дорого Сергей отдал бы сейчас за то, чтобы оказаться по ту сторону фронта. И, будто прочитав его мысли, охранник предложил:
– Бежать вам надо. Ночью. Двери будут открыты...
Бежать! Сергей ухватился за эту мысль. Он как-то весь преобразился. Будто стал сильнее. Будто и не горело уже тело от ран.

Ночью он тихо пробрался в тамбур вагона и нажал на ручку двери. Ручка поддалась. Скрипнула, открываясь, дверь. И Сергей шагнул в темноту... Минут пять он лежал у железнодорожного полотна. Не верилось, что удалось вырваться. Чистый, ночной воздух пьянил. Было тихо. И совсем по мирному перемигивались в небе звезды.

11 дней Сергей Милашенков пробирался к своим. Шел ночью. Питался ягодами и корой. Оброс. Исхудал. Еле держался на ногах. Но шел и шел на восток. И когда услышал русскую речь, когда увидел наших солдат, расплакался. Они взяли его, ослабевшего, под руки, а он просил об одном:
– Мне к командиру надо. Доложить... Задание выполнено... Многие удивлялись тогда стойкости и мужеству летчика Сергея Милашенкова. Какая сила жила в нем? Из какого материала скроен он был?..

Когда самолет гвардии старшего лейтенанта Сергея Милашенкова врезался в гущу гитлеровских автомашин, взрывной волной его выбросило из кабины. Он был мертв. Но и к мертвому фашисты подходили осторожно, держа наготове автоматы. Они смотрели на него с удивлением. Им трудно было понять, как это можно не бояться смерти, жертвовать своей жизнью. Ради чего?

К месту гибели советского летчика подкатил изящный черный лимузин. Из него вышел немецкий генерал. Он долго стоял над телом Сергея Милашенкова, потом громко сказал по-немецки:
– Хороший летчик!
И уехал. Он увидел только хорошего летчика, оценил лишь мастерство пилота. И не способен был увидеть душу человека, познать то, что двигало его поступком.

А ведь Сергей Милашенков был человеком особым… Враг рвался к Москве. Обстановка в те дни была трудная. Летчикам приходилось выполнять в день по четыре-пять вылетов. Нередко прилетали, что называется, на честном слове. И никто не считал пробоин. Их наскоро заклеивали перкалью, и самолет снова поднимался в небо. В землянке, где жили летчики, пустовало немало коек. А оставшимся в живых приходилось воевать за двоих.
– Если кончатся бомбы, буду стрелять из пушек и пулеметов. Если не станет патронов, буду рубить гитлеровские машины винтом, – поклялся Сергей. И эту клятву он носил в своем сердце. И подвиг его – это не случайность, не минутный порыв. Вся его жизнь была преддверием подвига. Он не мог поступить иначе.

Стоит в поселке Микуличи скромный обелиск, увенчанный красной звездой. Вокруг него растут цветы. Это памятник Герою Советского Союза гвардии старшему лейтенанту Сергею Милашенкову. Сюда часто приходят жители поселка. Здесь каждый день можно встретить школьников. Они сочиняют стихи про подвиг летчика, считают его своим, родным и близким человеком. У них в гостях была сестра Героя. Его фотография висит в школе. О нем здесь собрано немало документов.

В Москве именем Сергея Милашенкова названа улица… Чтут память своего земляка и на Смоленщине. Там, в небольшой деревушке с поэтическим названием Лисовая, родился Сергей Милашенков. Там прошло его детство. Сергей Васильевич Милашенков был патриотом Родины, за которую отдал свою жизнь.


По материалам книги "Герои огненных лет", под редакцией А.М. Синицына,
книга 8-я, М., "Московский рабочий", 1985 г.



возврат назад Обновить страницу


события         архив         воспоминания         творческие работы         тесты по ЕГЭ         блог