Три штурма Сталинграда


"Гитлер был намерен любой ценой к 25 августа захватить
Сталинград... Борьба за Сталинград по своим масштабам,
по своему ожесточению не знает себе равных в истории…"

Из газеты "Красная Звезда"

В штабе командующего 62-q армией генерал-лейтенанта В.И. Чуйкова (второй слева). Слева от него с карандашjм в руке начальник штаба армии генерал-майор Н.И. Крылов. За столом сидит член Военного совета армии генерал-лейтенант К.А Гуров. Справа командир 13-й гвардейской стрелковой дивизии генерал-майор А.И. Родимцев. В жизни Родимцев и Чуйков друг друга терпеть не могли, но на постановочном фото выглядят дружелюбными

Сталинградская битва – это было крупное и безусловное поражение немцев в тот период, когда они еще были достаточно сильны. Когда еще союзники не высадились на континенте, когда их бомбардировщики еще не подвергали интенсивному воздействию германскую промышленность, заводы синтетического горючего и румынские нефтепромыслы. Однако именно в этот период целая фашистская армия была полностью уничтожена.

Крупные «котлы» страшны тем, что в них под удар попадают те, кто в обычных условиях никогда бы не оказался лицом к лицу с противником. Тыловые подразделения, связисты, кашевары, ездовые и водители автомашин – все они перемалываются в окружении или попадают в плен. Именно этим объясняются большие цифры потерь в ходе сражений на окружение. В позиционном сражении, несмотря на всю его кровавость, машина войны исправно работает: раненых вывозят в тыл, кашевары, ездовые и артиллеристы занимаются своим делом, а не с винтовками в руках отбиваются от наседающего со всех сторон противника. Сталинград в этом отношении дает более чем показательную картину.

Безвозвратные потери вермахта на Восточном фронте, по данным немецкого историка Оверманска, в январе 1943 г. составили 180 310 человек. Это был максимум потерь не только за весь предыдущий период войны, но и за богатый на кровопролитные сражения 1943 г. Даже в страшных для немцев июне и июле 1944 г. рекорд Сталинграда не был достигнут. В эти месяцы безвозвратные потери составили 142 079 и 169 881 человек соответственно. Только в августе 1944 г. этот рекорд был побит – потери немцев составили 277 465 человек.

Подбитый танк КВ из 133-й танковой бригады на улице Сталинграда

С оперативной точки зрения Сталинградскую битву можно условно разделить на три больших периода. Первый – это маневренное сражение на дальних подступах к городу. Он охватывает промежуток времени примерно от середины июля до конца августа 1942 г. Второй период – это бои за город и контрудары Сталинградского фронта по флангу 6-й армии. Данный период самый продолжительный и занимает временной интервал от конца августа до 19 ноября 1942 г. Однако следует отметить, что интенсивность боевых действий в этот период постепенно снижалась. Наконец, третий период – это окружение армии Паулюса, отражение попытки Манштейна ее деблокировать и уничтожение окруженных войск в ходе операции «Кольцо». Последний период простирается от 19 ноября 1942 г. до 2 февраля 1943 г.

В течение всего периода с июля по октябрь 1942 г. Юго-Западное направление было страшной, чудовищной головной болью для Ставки ВГК. Оно безостановочно поглощало резервы, причем не на достижение каких-то позитивных целей, а на сохранение ситуации в положении неустойчивого равновесия. За этот период Юго-Западное направление поглотило 72 стрелковых дивизии, или 69% их общего количества, направленного Ставкой на различные участки фронта («Великая Отечественная война 1941-1945 гг. Кампании и стратегические операции в цифрах», т. 1, М.: Объединенная редакция МВД России, 2010, с. 378). Сюда же, под Сталинград и на Кавказ, отправились 63% танковых бригад.

Вместе с тем не следует думать, что германское командование не вводило резервы и рассеивало тучи «монголов» исключительно имевшимися к началу операции силами. Паулюс смог постоянно подпитывать сражение за Сталинград свежими силами за счет высвобождения соединений с фронта на Дону. Их можно было высвобождать только за счет их замены на союзников Германии. Соответственно 2-я венгерская армия на 31 июля насчитывала 206 тыс. человек и заняла фронт 190 км, а 8-я итальянская армия насчитывала на 9 сентября 226 тыс. человек и заняла фронт шириной 270 км. Все это позволило поддерживать ударные возможности немецких войск в самом Сталинграде и на обороне «наземного моста» (немецкие позиции на перешейке между Доном и Волгой). Позднее к венграм и итальянцам присоединилась 3-я румынская армия.

Схема первого штурма Сталинграда

Паулюс с самого начала сделал правильный прогноз относительно следующих шагов советского командования. Атаки против узкого «наземного моста» между Волгой и Доном были предсказаны Паулюсом еще до появления в районе Сталинграда очередных советских резервных армий. Более того, вполне определенная расстановка сил была произведена командующим 6-й армией даже до поступления данных разведки о появлении в районе Сталинграда трех новых танковых корпусов. На необходимость защиты северного фланга наступающей на город ударной группировки указывалось еще в приказе штаба 6-й немецкой армии от 19 августа 1942 г. Поэтому, в отличие от других сражений за крепость под ударом извне, Паулюс сразу расставил силы пропорционально задачам.

Перераспределение сил шло не по количеству соединений, а по их качественному составу – числу и состоянию пехотных или мотопехотных батальонов. Лучшие дивизии встали фронтом на север отражать удары танковых корпусов и стрелковых дивизий резервных армий. Дивизии похуже пошли штурмовать Сталинград.

В свою очередь советское командование стягивало в 62-ю армию соединения из тех же источников – фронта на Дону (37-я и 39-я гвардейские стрелковые дивизии), из числа атакующих «наземный мост» (308-я стрелковая дивизия), из 64-й армии на затихшей линии соприкосновения с войсками Гота (138-я стрелковая дивизия). Симметричные перемещения войск не давали немцам возможности добиться решительного результата в штурме города. Несмотря на то, что бои в Сталинграде имели вид (если использовать формулировку приказа Гитлера) «наступательных действий местного характера», они оказывали влияние на общую обстановку за счет поглощения резервов группы армий «Б». В первую очередь это касалось подвижных соединений. В позиционных боях увязли три танковые (14, 16 и 24-я) дивизии, две моторизованные дивизии (3-я и 60-я). Тем самым оборонительные возможности группы армий «Б» были существенно снижены, что заложило фундамент грядущей катастрофы.

Однако позиционное сражение к северу от Сталинграда было, прямо скажем, дорогой платой за удержание города. Нельзя не согласиться с авторами «Сборника материалов по изучению опыта войны», вышедшего весной 1943 г., которые характеризовали результат операций следующим образом: «Этот оперативный, в конечном счете, успех был достигнут ценой большой крови». (Сборник материалов по изучению опыта войны. Выпуск № 6. Апрель – май 1943 г. М., Воениздат, 1943, с. 33).

Немецкая пехота в готовности к атаке в районе СТЗ (тракторный завод)

События шли по кругу. Танковые корпуса атаковали, пехота залегала и не шла за танками, их перемалывали в глубине обороны. Последующие атаки пехоты уже без танков приводили к большим потерям и утрате наступательных возможностей армий. Если в 1941 г. иногда еще получалось утюжить оборону немцев силами оторвавшихся от пехоты Т-34 и KB, то в 1942 г. у противника появились более чем эффективные средства противодействия. В докладе, написанном по итогам сентябрьских боев под Сталинградом, командир 7-го танкового корпуса указывал: «Положение на поле боя изменилось». В качестве причины изменения ситуации на поле боя Ротмистров указывал появление у немцев «нового противотанкового орудия, производимого заводом Reinmetale»: 75-мм ПАК-40. Еще одной причиной неудач советских контрнаступлений было серьезное отставание Красной Армии от вермахта в использовании тяжелой артиллерии.

Средством уничтожения противотанковых средств противника мог стать удар пехоты, но с пехотной тактикой в Красной армии в 1942 г. были большие проблемы. Отсутствовала практика наступления штурмовыми группами. В качестве причин неудач сентябрьского наступления 1-й гв. армии офицерами ГШ КА в войсках указывалось: «Пехота огня из личного оружия не ведет». Соответственно не подавленные артиллерией и танками пулеметы противника сдерживали наступление пехоты, прижимали ее к земле и делали легкой жертвой для Люфтваффе. Несоблюдение элементарных правил поведения на поле боя приводило к быстрой потере боеспособности соединений вследствие потерь: «Наступление ведется скученно, перебежки и переползания не применяются, отчего пехота и несет большие потери».

С теми же проблемами столкнулся в самом Сталинграде командующий 62-й армией генерал Чуйков В.И., когда попытался вводом в бой 13-й гвардейской, 95-й и 284-й стрелковых дивизий переломить ситуацию в Сталинграде в свою пользу. Позднее Чуйков указывал в своих приказах приемы штурмовых действий. Так, в приказе на наступление 27 сентября он писал: «Наступление организовать преимущественно мелкими группами с ручными пулеметами, ручными гранатами, бутылками КС («коктейль Молотова») и ПТР. Полковую и батальонную артиллерию использовать поорудийно для поддержки блокирующих групп, ведя огонь прямой наводкой в окна, амбразуры и чердаки строений».

Перед нами вполне очевидный акцент на оружие пехоты, а также на полковую и батальонную артиллерию 45-мм и 7б-мм калибра. Точно так же Чуйков пришел к идее отрядов закрепления. В приказе на контрудар 2 октября командующий 62-й армией писал: «Наступление пехоты организовать отборными группами и отрядами, вооружив их автоматами, ручными гранатами, бутылками КС и ружьями ПТР. Позади этих групп и отрядов иметь закрепляющие эшелоны с задачей прочного закрепления захваченных районов, приведение захваченных зданий в оборонительное состояние, не допуская отхода наших назад». Одним словом, Чуйков дает рекомендации, во многом перекликающиеся с указаниями Жукова Г.К., выработанными по опыту позиционных боев на Западном фронте.

Чаще всего описание сражения непосредственно за Сталинград начинают с 13 сентября. Однако в начале сентября происходили события, непосредственно влиявшие на штурм города. Оборона Сталинграда – это один из типичных примеров защиты крепости не только силами защитников, но и интенсивным воздействием извне. Поэтому уже в начале сентября развернулись бои как на ближних подступах к городу, так и на фронте к северо-западу от Сталинграда. Более того, облик сражения за город во многом был определен присутствием так называемой «северной группы» войск Сталинградского фронта. Ее присутствие и воздействие диктовало не только распределение сил 6-й армии, но и направления ударов при штурме Сталинграда.

Вечером 3 сентября Сталин И.В. посылает Жукову Г.К. распоряжение: «Положение со Сталинградом ухудшилось. Противник находится в трех верстах от Сталинграда. Сталинград могут взять сегодня или завтра, если северная группа войск не окажет немедленной помощи. Потребуйте от командующих войсками, стоящих к северу и северо-западу от Сталинграда, немедленно ударить по противнику и прийти на помощь сталинградцам. Недопустимо никакое промедление. Промедление теперь равносильно преступлению. Всю авиацию бросьте на помощь Сталинграду. В самом Сталинграде авиации осталось очень мало…»

Утром 4 сентября 1-я гв. армия уже была в готовности к новому наступлению. Однако в 6.00 на нее обрушилась контрподготовка противника. Она вообще станет одним из основных приёмов оборонявшихся к северу от Сталинграда немецких соединений. В 6.30 немецкая контрподготовка была дополнена авиаударом. Налет продолжался в течение полутора часов. Пехота 116-й стрелковой дивизии под сильным огнем противника залегла. Соответственно 7-й танковый корпус лишился пехотной поддержки. Предыдущие неудачи советских контрударов сами по себе создавали почву для создания противником устойчивой обороны. Оставшиеся на поле боя подбитые танки (в том числе танки 4-го танкового корпуса, действовавшего в этом же районе 26-27 августа) были превращены немцами в огневые точки. Броня подбитых танков позволяла оборонявшимся немецким пехотинцам выживать при артобстреле. Затем подбитые танки становились импровизированными ДОТами. Засевшие в них немецкие солдаты обрушивали на наступающих град свинца.

Из доклада 12 сентября Жукова Г.К. и Маленкова Г.М. Сталину: «Начатое наступление 1, 24 и 66 армий мы не прекращаем, и проводим его настойчиво… Соединение со сталинградцами не удалось осуществить потому, что мы оказались слабее противника в артиллерийском отношении и в отношении авиации. Наша 1 гв. армия, начавшая наступление первой, не имела ни одного артиллерийского полка усиления, ни одного полка ПТО, ни ПВО. Обстановка под Сталинградом заставила нас ввести в дело 24 и 66 армии, не ожидая их полного сосредоточения и подхода артиллерии усиления. Стрелковые дивизии вступали в бой прямо с пятидесятикилометрового марша. Такое вступление в бой армий по частям и без средств усиления не дало нам возможности прорвать оборону противника и соединиться со сталинградцами, но зато наш быстрый удар заставил противника повернуть от Сталинграда его главные силы против нашей группировки, чем облегчилось положение Сталинграда, который без этого удара был бы взят противником…»

Несмотря на то, что сражение под Сталинградом ассоциируется преимущественно с уличными боями, в нем огромную роль сыграли танковые части и соединения. Открытая местность благоприятствовала применению танков, и они активно использовались во всех фазах сражения. Так, в составе Сталинградского и Юго-Восточного фронтов на 1 сентября 1942 г. было восемь танковых корпусов. На ту же дату в составе Брянского фронта был один танковый корпус, Воронежского фронта – четыре, в составе фронтов на Кавказе – один. Такое же количество танковых корпусов (восемь) было только в составе Западного фронта на важнейшем, московском направлении. Всего же в действующей армии на тот момент имелся двадцать один танковый корпус. Сталинград и московское направление притянули к себе 80% самостоятельных танковых соединений Красной Армии.

Защитники Сталинграда своей упорной борьбой на его улицах сначала оттягивали, а затем сделали вовсе бессмысленной наступательную операцию 6-й немецкой армии, которая могла привести к окружению главных сил 1-й гвардейской и 24-й армии и катастрофе, сравнимой с поражением Крымского фронта в мае 1942 г. Условием начала операции было очищение Сталинграда от советских войск. При этом надо отметить, что пропускная способность волжских переправ лимитировала численность защитников города, которых можно было бы эффективно снабжать. Следующим этапом борьбы за город на Волге стал постепенный ввод на улицы Сталинграда соединений с периферии сражения.

Первый штурм города 13-26 сентября 1942 г.

Несмотря на столкновение с советскими резервами после прорыва XIV танкового корпуса к Волге, немецкое командование поначалу весьма оптимистично оценивало перспективы штурма Сталинграда. Немецкое командование рассчитывало провести штурм города за 10 дней. Первый штурм Сталинграда начался в 4.45 берлинского времени 13 сентября. Главный удар наносился LI армейским корпусом 6-й армии в составе 71, 295 и 389-й пехотных дивизий. Удар немцев был нацелен непосредственно в центр Сталинграда.

На следующий день немецкое наступление упредило советский контрудар локального значения. Непосредственно на пути немецкой ударной группировки находилась 112-я стрелковая дивизия, одна из самых слабых в 62-й советской армии. Немецкая разведка работала неплохо, и выбор участка прорыва нельзя назвать случайным. В итоге, немцы пробились к вокзалу.

Наступавшая в центре ударной группировки LI армейского корпуса 295-я пехотная дивизия также успешно пробилась к Волге и Мамаеву кургану. 518-й и 516-й пехотные полки, не встречая серьезного сопротивления, к 12.15 достигли железной дороги севернее вокзала. 518-й пехотный полк, продвигаясь далее на восток, к 15.00 достиг Волги, а 51б-й пехотный полк достиг юго-западного склона Мамаева кургана. 15 сентября, обороняющиеся потеряли еще несколько ключевых пунктов. Немецкая 295-я пехотная дивизия двумя своими полками около 12.00 заняла высоту 102,0 (Мамаев курган). Также в результате наступления 48-го танкового корпуса было занято Купоросное. 62-я армия была разъединена с 64-й армией.

Восстановить положение можно было за счет ввода в бой резервов. Первым таким резервом стала 13-я гв. стрелковая дивизия генерал-майора Родимцева А.И. (около 10 тыс. человек). 15 сентября части Родимцева вели бой за вокзал. На следующий день часть сил дивизии сражалась в районе Мамаева кургана. Однако в непрерывных трехдневных тяжелых боях 13-я гв. стрелковая дивизия понесла большие потери. Уже 17 сентября Чуйков В.И. докладывал командующему фронтом, что имевшиеся резервы исчерпаны и необходимо срочное усиление состава армии новыми частями. Только так, по мнению командующего 62-й армией, можно было предотвратить полное истощение дивизии Родимцева А.И. Следующим введенным в бой резервом стала 137-я танковая бригада.

Но постепенным подливанием немногочисленных резервов переломить ситуацию в свою пользу было невозможно. К тому моменту у командования фронта созрело решение нанести мощный контрудар во фланг группировки противника, вклинившейся к вокзалу и Мамаеву кургану. Для проведения запланированной операции в состав 62-й армии с 18.00 18 сентября передавалась свежая 95-я стрелковая дивизия. Её части успешно атаковали немцев и к концу 19 сентября Мамаев курган оставался в руках советских войск. Однако немцы в районе Мамаева кургана усилили свою оборону. 20 и 21 сентября наше контрнаступление было продолжено, но решительного успеха советские части добиться не смогли, а противник сумел прорваться к центральной пристани.

В многочисленных атаках на Мамаев курган и городские кварталы 95-я стрелковая дивизия понесла большие потери. Согласно отчету штаба соединения, с 19 по 25 сентября части дивизии потеряли убитыми и ранеными 5186 человек. Однако в руках Чуйкова еще оставалась 284-я стрелковая дивизия, находившаяся в хорошей форме и способная заметно повлиять на обстановку. Еще более сильным аргументом была свежая 193-я стрелковая дивизия.

26 сентября стал первым днем, когда 62-я армия не наступала. Вечером Чуйков вновь ставит 95-й, 284-й, 13-й гвардейской стрелковым дивизиям и 137-й танковой бригаде наступательные задачи. Скорее всего, это было связано с прибытием новой дивизии. У противника на этот счет были своим планы: на 27 сентября был назначен новый штурм города…

Второй штурм города 27 сентября – 7 октября 1942 г.

Утром 27 сентября противники встали друг перед другом в готовности к наступлению. Переход инициативы из рук в руки был стремительным и сопровождался тяжелыми для 62-й армии последствиями. Согласно отданным накануне вечером распоряжениям командования, в 5.00 началась артиллерийская подготовка, к которой привлекалась артиллерия соединений 23-го танкового корпуса. В 6.00 в наступление пошли части 137-й танковой бригады и 2б9-го стрелкового полка НКВД. Однако в тот же час началась немецкая артиллерийская подготовка по переднему краю. Одновременно немецкая авиация обрушилась на артиллерийские позиции. В 8.00 перешли в атаку танки 24-й танковой дивизии.

Главный удар пришелся по позициям 9-й и 38-й стрелковых бригад. Вскоре немецкие танки прорвали оборону 38-й мотострелковой бригады. Проложив себе путь через позиции мотострелков, часть танков повернула на юг и вышла с фланга и тыла на позиции минометов и ПТО 9-й мотострелковой бригады. Стремительно атакованные минометные позиции были быстро раздавлены.

Оставшаяся без минометов и противотанковых средств оборона бригады затем была добита фронтальным ударом. Передовые роты 9-й мотострелковой бригады были отрезаны, и из их числа никто не вернулся. Остатки бригады отошли к силикатному заводу. Взломав оборону, немецкие танки с мотопехотой также вышли в тыл оборонявшейся севернее 189-й танковой бригады. Под угрозой полного уничтожения бригада отошла к поселкам Красный Октябрь и Баррикады. Объясняется этот успех достаточно просто: немцы прокладывали себе дорогу ураганным огнем артиллерии.

Главным козырем Чуйкова в это время являлась 193-ястрелковая дивизия, двумя полками переправившаяся на правый берег. Нельзя не отметить, что 28 сентября произошел перелом в стратегии ведения обороны города со стороны Чуйкова В.И. Это вообще был важный день в Сталинградской битве. Именно 28 сентября произошло разделение на Донской и Сталинградский фронты. Теперь наступательные задачи отходили к Рокоссовскому К.К. (командующий Донским фронтом). Естественным образом оборонительные задачи остались в руках Еременко А.И. (командующий Сталинградским фронтом). От энергичного вбрасывания в бой резервов с постановкой им задач на достижение решительного результата Чуйков В.И. перешел к стратегии упорного сопротивления. Теперь командарм ставил войскам преимущественно оборонительные задачи. Перегруппировка войск внутри 62-й армии также преследовала цель упрочнения обороны.

В 8.00 29 сентября немецкие войска перешли в наступление сразу на двух направлениях. LI корпус атаковал в направлении Орловки с юго-запада, XIV танковый корпус – с северо-востока. В районе Орловки участок фронта длительное время оставался пассивным. Объектом атаки здесь стала 115-я стрелковая бригада. На следующий день немцы захватили Орловку. В результате боев 4 октября, в связи с обходом противника на участке 282-го стрелкового полка, 115-я стрелковая бригада и 2-я мотострелковая бригада оказались в окружении в районе северо-западнее и юго-восточнее Орловки. К 8.00 8 октября остатки этой группы в количестве 220 человек вышли из окружения. Единственный проходивший по открытой местности участок обороны 62-й армии был потерян. Линия фронта теперь полностью пролегала по улицам города…

Третий штурм города 14-19 октября 1942 г.

Важным преимуществом немцев в уличных боях за Сталинград была возможность выбирать место и направление удара. Для очередного штурма было решено ударить по неатакованному до этого участку фронта – северному флангу 62-й армии, району завода СТЗ. Как это уже имело место ранее, новое наступление проводилось за счет вливания в ударную группировку свежих сил. Паулюс изъял 305-ю пехотную дивизию из состава VIII армейского корпуса и подчинил ее штурмующему Сталинград LI армейскому корпусу. К наступлению также привлекались 14-я и 24-я танковые дивизии.

После сильного удара немцев 27 сентября – 7 октября командующий 62-й армией генерал Чуйков В.И. сделал несколько выпадов с целью восстановления позиций. Нельзя сказать, что Чуйков недооценивал опасность, грозившую заводам. Еще 8 октября он перегруппировал в район СТЗ 95-ю стрелковую дивизию, уплотнив боевые порядки 37-й гв. стрелковой дивизии. В район СТЗ также была перегруппирована 112-я стрелковая дивизия.

Утром 14 октября, после интенсивной артиллерийской и авиационной подготовки, немецкая ударная группировка перешла в наступление в направлении СТЗ. К обеду был взят юго-западный сектор большого тракторного завода. В центре западного сектора удалось после обеда сделать прорыв. Под главный удар немцев попали части 37-й гвардейской, 95-й, 112-й стрелковых дивизий. К исходу дня СТЗ был в руках немцев. Кроме того, в районе СТЗ противник вышел к Волге. Это позволяло развивать наступление вдоль реки в тыл обороняющимся между Мамаевым курганом и заводами войскам 62-й армии.

Однако успех уже первого дня наступления довольно дорого обошелся немцам. Первый день боев в Сталинграде принес 305-й пехотной дивизии тяжелые потери. За 14 октября соединением было потеряно 89 человек убитыми и 283 ранеными и 15 пропавшими без вести. Чувствительные потери понесла также 14-я танковая дивизия – 33 человека убитыми, 105 ранеными и 2 пропавшими без вести.

Обстановка 15 октября накалилась до предела. Ударом из района Латашанка немцам удалось прорваться к устью реки Мокрая Мечетка и тем самым отрезать от переправ северную группу 62-й армии. В окружении оказались 124, 115 и 149-я стрелковые бригады, 2-я мотострелковая бригада, а также части 112-й стрелковой дивизии. Отрезанную группу возглавил командир 124-й стрелковой бригады полковник Горохов С.Ф. По имени своего командира она получила полуофициальное наименование «группа Горохова».

Проломив фронт, наступающие немецкие части передовыми отрядами стали выходить в тыл 308-й стрелковой дивизии и на КП Чуйкова. Охрана штаба 62-й армии вступила в бой в 300 метрах от КП. Состояние 95-й и 37-й гвардейской стрелковых дивизий в журнале боевых действий 62-й армии 15 октября определялось как «полностью утратили свою боеспособность». Чуйков ввёл в бой 138-ю стрелковую дивизию из состава 64-й армии. Прорвавшись на территорию заводов, немцы далее занялись постепенным захватом городских кварталов.

Все время октябрьских боев в Сталинграде Донской фронт пытался пробиться в город с севера. Однако, так же как и сентябрьские наступления Сталинградского фронта, в том числе эпическое сражение 18 сентября 1942 г., удары войск Рокоссовского К.К. успеха не имели.

Лето и осень 1942 г. стали временем постепенного формирования новой тактики пехоты Красной Армии, все в большей степени включавшей в себя элементы штурмовых действий. Повсеместное внедрение тактики штурмовых групп в сочетании с совершенствованием тактики танковых войск позволило решать задачи, которые были просто не по силам дивизиям образца 1942 г. При этом в 1944-1945 гг. сложные задачи по взлому обороны противника решали дивизии в сильном некомплекте, значительно отстававшие от дивизий резервных армий по численности личного состава.


По материалам книги А. Исаев "Мифы и правда о Сталинграде",
М., "Эксмо", "Яуза", 2013, с. 164-278.



возврат назад Обновить страницу


события         архив         воспоминания         творческие работы         тесты по ЕГЭ         блог