Восстание в Праге, изгнание немцев из Чехословакии


"Затянувшаяся война в конце концов
уничтожает и самого победителя."

П. Коэльо

5 мая 1945 г. началось восстание чехов против немецкой оккупационной власти. Одновременно оно стало началом явного возмездия со стороны чехов за всю несправедливость, которую им когда-либо причинили немцы. Жертвами этого возмездия стали все без исключения немцы в Судетской области, в Богемии и Моравии, и солдаты, и гражданские, и женщины, и дети. В столице Чехии в то время находилось около 200 тысяч немцев, в остальной Богемии и Моравии и Судетской области – более трех миллионов немцев. Судетские немцы, проживавшие в Богемии, Моравии и Силезии более 700 лет, попали в состав чешского государства только после мирного договора, завершившего Первую мировую войну.

Беженцы из Чехословакии: инвалиды и дети, лето 1945 г.

До 1918 года Судетская область, как и другие части Богемии, Моравии и Словакии, входила в состав двуединой австро-венгерской монархии. Чешская республика возникла только после Первой мировой войны. Но государственная граница Чешской республики не была определена по принципу проживания национальностей. Чехи настояли на том, чтобы территория их государства включила из прежних земель австро-венгерской монархии территории Богемии и Моравии. Так более трех миллионов немцев попали под чешский суверенитет. Победители Первой мировой войны отказали судетским немцам в том, что позволялось другим народам, – в национальном самоопределении.

Чешские чиновники заняли ключевые места в администрации Судетской области. Немцев изгоняли. Чехи оказывали предпочтение своим землякам: во время мирового экономического кризиса в начале тридцатых годов области, заселенные судетскими немцами, были сильнее всего охвачены безработицей. В местечке Мариенбад, например, 230 из 1000 работоспособных оставались без работы. В 1938 году по Мюнхенскому договору Гитлер присоединил к Германскому рейху немецкую Судетскую область, а весной 1939 года осуществил свою угрозу: "Я разгромлю Чехословакию, разорву на части, уничтожу!" Немецкие войска вступили в Прагу. Правительство в Берлине учредило Имперский протекторат Богемии и Моравии. Гестапо, СС и служба безопасности развязали в стране террор. Богемия и Моравия после начала войны с Россией приобрели для всей немецкой военной машины особое значение. Каждый третий немецкий танк, каждый четвертый грузовик вермахта и каждый второй пулемет изготавливались на военных заводах протектората.

Но в Богемии и Моравии сформировалось скрытое и действенное сопротивление. Саботаж, направленный против военного производства, поломки станков, диверсии на железных дорогах, телефонных линиях вскоре приобрели угрожающий для немцев размах. В сентябре 1941 года, через три месяца после нападения Германии на Советский Союз, Гитлер направил шефа Главного управления имперской безопасности Райнхарда Гейдриха в Прагу в качестве заместителя Имперского протектора. В день своего прибытия Гейдрих ввел чрезвычайное положение в шести округах протектората. Действовали законы военного времени. В третий день пребывания Гейдриха только в Пражском Граде были вынесены 58 смертных приговоров. Политические противники режима подлежали расстрелу, обвиненные в экономических преступлениях – повешению. Имена казненных и виды их казни публиковались в газетах и на плакатах.

Одновременно немцы ужесточили преследования евреев в Богемии и Моравии. Быстрее пошли транспорты из Чехословакии в лагеря уничтожения, расположенные в Польше. Казалось, что подавление достигло своей вершины, но национал-социалисты оказались способными усилить его еще больше. 4 июля 1942 года Райнхард Гейдрих умер в результате ранения, полученного им во время покушения, совершенного на него двумя чешскими агентами-парашютистами, заброшенными из Англии. Через шесть дней после смерти Гейдриха охранная полиция оцепила шахтерскую деревню Лидице в округе Кладно севернее Праги. Поздним вечером того же дня полицейские пошли от дома к дому, выгоняя из них жителей.

Женщин и детей посадили на грузовики и отправили в спортивный зал в Кладно. В это время 173 мужчины были расстреляны. Позже одиннадцать мужчин вернулись в деревню с работы. Они также были убиты. В ту же ночь были казнены 15 членов семей чехов, служивших в так называемом Чешском легионе, военном формировании чешского эмигрантского правительства, находившегося в Англии. 199 женщин были отправлены в женский концентрационный лагерь Равенсбрюк в Марк Бранденбурге. Семь женщин из Лидице были заключены в полицейской тюрьме Терезиенштадта. Четверых беременных женщин отправили в пражскую больницу. 143 из 195 женщин пережили войну. Из 98 детей деревни удалось найти только 16. В ту ночь национал-социалистической мести полицейские сожгли деревню. Руины развеяли по воздуху. Лидице буквально стерли с лица земли. Гитлер сам отдал распоряжение об уничтожении Лидице в качестве мести.

Но даже такой мести было недостаточно. Через три недели после смерти Райнхарда Гейдриха было разрушено местечко Лецаки, в 60 километрах юго-восточнее Праги. 33 жителя были расстреляны на месте, остальные отправлены в концентрационный лагерь. Но и этой меры возмездия для нацистов оказалось мало. Через три месяца после покушения военно-полевые суды в Праге и Брно осудили насмерть 1357 чехов. 477 чехов погибли, потому что были обвинены в том, что одобрили покушение. Так национал-социалисты по всей Чехословакии сеяли ненависть, а чехословацкое эмигрантское правительство в Лондоне разжигало жажду ненависти по всей стране. Доктор Эдуард Бенеш, глава эмигрантского правительства, говорил по радио: "В нашей стране конец этой войны будет написан кровью. Немцам без пощады и двойной монетой будет отплачено за то, что они натворили в нашей стране с 1938 года. Вся нация примет участие в этой борьбе. Не будет ни одного чехословака, который не примет участия, и не будет ни одного патриота, который бы не потребовал наказания за мучения, которым была подвергнута наша нация". Членам своего кабинета Бенеш сказал: "Восстание в ЧСР должно быть насильственным, оно должно стать всенародным сведением счетов с немцами и фашистскими насильниками, кровавой, беспощадной борьбой".

В начале мая 1945 г. американские войска подошли к Праге на 80 километров, на востоке Красная Армия уже захватила Брно. Советским танкам осталось пройти до чешской столицы 200 километров. Перед зданием радиостанции "Прага II" в полдень 5 мая остановился грузовик, с него спрыгнули вооруженные люди, перестреляли охрану, ворвались в здание, согнали техников и дикторов с рабочих мест. И немного позже из радиоприемников и громкоговорителей, установленных на улицах столицы и непосредственно связанных с радиостанцией, донеслось: "Смерть немцам!", "Смерть немецким оккупантам!" и "Восстание! Восстание!". Научная комиссия Федерального правительства пишет: "Инициатива восстания могла исходить с разных сторон: со стороны чешских националистов, опасавшихся политического влияния Советской Армии на чешскую политику и желавших создать будущему правительству независимое положение, освободив своими силами столицу, и со стороны коммунистов, которые желали предотвратить захват власти националистами, рассчитывавшими на американскую помощь, и поэтому подняли восстание, в конце которого должна была появиться Красная Армия как спасительница и освободительница".

Чета беженцев обедает, сидя на краю нар

Но, как всегда, для немцев в Праге, в протекторате и в Судетской области голос, призывавший через микрофон радиостанции "Прага II" пустить немцам кровь, означал для них нужду, нищету, мучения и смерть. Беда охватила миллионы, виновных и невиновных. Срывающийся голос из репродукторов радиостанции "Прага II" отдал всех немцев на разграбление, убийство, поругание и жестокость, которые были заложены в народе. Убийцы могут безнаказанно убивать, садисты, не опасаясь суда, мучить, воры и разбойники могут обогатиться, как сумеют. Служащий Ф.Б. слышал крики: "Немцы обстреливают нашу Прагу, смерть всем немцам!" В тот момент под Прагой еще находились части вермахта и войск СС. Они, может быть, и смогли бы спасти немцев, подвергавшихся бесчинствам в чешской столице, но их попытки потерпели неудачу из-за отсутствия единства в немецком руководстве протектората – между имперским наместником Карлом Германом Франком и вермахтом и полностью потерпели провал из-за того, что союзники Германии – дивизии армии генерала Власова, состоявшие из военнопленных солдат Красной Армии и перебежчиков, – внезапно повернули оружие против нее. 18 тысяч власовцев под командованием генерала Буниченко, которые за день до этого хотели сражаться с Красной Армией, теперь открыли огонь по немецким войскам, наступавшим на Прагу, стремившимся освободить захваченных там немцев. Но предательство вознаграждено не было. Англичане и американцы выдали власовцев советским войскам. Многих расстреляли на месте, многих отправили в сибирские лагеря. Власов и его офицеры погибли в Москве от рук НКВД.

После того как немецкое наступление на Прагу было остановлено, во второй половине дня 8 мая немецкий генерал Туссен подписал протокол о капитуляции. По соглашению между чехами и немцами немецким войскам гарантировался свободный отход. Женщины и дети передавались под охрану Красного Креста, который должен был позаботиться об их обеспечении и эвакуации. Немецкие солдаты сажали на свои машины женщин, детей и забирали их с собой. Но гигантской колонне, двинувшейся на запад, преградили путь советские танки 1-го Украинского фронта маршала Конева. Они открыли огонь из пушек и пулеметов по солдатам, женщинам и детям. Научная комиссия Федерального правительства пишет: "Лишь незначительная часть немецкого гражданского населения смогла покинуть город. Когда советские войска подошли к городу, в нем начались неописуемые бесчинства по отношению к оставшимся немцам".

Теперь, когда русские танки и пехота заняли город, повстанцы почувствовали уверенность в своих силах. Теперь они уже могли не опасаться возмездия со стороны немецких войск. Теперь женщины, дети и мужчины в городе были свободны, как птицы. Чешские руководители разбили последний шит, за которым могли бы укрыться преследуемые немцы, а именно дружбу с чешскими гражданами города, которая часто возникала во времена мирного совместного проживания. По радио звучали угрозы: "Все граждане, предоставляющие укрытие немцам, будут привлекаться к ответственности. В квартиры необходимо допускать контролирующих людей из милиции". А затем по радио было объявлено: "Все немцы в течение 24 часов должны зарегистрироваться в Красном Кресте в Праге".

Улицы города были перегорожены баррикадами. От одной стороны улицы до другой стояли трамвайные вагоны, наполненные камнями из мостовой и землей, перед ними лежали старые столы и лестницы. Это были баррикады, которые в первые дни восстания должны были преградить путь немецким танкам. Теперь на этих баррикадах стояли революционные патрули, проверявшие мужчин, женщин и детей. Немцы, доверчиво сдавшиеся под охрану чешской полиции, все же надеялись, что кровавый угар восстания вскоре уляжется, они вернутся в свои квартиры и там, может быть, продолжат прежнюю жизнь, прерванную войной или событиями последних дней. Все они не могли знать того, что новые власти Чехословакии давно уже решили "очистить от немцев" сначала Прагу, а потом и всю страну. По всему городу чехи устроили охоту на немцев и сгоняли их в общественные здания, на стадионы, в тюрьмы и кинозалы, большинство из которых в Праге располагалось под землей. На пражском стадионе немцы, число которых увеличилось до 10 тысяч, вынуждены были проводить дни и ночи на голой земле. Они голодали: получали один раз в день черный кофе, водянистый суп и около 100 граммов хлеба в день. Началась дизентерия. Многие немцы в те дни в Праге нашли свою смерть от голода, страха перед побоями и мучениями и от отчаяния найти всему этому конец.

Лагерь беженцев. Пожилой одинокий мужчина ест самодельной ложкой из консервной банки

Заграждения, которые чехи построили против немецкого вермахта, теперь должны были разбирать немецкие женщины и мужчины. Фрау А.Л. рассказывала: "Нас погнали по улицам, при этом мы должны были держать руки вверх. Если кто опускал руки, охранники его тут же избивали прикладами. Пожилые женщины, стоявшие по краю улицы, били нас железными трубками, дубинками и плетками для собак. Некоторые из нас падали и оставались лежать. На мосту через Влтаву мы должны были убирать тяжелые железные трубы. Мы были не в состоянии их поднять. Снова нас ужасно избили. Затем мы должны были брать по пять булыжников от мостовой и относить их в сторону. Но после избиений мы так ослабли, что камни выпадали у нас из рук, а чешская шпана постоянно подскакивала к нам и избивала. Полицейские стреляли. Мне выбили четыре зуба. Мужчины и женщины срывали с нас одежду и обувь. Молодые мужчины и подростки били нас ногами в живот. Потом чехи схватили нас, и один из них по очереди состриг всем женщинам волосы. Другой лил нам на голову красную краску".

В те дни во многих городах Чехословакии стало очевидным намерение чехов не только просто убивать немецкие жертвы, но унижать, мучить и продлевать их мучения как можно дольше. Через девять дней после капитуляции чешские партизаны вошли в моравский город Ландскрон, где проживало большое количество немцев. Они согнали плетьми мужчин города на рыночную площадь. На ней был поставлен стол, у которого чешские партизаны разыгрывали суд. Эта игра заканчивалась смертью. Нотариус Леопольд Пфицнер сообщал: "Каждый немец должен был проползать последние шаги перед столом судьи на коленях. Суд осуждал каждого немца на десять-сто палочных ударов или на смертную казнь через расстрел или повешение. Осужденных на порку тащили к воротам ратуши, там их бросали на доски и избивали резиновыми дубинками, винтовочными прикладами или палками, ногами по всему телу, в том числе по шее и по голове. Крики избиваемых, со все возрастающей силой, слышались Целый день. При этом непрерывно слышались выстрелы из винтовок и автоматов. Старинный фонарный столб у гостиницы Шмайзера служил виселицей". Никто не считал жертвы чешского восстания в Праге, Богемии и Моравии. В сообщении Научной комиссии Федерального правительства процитирована оценка, в соответствии с которой во время восстания и в следующие за ним первые две недели было убито от 35 до 40 тысяч немцев.

Но и в этой оргии ненависти и крови, жажды мести и мучений человечность по отношению к некоторым преследуемым и избиваемым немцам давала им проблески надежды. Научная комиссия федерального правительства писала: "Но не везде развязанный радикальными элементами психоз возмездия по отношению к немецкому населению смог разрушить личные человеческие отношения. Во многих сообщениях говорится, что чехи защищали своих немецких знакомых, с началом восстания приглашали их в свои квартиры или прятали в убежищах. При этом они часто рисковали жизнью, так как укрывательство означало для них обвинение в коллаборационизме".



возврат назад Обновить страницу


события         архив         воспоминания         творческие работы         тесты по ЕГЭ         блог