Наступление в Северной Африке, операция «Факел»


"Шел фон Роммель на войну
В африканскую страну…
В знойной Ливии и Триполи
Генералу снова всыпали.
Отступает он пешком,
Подгоняемый штыком."

С. Маршак

Карта военных действий союзников в Северной Африке

После вступления Соединенных Штатов в войну появилась возможность согласовать военно-политические планы всех трех великих держав антифашистской коалиции. В декабре 1941 г. Черчилль отправился в США, чтобы согласовать с Рузвельтом англо-американские планы ведения войны. Открытие второго фронта в Европе, которого добивался Советский Союз, они не предусматривали. Вместо этого намечалось организовать высадку англо-американских войск во французских владениях в Северной Африке, которые контролировались властями Виши, и где не было немецких и итальянских войск. Такая операция не могла отвлечь значительные силы с решающего советско-германского фронта, но она была гораздо более простой с военной точки зрения, обеспечивала союзникам господство в Средиземном море, могла вывести Италию из войны и открыть путь для вторжения на Балканы. Подготовив свои планы без участия СССР. Англия и США продолжили переговоры с Советским Союзом, который настойчиво требовал создания второго фронта в Европе. Эти требования разделяли широкие слои населения в Англии и США; их справедливость признавал и Рузвельт. 3 апреля 1942 г. он откровенно писал Черчиллю: "Ваш народ и мой требуют создания фронта для того, чтобы ослабить давление на русских, и эти народы достаточно осведомлены, чтобы видеть, что русские сегодня убивают больше немцев и разрушают больше оборудования, чем мы с вами, вместе взятые".

Чтобы установить более тесный контакт с советским правительством, Черчилль и Рузвельт пригласили Молотова посетить Лондон и Вашингтон. В целях конспирации на время поездки Молотова именовали "мистер Браун". Вечером 19 мая 1942 г. Молотов отправился в дальнее и опасное путешествие протяженностью в 20 тыс. км. Ему предстояло пересечь линию фронта, пролететь над странами, оккупированными Германией, и над Атлантическим океаном, обогнуть почти половину земного шара и достичь США. Молотов летел на одном из немногих советских четырехмоторных дальних бомбардировщиков конструкции Петлякова (Пе-8), которые могли подниматься на большую высоту, где приходилось пользоваться кислородными масками, тогда еще очень несовершенными и неудобными. Черчилль ответил, что "второй фронт в Западной Европе будет создан как только появятся соответствующие условия для вторжения". Английское правительство согласилось заключить договор о послевоенном сотрудничестве с СССР, но отказалось включить в него какие-либо конкретные упоминания о будущих границах СССР. Молотов намеревался вновь отложить подписание договора, но Сталин, неожиданно для Молотова, распорядился принять проект, предложенный Англией. "Там нет вопроса о безопасности границ, но это, пожалуй, неплохо, так как у нас остаются руки свободными, – телеграфировал он Молотову. – Вопрос о границах, или скорее о гарантиях безопасности наших границ на том или ином участке нашей страны, будем решать силой".

26 мая 1942 г. Иден и Молотов подписали англо-советский договор "о союзе в войне против гитлеровской Германии и ее сообщников в Европе и о сотрудничестве и взаимной помощи после войны". Договор подтверждал соглашение о совместных действиях в войне против Германии от 12 июля 1941 г. и предусматривал совместные действия в послевоенный период, в том числе оказание взаимной помощи, если одна из сторон снова окажется вовлеченной в войну с Германией или связанными с ней государствами. СССР и Великобритания согласились сотрудничать в деле организации безопасности и экономического процветания Европы; не заключать никаких союзов и не принимать участия ни в каких коалициях, направленных против другой стороны. Срок действия договора устанавливался в 20 лет.

Затем Молотов отправился в Вашингтон на встречу с Рузвельтом и другими американскими руководителями. После переговоров с ними Советский Союз и США 11 июня 1942 г. заключили соглашение "о принципах, применимых к взаимной помощи в ведении войны против агрессии". СССР и США обязались "содействовать обороне друг друга и взаимно предоставлять для этого материалы, обслуживание и информацию". Советское правительство обещало по окончании войны вернуть США те из поставленных в Советский Союз оборонных материалов, которые окажутся не уничтоженными, утраченными или употребленными и могут пригодиться для обороны США. При окончательном расчете после войны Соединенные Штаты должны были учесть все имущество, информацию и другие выгоды, которые они получили от Советского Союза. Предусматривалась возможность согласованных действий Советского Союза и США в послевоенный период с целью развития взаимовыгодных экономических отношений в духе Атлантической хартии. Неофициально Рузвельт предложил создать после войны "международную полицейскую силу из трех-четырех держав; СССР, США, Великобритании и Китая", и Сталин ответил, что "Рузвельт совершенно прав".

Подписанием договора с Англией и соглашения с США завершилось юридическое оформление союза трех великих держав; СССР, Великобритании и США. Уступая настояниям Советского Союза и давлению общественного мнения, правительства Англии и США подписали аналогичные по содержанию англо-советское и советско-американское коммюнике, где говорилось, что в результате переговоров с Молотовым между СССР, Великобританией и США "достигнута полная договоренность в отношении неотложных задач создания второго фронта в Европе в 1942 г.". Английское правительство сопроводило коммюнике конфиденциальной оговоркой, где заявило: "Заранее невозможно сказать, будет ли положение таким, что станет возможно осуществить эту операцию, когда наступит указанный срок", а правительство США добилось от СССР согласия на сокращения примерно на 40% поставок по ленд-лизу с тем, чтобы использовать освободившиеся ресурсы для организации второго фронта. Через неделю после публикации коммюнике о втором фронте Черчилль убедил Рузвельта отложить создание второго фронта в Европе. Черчилль и Рузвельт решили вернуться к прежнему плану: высадить в 1942 г. англо-американские войска во Французской Северной Африке.

Одновременно с наступлением на советско-германском фронте итало-немецкие войска под командованием генерала Роммеля в мае 1942 г. возобновили наступление на Египет с целью захвата важнейшей английской военно-морской базы Александрии и Суэцкого канала. Сравнительно небольшой по численности группировке Роммеля, состоявшей из четырех немецких и восьми итальянских дивизий, удалось продвинуться на 300 км и в июне 1942 г. достичь местечка Эль-Аламейн в 70 км к западу от Александрии. В связи с наступлением Роммеля обострилась борьба за морские коммуникации в Средиземном море. С весны 1942 г. развернулись морские и воздушные сражения вокруг острова Мальта – стратегически важной английской военной базы в центре Средиземноморья. Находясь между Италией и Северной Африкой, на пересечении главных путей через Средиземное море, Мальта обеспечивала англичанам возможность проведения конвоев из Гибралтара до Александрии. Пытаясь разорвать английские коммуникации, немецкая авиация в течение нескольких месяцев подвергала Мальту ожесточенным бомбардировкам, но не смогла сломить ее защитников. Поскольку главные силы Германии в это время были прикованы к советско-германскому фронту, немецкое командование не могло выделить достаточных сил для захвата Мальты, а Роммель, прозванный за успешные боевые действия в пустынях Египта и Ливии "Лис пустыни" и удостоенный звания фельдмаршала, не получил достаточных подкреплений, чтобы достичь Александрии.

В Атлантике Германия стремилась прервать движение конвоев между Англией, США и СССР. Так как основные силы немецкой авиации находились на советско-германском фронте, а надводный флот Германии далеко уступал флотам Англии и США, немецкое командование отводило главную роль подводным лодкам. Развернув массовое строительство подводных лодок, и применяя их крупными соединениями в соответствии с тактикой "волчьей стаи", Германия достигла значительных результатов. В 1942 г. немецкие подводные лодки потопили 1020 торговых кораблей союзников – в три раза больше, чем в 1941 г. Еще 40 кораблей потопили итальянские подводные лодки. В июне 1942 г. союзники теряли по кораблю каждые четыре часа, причем количество немецких подводных лодок увеличивалось. В течение 1942 г. Германия потеряла 66 и построила 238 новых подводных лодок.

Только в морских сражениях на Тихом океане США и Англия достигли некоторых успехов, хотя и сами понесли серьезные потери. В мае 1942 г. произошло морское сражение между кораблями Японии и США в Коралловом море, у северо-восточного побережья Австралии, а в июне 1942 г. – морское сражение в Тихом океане, у острова Мидуэй (к северу от Гавайских островов, на полпути между Японией и США). В отличие от прошлых морских баталий, носивших, по преимуществу, характер артиллерийских дуэлей, эти сражения велись только при помощи авиации, действовавшей с авианосцев. Корабли противников, находившиеся на расстоянии 150-200 км друг от друга, не обменялись ни единым выстрелом. В результате этих сражений Япония утратила превосходство в авианосной авиации, и американский флот сумел остановить продвижение японцев.

В августе 1942 г. США провели первую наступательную операцию, высадив десант на острове Гуадалканал (в архипелаге Соломоновых островов, к востоку от Новой Гвинеи). Сухопутные силы, участвовавшие в боях за Гуадалканал, были невелики: по две-три дивизии с каждой стороны, однако в завязавшихся там морских сражениях участвовали главные силы японского флота и восстановленного Тихоокеанского флота США под командованием адмирала Ч. Нимица. Обе стороны понесли крупные потери в кораблях и самолетах. В течение нескольких месяцев никто из них не мог добиться преимущества, но, втянув Японию в длительные бои за овладение этим небольшим, хотя и важным в стратегическом отношении островом, США перехватили инициативу.

В июле 1942 г. 17-й английский конвой (РQ-17) с грузом оружия и военных материалов для СССР подвергся ожесточенным атакам немецких подводных лодок и авиации. Командующий конвоем английский адмирал Гамильтон, опасаясь появления главных сил немецкого флота во главе с только что вступившим в строй новейшим линкором "Тирпиц", приказал военным кораблям охранения отступить на запад, а торговым судам рассредоточиться и идти к советским портам в одиночку. Оставшись без прикрытия военных кораблей, торговые суда стали легкой добычей противника. Из 34 транспортов 23 были потоплены и только 11 добрались до Архангельска.

После этого Черчилль решил прекратить доставку грузов в СССР северным путем, по крайней мере до наступления полярной ночи. 17 июля 1942г., в тот день, когда немецкие армии вышли к Сталинграду, он с согласия Рузвельта отправил Сталину очень дружественную по тону, но убийственную по содержанию телеграмму, где утверждал, что попытка отправить в СССР новые конвои "не принесла бы Вам пользы и нанесла бы только невозместимый ущерб нашему делу". При этом Черчилль как бы мимоходом добавил, что продолжение движения конвоев в СССР "сделало бы невозможным создание действительно сильного второго фронта в 1943 г.".

Сталин не стал церемониться. "Из послания видно, что, во-первых, Правительство Великобритании отказывается продолжать снабжение Советского Союза военными материалами по северному пути, и, во-вторых, несмотря на известное согласованное Англо-Советское коммюнике о принятии неотложных мер по организации второго фронта в 1942 г., Правительство Великобритании откладывает это дело на 1943 год, – ответил он Черчиллю. – ...я никак не мог предположить, что Правительство Великобритании откажет нам в подвозе военных материалов именно теперь, когда Советский Союз особенно нуждается в подвозе военных материалов в момент серьезного напряжения на советско-германском фронте... Что касается второго вопроса, а именно вопроса об организации второго фронта в Европе, то я боюсь, что этот вопрос начинает принимать несерьезный характер. Исходя из создавшегося положения на советско-германском фронте, я должен заявить самым категорическим образом, что Советское правительство не может примириться с откладыванием организации второго фронта в Европе на 1943 год".

После этого Черчилль с одобрения Рузвельта решил лично встретиться со Сталиным. Проделав на самолете далекий путь через Гибралтар, Каир и Тегеран, Черчилль 12 августа 1942 г. прибыл в Москву. На первой встрече со Сталиным в присутствии американского представителя Гарримана он, ссылаясь на оговорки, сделанные во время визита Молотова в Лондон, сказал, что Сталин, собственно, уже знал: правительства Англии и США "не считают для себя возможным предпринять крупную операцию в сентябре, являющемся последним месяцем, в течение которого можно полагаться на погоду", но они готовятся к такой операции в 1943 г, Сталин был глубоко возмущен. После беседы с Черчиллем он представил ему следующую памятную записку: "В результате обмена мнений в Москве, имевшего место 12 августа с.г., я установил, что Премьер-министр Великобритании г. Черчилль считает невозможной организацию второго фронта в Европе в 1942 году... Отказ правительства Великобритании от создания второго фронта в 1942 году в Европе наносит моральный удар всей советской общественности, рассчитывающей на создание второго фронта, осложняет положение Красной Армии на фронте и наносит ущерб планам Советского Командования... Неизвестно, будет ли представлять 1943 год такие же благоприятные условия для создания второго фронта, как 1942 год. Мы считаем поэтому, что именно в 1942 году возможно и следует создать второй фронт в Европе. Но мне, к сожалению, не удалось убедить в этом господина Премьер-Министра Великобритании, а г. Гарриман, представитель Президента США при переговорах в Москве, целиком поддержал господина Премьер-Министра".

Затем Черчилль информировал Сталина о планах высадки в Северной Африке (операция "Факел"). Чтобы нагляднее показать ее смысл, Черчилль, по его словам, даже "нарисовал крокодила и объяснил Сталину с помощью этого рисунка, как мы намереваемся атаковать мягкое брюхо крокодила, в то время как мы атакуем его жесткую морду". Сталину не потребовалось долгих объяснений. Он сразу и очень точно сказал Черчиллю, в чем состоят выгоды такой операции. "Во-первых, это нанесет Роммелю удар с тыла; во-вторых, это запугает Испанию; в-третьих, это вызовет борьбу между немцами и французами во Франции; в-четвертых, это поставит Италию под непосредственный удар". "Это замечательное заявление произвело на меня глубокое впечатление, – вспоминал Черчилль. – Оно показывало, что русский диктатор быстро и полностью овладел проблемой, которая до этого была новой для него. Очень немногие из живущих людей могли бы в несколько минут понять соображения, над которыми мы так настойчиво бились на протяжении ряда месяцев. Он все это оценил молниеносно".

Неожиданно для Черчилля переговоры завершились ночным обедом на квартире Сталина и долгим разговором в дружеском тоне, продолжавшимся до половины третьего ночи, – в общей сложности более 7 часов. Несмотря на все разочарования, Сталин предпочел расстаться с Черчиллем как с союзником и товарищем по оружию.

В разгар Сталинградской битвы, когда основные силы Германии и Италии находились на советско-германском фронте, Англия и США предприняли наступление в Северной Африке, о котором Черчилль рассказывал Сталину. Оно должно было начаться с двух противоположных направлений: с востока из Египта против итало-немецкой группировки Роммеля; с запада из французских владений – Алжира и Марокко, где намечалось высадить англо-американский десант. Остановленная англичанами под Эль-Аламейном группировка Роммеля насчитывала всего 12 не полностью укомплектованных дивизий, в том числе только четыре немецких дивизии. В Алжире и Марокко вообще не было итало-немецких войск, а находившаяся там слабо вооруженная французская колониальная армия не могла оказать серьезного противодействия союзникам.

23 октября 1942 г. оборонявшая Египет 8-я английская армия под командованием генерала Б. Монтгомери перешла в наступление в районе Эль-Аламейн. Превосходя силы Роммеля почти в три раза по численности личного состава, более чем в четыре раза по авиации и в 2,6 раза по танкам, она нанесла тяжелое поражение противнику. Итало-немецкие войска стали отступать из Египта на запад, на территорию Ливии. В этот момент англо-американский флот высадил в портах Марокко и Алжира крупный десант под командованием американского генерала Д. Эйзенхауэра. Американские дипломаты и разведчики заранее тайно договорились с некоторыми французскими генералами о том, что они призовут французские войска не оказывать сопротивления союзникам. Опасаясь, что участие в операции войск де Голля усилит противодействие властей Виши, США возлагали особые надежды на отставного генерала А. Жиро, который в 1940 г. был взят в плен немцами, но в апреле 1942 г. бежал из плена и жил в южной, не оккупированной зоне Франции. Обещая Жиро сделать его главнокомандующим, американцы вывезли Жиро из Франции на подводной лодке и доставили в штаб Эйзенхауэра в Гибралтаре, откуда он в день высадки англо-американского десанта 8 ноября 1942 г. обратился по радио "к африканской армии" Виши, призывая ее к сотрудничеству с союзниками.

К большому удивлению самого Жиро и его американских покровителей войска Виши не обратили никакого внимания на его обращение и открыли огонь по англо-американскому десанту. Тогда в дело вмешался бывший вице-премьер правительства Виши, официально назначенный наследником Петэна, командующий французским флотом адмирал Дарлан, который в этот момент оказался в Алжире – по его словам, для того, чтобы навестить больного сына. Вступив в переговоры с американцами, Дарлан приказал войскам Виши прекратить огонь и вернуться в казармы, а Эйзенхауэр по указанию Рузвельта признал Дарлана главой французской администрации в Африке. Военные действия прекратились; вишистская администрация и военное командование остались на своих местах, причем Дарлан заявил, что он берет власть "от имени маршала", то есть Петэна.

Соглашение с Дарланом вызвало скандал в США и Англии. Антифашисты возмущались тем, что США пошли на сговор с одним из самых видных деятелей правительства Виши, сотрудничавшего с оккупантами, и отстранили де Голля, который показал себя непримиримым противником гитлеровской Германии. Черчилль и Рузвельт оправдывались тем, что соглашение с Дарланом позволило вывести из боя вишистскую армию и с минимальными потерями овладеть Алжиром и Марокко. Сталин был согласен с ними. "Военная дипломатия должна использовать для военных целей не только Дарланов, но и черта с его бабушкой", – написал он Черчиллю. Чтобы успокоить общественное мнение, Рузвельт объявил соглашение с Дарланом "только временной мерой, оправдываемой исключительно потребностями войны". Дарлан действительно оказался "временной мерой". 24 декабря 1942 г. студент Алжирского университета, ревностный католик и роялист Ф. Бонье де ля Шапель, явившись на прием к Дарлану, застрелил его прямо в служебном кабинете. Через день Бонье де ля Шапель без суда и без всяких объяснений расстреляли по приказу генерала Жиро.

В организации покушения подозревали деголлевцев, роялистов, англичан и американцев, но оно так и осталось нераскрытым. Как бы то ни было, это покушение избавило союзников от компрометирующей связи с Дарланом и режимом Виши. По настоянию Эйзенхауэра французскую армию и администрацию в Северной и Западной Африке возглавил генерал Жиро, принявший еще нигде не виданный титул "Гражданского и военного главнокомандующего". Впервые в ходе войны часть армии и администрации одной из стран, сотрудничавших с Германией, перешла на сторону союзников, чтобы остаться у власти.

Узнав о высадке союзников и переходе Дарлана на их сторону, Гитлер приказал немедленно перебросить немецкие войска в Тунис, чтобы помешать дальнейшему продвижению англо-американского десанта. Одновременно он распорядился оккупировать южную зону Франции, разоружить "армию перемирия", захватить французский флот, находившийся в Тулоне, но сохранить правительство Виши. 11 ноября 1942 г. немецкие и итальянские войска, не встретив противодействия, вступили в южную зону, разоружили "армию перемирия" и полностью оккупировали Францию. Захватить французский флот им не удалось. Когда немецкие войска достигли Тулона, французские моряки, ссылаясь на секретный приказ Дарлана, отданный еще летом 1940 г., затопили свои корабли. На дно ушли более 100 кораблей, в том числе три последних французских линкора, 7 крейсеров и 29 эсминцев.

Высадка союзников в Северной Африке нанесла тяжелый удар Германии и Италии. "Советская сторона расценивает эту кампанию как выдающийся факт большой важности, демонстрирующий растущую мощь вооруженных сил союзников и открывающий перспективу распада итало-немецкой коалиции в ближайшее время... – заявил Сталин. – Кампания в Африке означает переход инициативы в руки наших союзников, она меняет в корне военно-политическое положение в Европе в пользу англо-советско-американской коалиции".



возврат назад Обновить страницу


события         архив         воспоминания         творческие работы         тесты по ЕГЭ         блог