Бои в Прибалтике в ходе Белорусской наступательной операции


"Нападение – лучший вид защиты "

Прибалтика всегда занимала важное место в планах немецкого руководства, Гитлер не только не думал выводить свои войска из Прибалтики, но, наоборот, всячески стремился их усилить. Прибалтика прикрывала Восточную Пруссию с северо-востока. Контроль над ней позволял германскому флоту действовать в восточной части Балтийского моря и поддерживать связь со Скандинавскими странами, которые поставляли Германии стратегические материалы. Прибалтика и сама являлась базой снабжения. В Эстонии, например, действовали заводы по переработке горючих сланцев, дававших Германии около полумиллиона тонн нефтепродуктов в год. Из Прибалтики немцы получали значительное количество сельскохозяйственного сырья и продовольствия. Боеспособность немецких войск в Прибалтике была очень высокой. Она поддерживалась жестокой дисциплиной, наблюдением органов гестапо за солдатами и офицерами. Позади боевых частей для «поддержания их боевого духа» находились эсэсовские заградительные отряды, которые огнем из автоматов не допускали отступления пехоты с позиций. Фашистская пропаганда настойчиво пыталась убедить солдат, что скоро наступит перелом в войне. Говорилось, что, объявив тотальную мобилизацию, Германия сформирует много новых дивизий и сможет перейти в решительное наступление.

Карта наступления советских войск в Прибалтике

23 июня 1944 г. началось наступление советских войск в Белоруссии. К середине июля, когда темпы фронтального наступления на участке группы армий «Центр» начали падать, советская Ставка подготовила ряд фланговых ударов по противнику. На северном участке Восточного фронта образовавшийся между 3-й танковой и 16-й армиями разрыв, получивший название балтийской бреши, давал советской стороне прекрасную возможность для этого. 1-й Прибалтийский фронт был усилен переброшенными из Крыма 2-й гвардейской и 51-й армиями, которые были развернуты для нанесения удара на запад, на Шяуляйском направлении, а затем – на север, на Ригу.

В. Модель, назначенный командующим группой армий «Центр», к 10-му июля уже не мог нигде даже попытаться остановить советское наступление. Он попросил у Гитлера аудиенции. Во время встречи в ставке фюрера Гитлер предложил сразу же передать в распоряжение В. Моделя одну танковую дивизию из Германии и две дивизии из группы армий «Север». Еще две дивизии должны были быть переброшены в группу армий «Центр» позже. Получив эти подкрепления, 3-я танковая армия должна была нанести удар в северном направлении и закрыть брешь в линии фронта. Что касается предложенного варианта "большого решения", за который выступал В. Модель, предусматривавшего отступление группы армий «Север» на рубеж Рига – Даугавпилс – река Западная Двина, Гитлер в этом вопросе был непреклонен. Он ссылался на доклад адмирала К. Дёница, где тот доказывал, что отход войск будет означать катастрофу для немецкого военного флота. В течение следующих нескольких дней фронт группы армий «Центр» сместился на запад, в район Каунаса, реки Неман и Белостока. Помощь от группы армий «Север» не поступила.

Между реками Западная Двина и Великая 2-й Прибалтийский и правый фланг 3-го Прибалтийского фронта связали немецкую 16-ю армию серией тяжелых кровопролитных боев. Южнее Западной Двины, в районе Даугавпилса, войска 1-го Прибалтийского фронта взломали оборону немцев на двух участках. 12 июля генерал-полковник И. Фриснер, командующий группой армий «Север», проинформировал Гитлера, что он, как и прежде, выступает за нанесение удара в южном направлении, к участку фронта 3-й танковой армии, но считает, что, даже если это наступление состоится, оно не сможет обеспечить долговременный результат. Армии И.Х. Баграмяна все равно будут продолжать продвижение на запад. Более того, И. Фриснер уже не был уверен в том, что сможет обеспечить устойчивую оборону на участке собственного фронта южнее Острова. Он настаивал, что для спасения войск группы армий «Север» необходимо отвести армейскую группу «Нарва» в Ревель (Таллин), а оттуда морем – в Ригу, Лиепаю или Мемель (Клайпеду). 16-ю и 18-ю армии следует отвести на рубеж Рига – Каунас. В случае если Гитлер не предоставит ему свободы действий, И. Фриснер просил освободить его от командования.

У Гитлера, который резко отклонил предложение И. Фриснера, был другой план. Он намеревался перебросить на участок В. Моделя пять танковых дивизий, включая парашютно-танковую дивизию «Герман Геринг», сосредоточить их за Каунасом, а затем, бросив их в наступление, закрыть брешь между флангами групп армий. Начальник оперативного отдела ОКХ возражал, что сражение развивается стремительно и за то время, пока немцы смогут сосредоточить для удара танковые дивизии, конфигурация фронта изменится настолько, что запланированное наступление станет невозможным. 13 июля В. Модель сообщил в ставку, что намерен попытаться остановить советское наступление на рубеже Каунас – река Неман – Гродно – Брест, но для этого ему необходимо разрешение использовать свежие танковые дивизии. С учетом резервов, прибытие которых ожидалось 21 июля, в его распоряжении будет всего 16 полностью боеспособных дивизий. 14 июля на совещании в ставке фюрера в Растенбурге Гитлер снова изменил свое первоначальное решение. Теперь он ставил перед войсками В. Моделя двойную задачу: сначала они должны были остановить советское наступление, а затем создать наступательную группировку для нанесения удара на северном участке.

На третьей неделе июля 3-й танковой и 4-й армиям удалось закрепиться на рубеже Укмерге – район южнее Каунаса – участок вдоль реки Неман до района южнее Гродно. По мере того как 2-я армия отходила к Белостоку, ее численность росла за счет войск, отступавших с востока. Под наблюдением командования 9-й армии создавался рубеж прикрытия границы с Восточной Пруссией. Кроме того, создавались пункты сбора солдат, отставших от своих подразделений. Группа армий «Центр» начала накапливать силы. К этому времени советские части прошли без остановки более 300 км, далеко опередили свои тылы. Теперь они находились в глубине территории, где только что шли активные бои, и поэтому здесь были разрушены мосты и железнодорожные пути. Однако советское командование запланировало наступление в районе бреши, образовавшейся между флангами групп армий «Центр» и «Север». Стало понятно, что на Восточном фронте немцев ждет очередная крупная катастрофа.

В. Модель проинформировал ОКХ, что он не смог вовремя собрать силы для нанесения запланированного удара, который должен был остановить русские танки. Это придется сделать группе армий «Север», иначе ее войска испытают на себе все последствия советского наступления. В то время, группа армий «Север» осуществляла отвод своих войск на позицию «Литва», которая уже начинала трещать под ударами советских войск на тех участках, где им удавалось к ней выйти. 16 июля И. Фриснер проинформировал Гитлера, что только по счастливой случайности советские войска все еще не начали наступление на Ригу и не нанесли охватывающего удара во фланг группе армий. Он ничего не смог бы предпринять, чтобы помешать этому. И. Фриснер планировал перебросить на угрожаемый участок одну дивизию из района Нарвы, но переброска могла быть завершена только к 20 июля. Больше резервов у него не было. "С этого момента, – заключал командующий группой армий, – следует учитывать тот факт, что фронт может развалиться".

На совещании 18 июля, на котором присутствовали В. Модель и И. Фриснер, Гитлер приказал, чтобы боевые действия в районе бреши вели подвижные войска. Через четыре дня туда должны были быть переброшены две бригады штурмовых орудий. Кроме того, Г. Геринг обещал обеспечить активную поддержку крупными силами авиации. Со стороны командования групп армий требуется усилить эту группировку пехотными частями и несколькими батальонами танков и штурмовых орудий. Г. Геринг, который также присутствовал на совещании, продемонстрировав редкую для него смелость, заметил, что кому-то все же придется высказать вслух мысль о том, что единственным способом высвободить необходимые силы является отступление на рубеж по реке Двина. Гитлер согласился, что такой вариант был бы самым простым. Однако, добавил он, это будет означать также потерю латвийского масла, шведской железной руды и финского никеля. Поэтому задачей группы армий «Север» является удержание фронта любой ценой, "с использованием любых средств, даже если приходится прибегать к немыслимой импровизации". Предпринимая последнюю попытку отговорить Гитлера от этого решения, К. Цейцлер, начальника Генерального штаба сухопутных войск, привел свой самый важный аргумент, попросив фюрера принять свою отставку, сославшись на болезнь. Гитлер в ответ озвучил приказ, запрещающий офицерам добровольно оставлять свои посты.

5-я гвардейская советская танковая армия, имея во втором эшелоне 33-ю армию, нанесла удар по позициям немецкой 3-й танковой армии восточнее Каунаса и южнее города, вдоль реки Неман. Г. Рейнгардт просил разрешения отвести назад свой северный фланг на достаточное расстояние для того, чтобы организовать прочную оборону в районе Каунаса, В. Модель приказал армии оставаться на прежних позициях. В течение следующих трех дней 5-я танковая армия заняла несколько плацдармов на реке Неман, что значительно увеличило угрозу Каунасу. 2-я гвардейская армия продвигалась на запад к "балтийской бреши"; ее войска начали теснить фланг 3-й танковой армии на юг. К 22 июля фронт оборонявшейся на фланге дивизии, которая пыталась остановить наступавшие на ее участке шесть советских стрелковых дивизий, начал разваливаться. Разрыв в немецком фронте достиг примерно 55 км. В течение дня передовые части 2-й гвардейской армии достигли Паневежиса, находившегося в 60 км за линией обороны немецкой 3-й танковой армии. Боевой состав армии сократился до 13 850 человек, но В. Модель снова не разрешил. войскам отступать. В ответ на просьбу о резервах он заявил, что армия Г. Рейнгардта должна продержаться "на голодном пайке" еще два-три дня.

В то же время 16-я армия, которая 19 июля завершила свое отступление на рубеж «Литва», не смогла остановить советское наступление и на новых позициях. 22 июля И. Фриснер приказал войскам отступить еще на 8-15 км. Это означало потерю Пскова, который служил армии опорной позицией. В донесении Гитлеру он написал, что не видит другого способа сохранить сплошной фронт на участке армии. Немецким войскам не удастся удержаться и на новом рубеже, и его тоже придется оставить. Вскоре, продолжал И. Фриснер, группа армий потеряет рубеж между Псковским и Чудским озерами, и тогда отход за Западную Двину станет для всей группы армий «вопросом жизни и смерти».

20 июля в ставке фюрера было совершено покушение на Гитлера, после этого на должность начальника Генерального штаба был назначен Г. Гудериан, засвидетельствовавший свою лояльность Гитлеру и дистанцировавшийся от своих предшественников. После того как 22 июля И. Фриснер представил свой доклад об обстановке на его участке фронта, его дни на посту командующего группой армий «Север» были сочтены. На следующий день по распоряжению Г. Гудериана он уже сдавал командование Ф. Шернеру, в свою очередь принимая от того командование группой армий «Южная Украина». Г. Гудериан заявил В. Моделю, что верит в то, что Ф. Шернеру удастся "навести порядок" в группе армий «Север». Пришло время, продолжал он, укрепить дисциплину и среди офицеров группы армий «Северная Украина».

Рано утром 23 июля В. Модель, обеспокоенный развитием событий перед фронтом своих войск и на флангах, сделал предположение, что советское командование намерено нанести удар через Львов к реке Сан и через Люблин на Варшаву. Кроме того, противник планировал в районе Бреста окружить 2-ю армию, начать наступление на Восточную Пруссию с рубежа Белосток – Гродно через Каунас, а также ударом на левом фланге группы армий перейти в наступление на Мемель (Клайпеду) или Ригу через Шяуляй. В течение дня, по мере того как советские войска в районе между Вислой и Западным Бугом стремительно продвигались на север в направлении Седльце, основного узла шоссейных дорог между Варшавой и Брестом, опасение В. Моделя, особенно по поводу обстановки на южном фланге, переросло в чувство тревоги. К вечеру, так и не получив ответа на несколько своих донесений, В. Модель позвонил начальнику оперативного отдела ОКХ и заявил, что "нет смысла просто сидеть сложа руки в то время, как существует только одно решение, а именно отступление на рубеж Висла – Сан". Тот ответил, что согласен, но Г. Гудериан придерживается другого мнения. Позже начальник штаба группы армий побеседовал с Г. Гудерианом, который сразу же предложил создать в районе Седльце сильную танковую группу, при этом отказавшись даже вести речь о том, чтобы отвести войска на угрожаемых участках. "Мы должны наступать повсюду! – требовал он. – Дальнейшее отступление недопустимо".

Еще до наступления следующего дня Г. Гудериан подготовил директиву, которую направил Гитлеру на подпись. Группы армий «Север» и «Северная Украина» должны были прекратить отступление и начать наносить контрудары с целью закрыть разрывы в линии фронта. Группе армий «Центр» надлежало создать прочный фронт на рубеже Каунас – Белосток – Брест и сосредоточить мощные группировки на флангах. Эти группировки должны были нанести удары в северном и южном направлении для восстановления контакта с соседними группами армий. Было обещано, что все три группы армий получат подкрепления. Директива заканчивалась афоризмом: "Нападение – лучший вид защиты".

Механизированные колонны И.Х. Баграмяна прошли в брешь между группами армий «Центр» и «Север», миновав Шяуляй, повернули на север и прошли 80 км до Елгавы, тем самым отрезав группу армий «Север» от последней железнодорожной ветки. В отчаянной попытке замедлить советское наступление 3-я танковая армия бросила одну из танковых дивизий в контратаку в направлении на Паневежис. Гитлер планировал, что в контрударе примут участие войска еще двух дивизий, но эти соединения можно было взять только с участка фронта на Немане, где армия из последних сил пыталась удержать Каунас.

День 29 июля принес группе армий «Центр» новые поражения. Девять советских стрелковых дивизий и два гвардейских танковых корпуса нанесли удар на правом фланге полосы обороны 3-й танковой армии на реке Неман южнее Каунаса. Танковые войска К.К. Рокоссовского обошли Варшаву с севера и отрезали шоссейные и железные дороги, служившие коммуникациями между 9-й и 2-й армиями. Теперь они готовились нанести удар на Варшаву по сходящимся направлениям с юго-востока, востока и севера. 30 июля оборона на фланге 3-й танковой армии развалилась, и советские войска вышли к городу Мариямполе, в 30 км от границы с Восточной Пруссией. При желании они могли бы продолжить наступление.

Немецкий фронт между Мариямполе и Каунасом был дезорганизован. Две дивизии, занимавшие оборону в Каунасе и на укреплениях вокруг города времен Первой мировой войны, могли быть полностью уничтожены, если бы противник решил нанести удар с юга, с тыла. В. Модель сообщил Г. Рейнгардту, что командование группы армий не может дать разрешение на эвакуацию войск из города, и что будет бесполезно обращаться с подобной просьбой в ОКХ. Г. Рейнгардт в ответ заявил: "Что ж, хорошо. Если дела обстоят так, то я сам спасу своих солдат". Он приказал корпусу, оборонявшему Каунас, отступить к реке Нявежис, примерно в 15 км западнее города.

В тот же день советская 2-я танковая армия вышла в район примерно в 10 км от пригородов Варшавы и захватила населенный пункт Воломин, от которого до Варшавы оставалось около 13 км в юго-западном направлении. В нескольких районах города вспыхнула перестрелка. В треугольнике между реками Висла и Сан 1-я танковая армия ударила в тыл немецкой 4-й армии и стала развивать наступление на северо-запад, в направлении равнины, протянувшейся вдоль реки Висла по обе стороны от Баранува-Сандомерски. По приказу ОКХ в распоряжение немецкой 17-й армии было передано две с половиной дивизии, которые разворачивались перед южным флангом советской танковой армии и должны были закрыть брешь между немецкими 4-й и 1-й танковой армиями.

31 июля советские механизированные корпуса вышли к Рижскому заливу западнее Риги. В 60 км южнее Варшавы 8-я гвардейская армия захватила небольшой плацдарм в районе Магнушева. В районе Баранува-Сандомерски, на стыке 4-й и 17 армий, советская 1-я танковая армия начала форсировать Вислу. В тот день советское наступление в первый раз было приостановлено. Войска И.Х. Баграмяна не стали далее продвигаться в Прибалтике. Очевидно, нехватка горючего заставила наступавшие на Варшаву танковые соединения почти остановить дальнейшее продвижение.

В полночь 31 июля 1944 г. Гитлер обрисовал общее положение, в котором оказалась Германия. Было необходимо срочно стабилизировать фронт и, по возможности, выиграть одно или два сражения для того, чтобы восстановить авторитет Германии. В. Моделю удалось сохранить силы, и постепенно мощь его армий укреплялась. Советские армии, которые на некоторых участках прошли более 200 км, снова далеко оторвались от тыловых служб. Пик советского наступления миновал, но оно еще могло причинить немцам много неприятностей. 1 августа 3-я танковая армия, которая еще не оправилась после поражений в районе Каунаса и Мариямполе, перебрасывала войска с правой половины своего фронта на рубеж, который должен был обеспечивать оборону Восточной Пруссии. Войска 3-го Белорусского фронта, преследовавшие немцев, прорвали эти позиции, расположенные в непосредственной близости от территории Германии, на трех участках и заняли Вилкавишкис, в 15 км от немецкой границы. Командир ослабленного немецкого корпуса, оборонявшегося на этом участке, предупредил, что на следующий день русские могут быть в Восточной Пруссии.

Вечером 3 августа В. Модель направил Гитлеру одновременно оптимистичный и осторожный доклад. В нем говорилось, что группе армий «Центр» удалось создать сплошной фронт от района южнее Шяуляя до разграничительной линии с соседом справа, которая проходила по реке Висла в районе Пулавы, он был непрочным: 650 км фронта обороняли тридцать девять немецких дивизий и бригад. Им противостояла примерно одна треть всех сил русских на Восточном фронте. В. Модель предложил развернуть 19-ю танковую дивизию и танковую дивизию «Герман Геринг» за рекой Висла с целью блокировать Магнушевский плацдарм противника. Еще одну танковую дивизию следовало направить в район Тильзита для поддержки войск северного фланга группы армий «Север». Переброшенную из группы армий «Южная Украина» дивизию «Великая Германия» планировалось использовать для нанесения контрудара в районе Вилкавишкиса. Отведя правый фланг 4-й армии к реке Нарев, В. Модель рассчитывал высвободить две танковые дивизии. При удачном стечении обстоятельств, полагал он, все эти мероприятия могут быть выполнены к 15 августа. После этого можно будет собрать на северном фланге группировку в составе шести танковых дивизий и провести контрнаступление с целью восстановить контакт с группой армий «Север». 9 августа дивизия «Великая Германия» перешла в наступление южнее Вилкавишкиса, ей удалось захватить Вилкавишкис, хотя ей и не удалось полностью ликвидировать выступ к северу от города, прежде чем 10 августа она была переброшена на северный участок фронта.

В первую неделю августа наиболее важным вопросом на северном участке фронта было, успеет ли прибыть помощь до того, как группу армий «Север» постигнет окончательный разгром. 6 августа Ф. Шернер доложил Гитлеру, что сможет удержать фронт до тех пор, пока группа армий «Центр» не восстановит с ним контакт при условии, что "это не займет слишком много времени". Немецкие войска были измотаны, а советские части не давали им передышки, бросая в бой все новые и новые части, постоянно нащупывая слабые участки в растянутой линии фронта, проходившей через густые леса. Г. Гудериану Ф. Шернер заявил, что, если в самое ближайшее время не начнется наступление группы армий «Центр», единственным выходом будет отвести фронт на рубеж Рига – Шяуляй – Каунас. Но и это с каждым днем становилось все более проблематичным.

10 августа 3-й и 2-й Прибалтийские фронты после мощной авиационной и артиллерийской подготовки начали наступление на участке 18-й армии южнее Псковского озера и севернее Западной Двины. В первый же день немецкий фронт на обоих участках был прорван. 16 августа группа армий «Центр» начала операцию по спасению группы армий «Север». Два недоукомплектованных танковых корпуса нанесли стремительные удары из района Шяуляя на восток и на север. 3-й Белорусский фронт силами 5, 33 и 11-й гвардейской армий немедленно перешел в наступление на правом фланге немецкой 3-й танковой армии и снова освободил от немцев Вилкавишкис. На следующий день, когда наступление на северном фланге было еще в полном разгаре, войска И.Д. Черняховского стремительным броском вышли на границу с Восточной Пруссией в районе к северо-западу от Вилкавишкиса. К концу дня один из взводов вырвался вперед, пересек границу и тем самым впервые перенес боевые действия на территорию Германии. В течение следующих двух дней возникла непосредственная угроза прорыва советских войск через границу с Восточной Пруссией.

На крайнем северном фланге немецкой 3-й танковой армии две танковые бригады при поддержки огня артиллерии крейсера «Принц Ойген», который находился на рейде в Рижском заливе, 20 августа захватили Тукумс и восстановили контакт с группой армий «Север». По приказу ОКХ обе бригады в Риге немедленно погрузили на железнодорожные платформы и отправили в район Чудского озера. На следующий день 3-я танковая армия закрепилась на плацдарме от Тукумса на восток до балтийского побережья, откуда направила колонну автомашин с грузом для группы армий «Север». На границе с Восточной Пруссией немецкий фронт был слабым и начал прогибаться под ударами советских войск. Но к этому времени русские полностью сосредоточились на северном участке фронта и не делали попыток проникнуть на германскую территорию. Днем Г. Рейнгардт доложил Г. Гудериану, что расширение коридора и восстановление контроля над железной дорогой, ведущей через Елгаву к группе армий «Север», потребует слишком много времени. Он рекомендовал эвакуировать войека группы армий «Север». Г. Гудериан ответил, что лично он разделяет это мнение, но Гитлер не согласен с этим по политическим соображениям. Наступление продолжалось до 27 августа, когда Гитлер приказал передать группе армий «Север» танковую дивизию. В результате контакт с группой армий «Север» ограничился коридором вдоль побережья шириной 30 км. На какое-то время этого было достаточно. В последний день месяца 2-й и 3-й Прибалтийские фронты неожиданно для немцев перешли к обороне.

Таким образом, в ходе Белорусской операции, летом 1944 г. советские войска в июле-августе освободили небольшую часть Эстонской ССР, значительную часть Латвийской ССР и большую часть Литовской ССР, выйдя к началу сентября на линию: западнее Нарвы, Чудское озеро, Тарту, восточнее Валги, западнее Гулбене, Крустпилс, Бауска, Елгава, западнее Шяуляя, Расейняй. Стремясь стабилизировать фронт на прибалтийском направлении, немцы срочно возводили дополнительные оборонительные рубежи и сооружения, усиливали свои войска. Наиболее сильная группировка противника, включавшая пять танковых дивизий, находилась в районе Риги. Сильную оборону противник создал и на нарвском направлении, особенно между Финским заливом и Чудским озером – три оборонительные полосы общей глубиной 25-30 км. Первая позиция имела две-три траншеи с развитой сетью ходов сообщения. Впереди рубежа – проволочные заграждения и минные поля. Вторая позиция – в 2-4 км от первой, а третья – на таком же расстоянии от второй. Позиции состояли из одной или двух траншей. В 5-10 км позади главной полосы готовилась еще одна – тыловая полоса.

Полное освобождение Прибалтики произошло в ходе Прибалтийская наступательной операции советских войск, проведённой с 14 сентября по 24 ноября 1944 года. Замысел советского Верховного Главнокомандования заключался в нанесении мощных ударов по сходящимся направлениям на Ригу силами 1-го, 2-го и 3-го Прибалтийских фронтов и силами Ленинградского фронта совместно с Балтийским флотом на таллинском направлении с целью расчленить оборону противника, окружить и уничтожить его группировки по частям и полностью освободить Прибалтику. Ленинградскому фронту приказывалось нанести удар из района Тарту в направлении Раквере и, выйдя главными силами в тыл нарвской группировки противника, окружить и уничтожить ее. В последующем развивать наступление на Таллин, освободить столицу Эстонии и выйти на восточное побережье Балтийского моря. Главный удар трех Прибалтийских фронтов был нацелен на столицу Латвии Ригу – важнейший политико-административный и промышленный центр, узел пересечения сухопутных и морских коммуникаций. По своему размаху Прибалтийская наступательная операция представляла собой одну из крупнейших стратегических операций осени 1944 года, ибо на 500-км фронте развертывались 12 армий, что составляло почти 3/4 сил четырех советских фронтов.




события         архив         воспоминания         творческие работы         тесты по ЕГЭ         блог