Сталин не доверяет союзникам по антигитлеровской коалиции


"Разве мир бы когда-нибудь дожил
До таких ослепительных дней?
Это он (Сталин) разбудил, растревожил
Полумертвую совесть людей."

А. Вертинский

Генерал СС К. Вольф, фото 1937 г.

После крупных побед над агрессорами в Европе и на Тихом океане исход войны больше не вызывал сомнений, и в правящих кругах главных держав антифашистской коалиции стали все больше и больше внимания уделять перспективам будущего мира. Соединенные Штаты Америки по-прежнему далеко обгоняли все страны в области экономики, хотя в 1944 г. объем военного производства, достигший рекордного уровня в 1943 г., несколько снизился в связи с переходом части предприятий на выпуск продукции мирного времени. Стимулируемые потребностями войны, быстро развивались наука и техника. Занявшись сложными расчетами траекторий бомб и снарядов, американские ученые в 1944 г. сконструировали первые электронно-вычислительные машины "МАКС-1" и "ЭНИАК" – предшественники современных компьютеров.

Завершалось создание атомной бомбы, в которой руководители США видели оружие, способное обеспечить военное превосходство Америки над любой другой страной. Значительно усилились международные позиции США, особенно в странах Латинской Америки. В марте 1945 г. на конференции стран Латинской Америки и США в городе Чапультепек (Мексика) было подписано соглашение о "совместной обороне" стран американского континента в случае нападения или угрозы агрессии против одной из них. Соглашение предусматривало "совместное использование" вооруженных сил США и стран Латинской Америки под главенством американских представителей. Жизненный уровень американцев вырос. Доходы рабочих увеличились за счет повышенной оплаты сверхурочных работ; доходы фермеров – за счет повышения цен и большого спроса на сельскохозяйственные продукты; доходы предпринимателей – за счет щедрых военных заказов.

В американских правящих кругах, да и среди широких слоев населения, опьяненных военным и экономическим могуществом США, распространялось убеждение, что XX век будет "американским веком". В связи с этим возросло влияние консервативных сил. Деятели крупного бизнеса, предприниматели и финансисты, дискредитированные в глазах общественного мнения в годы предвоенного экономического кризиса, вновь обрели авторитет, как организаторы производства, которым Америка обязана своими военными успехами, экономической мощью и благосостоянием. Еще более усилилось стремление к "классовому сотрудничеству" рабочих и предпринимателей. В марте 1945 г. крупнейшие американские профсоюзы подписали с организациями предпринимателей соглашение о сотрудничестве после войны.

За "классовое сотрудничество" высказалась даже Коммунистическая партия США, которая с момента своего основания в 1919 г. призывала к классовой борьбе. После Тегеранской конференции генеральный секретарь КП США Э. Браудер заявил, что курс на сотрудничество США и СССР должен проводиться не только во время войны, но и в послевоенный период и сопровождаться соответствующими изменениями в политике компартии. Браудер предложил направить основные усилия коммунистов на создание широкого национального фронта, включающего представителей крупного бизнеса, и на сотрудничество с ними ради проведения демократических реформ. Поскольку в США нет реальных сил для социалистических преобразований, считал Браудер, надо снять лозунг социализма и вести борьбу за демократию в рамках традиционной двухпартийной системы. Существование Коммунистической партии, как самостоятельной классовой организации, не соответствует этим задачам и поэтому ее следует заменить беспартийной политической ассоциацией. В мае 1944 г. на внеочередном XII съезде компартии, которая тогда насчитывала около 90 тыс. членов, Браудер добился ее роспуска и превращения в политическую ассоциацию. Через год XIII Чрезвычайный съезд КП США принял решение восстановить коммунистическую партию, но ее, и без того небольшая, численность сильно сократилась.

В ноябре 1944 г. истекал третий срок полномочий Рузвельта в качестве Президента США, однако он решил баллотироваться в четвертый раз. Кандидатом в вице-президенты был выдвинут сенатор Гарри Трумэн. Рузвельт вновь одержал победу. Трумэн стал вице-президентом, но возглавляемая Рузвельтом демократическая партия потеряла часть мандатов в Конгрессе, причем поражение потерпели многие кандидаты, известные своими либеральными взглядами. Новое правительство Рузвельта продолжало курс на сотрудничество с Великобританией и Советским Союзом. Суть его политики по отношению к СССР была с предельной ясностью сформулирована еще осенью 1943 г. в секретных инструкциях американской делегации на Московской конференции Министров иностранных дел. Там подчеркивалось, что после поражения Германии Советский Союз будет обладать "военной машиной, которой не сможет бросить вызов никакая держава или союз держав", а поэтому необходимо продолжать сотрудничество с ним.

Для этого нужно:
"а) откровенное признание того факта, что поражение Германии находится в прямой зависимости от продолжения Россией политики сотрудничества с союзниками;
б) необходимость примириться с тем фактом, что после ее поражения Россия будет располагать достаточной военной мощью для того, чтобы навязать союзникам территориальное урегулирование в Центральной Европе и на Балканах на любых, желательных для нее условиях;
в) признание огромной важности для США полномасштабного участия России в войне против Японии после разгрома Германии".

У этого курса были противники, которые, подобно бывшему послу США в Японии Д. Грю, уже в 1943 г. задавались вопросом "как остановить наступление русских в западном и юго-западном направлении", и, как глава американской военной миссии в Москве генерал Джон Дин, советовали Рузвельту "вести себя жестче" по отношению к СССР, но они еще не имели решающего влияния. В правящих кругах преобладало мнение, сформулированное Объединенным Комитетом по стратегическим вопросам в июле 1944 г.: нужно сотрудничать с Советским Союзом, потому что это обеспечит победу над Германией и Японией и потому что к концу войны СССР и США окажутся "единственными военными державами первой величины". Военный конфликт между США и СССР не имеет смысла, ибо их мощь и географическое положение "исключат возможность военной победы одной из держав над другой, даже в том случае, если союзником первой станет Британская империя". Этого мнения придерживался и сам Рузвельт.

Более сложным было положение Великобритании, которая вела войну на два года дольше, чем США. Английская промышленность отставала от американской. В стране не хватало сырья, продовольствия, рабочей силы. Постоянно увеличивались налоги, росли цены, снижался жизненный уровень населения. В три раза увеличился государственный долг, в семь раз – внешняя задолженность Великобритании. Значительная часть населения была недовольна внутренней политикой правительства и системой частного предпринимательства, которая привела к обогащению крупнейших финансистов и промышленников. В конце 1944 г. Конгресс британских тред-юнионов принял программу послевоенной реорганизации экономики, предусматривавшую государственное регулирование финансов, национализацию металлургии, транспорта, энергетики; введение общественного контроля над остальными отраслями крупной промышленности; установление контроля над ценами на потребительские товары. В декабре 1944 г. состоялась конференция лейбористской партии, которая приняла резолюцию: "Экономический контроль, общественная собственность и полная занятость". Лейбористы предлагали национализировать землю, банки, транспорт и основные отрасли промышленности, обеспечить демократическое управление экономикой, гарантировать полную занятость.

Большую популярность приобрел план социальных реформ, предложенный либеральным экономистом лордом У. Бевериджем. Беверидж предлагал создать после войны государственную систему социального страхования, которая охватывала бы всех англичан "от колыбели до могилы". Согласно плану Бевериджа, государство должно было выплачивать пособия в случае безработицы, старости, болезни, беременности, потери кормильца, гарантировать всем бесплатное школьное образование и медицинское обслуживание. В правительстве Черчилля усилились разногласия между лейбористами и консерваторами. Лидеры лейбористов считали, что они могут победить консерваторов на будущих выборах, и настаивали, чтобы эти выборы состоялись как можно скорее – сразу после поражения Германии.

В Советском Союзе также начали разрабатывать планы на будущее. При Народном комиссариате иностранных дел в 1943 г. были образованы три комиссии, которые в обстановке строжайшей секретности рассматривали проблемы будущих мирных договоров и послевоенного устройства. Их возглавляли бывший посол в Великобритании И.М. Майский, бывший посол в США М.М. Литвинов и маршал К.Е. Ворошилов, фактически отстраненный от руководства военными операциями, но сохранивший благоволение Сталина. 11 января 1944 г. они представили Молотову доклад, где основная цель советской политики была сформулирована следующим образом: "создание такого положения, при котором в течение длительного срока были бы гарантированы безопасность СССР и сохранение мира, по крайней мере в Европе и Азии". Срок должен быть "достаточный для того, чтобы:
а) СССР успел стать столь могущественным, что ему больше не могла бы быть страшна никакая агрессия в Европе или Азии. Более того, чтобы ни одной державе или комбинации держав в Европе и Азии даже и в голову не могло прийти такое намерение;
б) Европа, по крайней мере, континентальная Европа, успела стать социалистической, исключая, таким образом, саму возможность возникновения войны в данной части света".

Предполагалось, что пункт "а" можно осуществить примерно за 10 лет, пункт "б" – за 30-50 лет. Первоочередная задача должна состоять в обеспечении СССР "выгодными стратегическими границами", то есть границами 1940 г. с поправками в пользу СССР, в частности с передачей ему Петсамо, Южного Сахалина и Курильских островов. После победы над Германией ее следует оккупировать не менее чем на 10 лет: разоружить и, возможно, раздробить "на ряд более или менее независимых государственных образований". На нее нужно наложить репарации – "взять с Германии и ее союзников все, что может быть взято, за вычетом голодного минимума". В разделе "Будущий государственной строй вражеских и ныне оккупированных врагом стран", говорилось: "СССР заинтересован в том, чтобы государственный строй названных стран базировался на принципах широкой демократии в духе идей народного фронта. Есть основания полагать, что в таких странах, как Норвегия, Дания, Голландия, Бельгия, Франция, Чехословакия, эти принципы найдут себе достаточно полное осуществление без какого-либо давления со стороны. Иначе обстоит дело с такими странами, как Германия, Италия, Япония, Венгрия, Румыния, Финляндия, Болгария, Польша, Югославия, Греция, Албания: здесь, возможно, для создания настоящих демократических режимов придется пустить в ход различные меры вмешательства извне, то есть, в том числе со стороны СССР, США и Англии".

Наиболее выгодным для Советского Союза авторы доклада считали "такое положение, при котором в послевоенный период в Европе была бы только одна могущественная сухопутная держава – СССР и только одна могущественная морская держава – Англия". Ошибочно предполагая, что "основная борьба" Англии в послевоенный период "все-таки будет борьбой с США", члены комиссий Майского и Литвинова считали целесообразным договориться с Англией о полюбовном разделе сфер интересов. По их мнению, "своей максимальной сферой интересов Советский Союз может считать Финляндию, Швецию, Польшу, Венгрию, Чехословакию, Румынию, славянские страны Балканского полуострова, а равно и Турцию. В английскую сферу безопасности безусловно могут быть включены Голландия, Бельгия, Франция, Испания, Португалия и Греция". Конечно, это были лишь предварительные наброски, предназначенные для обсуждения стратегических и политических интересов СССР. Они не имели директивного характера, решения по всем поднятым там вопросам не были приняты.

Война приближалась к концу, и попытки нацистских главарей вступить в контакты с Англией и США вызвали большие подозрения Сталина. Он узнал, что близкий к Гиммлеру генерал СС К. Вольф дважды тайно встречался в Швейцарии с представителями английской и американской разведки и обсуждал с ними возможность капитуляции немецких войск в Италии. Английское правительство информировало об этом Молотова и Сталина, но лишь задним числом, после того как переговоры были прерваны. Сталин немедленно заподозрил союзников в том, что они за его спиной договорились с Германией о недопущении советских войск в Европу, и пришел в ярость. 3 апреля он написал Рузвельту, что по его информации переговоры англичан и американцев с Вольфом "закончились соглашением с немцами, в силу которого немецкий командующий на западном фронте маршал Кессельринг согласился открыть фронт и пропустить на восток англо-американские войска, а англо-американцы обещали за это облегчить для немцев условия перемирия". Сталин утверждал, что "в данную минуту немцы на западном фронте на деле прекратили войну против Англии и Америки. Вместе с тем немцы продолжают войну с Россией – с союзницей Англии и США".

Возмущенный Рузвельт, а вслед за ним и Черчилль ответили не менее резкими посланиями. Рузвельт заявил, что переговоры с Вольфом носили лишь предварительный характер и "в случае любой капитуляции вражеской армии в Италии не будет иметь место нарушение нашего согласованного принципа безоговорочной капитуляции", причем "будет приветствоваться присутствие советских офицеров на любой встрече, которая может быть организована для обсуждения капитуляции". В заключение Рузвельт добавил: "Откровенно говоря, я не могу не чувствовать крайнего негодования в отношении ваших информаторов, кто бы они ни были, в связи с таким гнусным, неправильным описанием моих действий или действий моих доверенных подчиненных".

Сталин ответил, что у него "не было и нет намерения оскорбить кого-либо", но продолжал настаивать, что дело обстоит не так просто, как его представляют Рузвельт и Черчилль. "У немцев имеется на восточном фронте 147 дивизий. Они могли бы без ущерба для своего дела снять с восточного фронта 15-20 дивизий и перебросить их на помощь своим войскам на западном фронте. Однако немцы этого не сделали и не делают. Они продолжают с остервенением драться с русскими за какую-то малоизвестную станцию Земляницу в Чехословакии, которая им столько же нужна, как мертвому припарки, но безо всякого сопротивления сдают такие важные города в центре Германии, как Оснабрюк, Мангейм, Кассель. Согласитесь, что такое поведение немцев является более чем странным и непонятным".

Ряд обстоятельств еще более усилил взаимные подозрения и опасения руководителей главных держав антигитлеровской коалиции. Если Сталин опасался сговора Англии и США с Германией, то Рузвельта и особенно Черчилля крайне беспокоили действия Советского Союза в странах Восточной и Юго-Восточной Европы, освобожденных Советской Армией. Там проводились крупные революционные преобразования и создавались дружественные Советскому Союзу правительства, которые не контролировались ни Великобританией, ни США.

6 марта 1945 г. в Румынии пришло к власти народно-демократическое правительство во главе с П. Гроза, в котором коммунисты играли ведущую роль. 7 марта было сформировано Временное народное правительство Югославии во главе с маршалом Броз Тито. В Болгарии правительство Отечественного фронта фактически действовало под руководством коммунистов. Власть Временного правительства Венгрии распространилась на всю территорию страны. С каждым днем укреплялись позиции Временного правительства Польской республики, которое после освобождения Польши осуществляло власть на всей ее территории. 5 апреля 1945 г. на освобожденной территории Чехословакии в городе Кошице было сформировано правительство Национального фронта чехов и словаков во главе с левым социал-демократом 3. Фирлингером, тесно сотрудничавшим с коммунистами. В принятой правительством "Кошицкой программе" указывалось, что оно ставит своей целью установление прочного союза и дружбы с СССР. "Кошицкая программа" предусматривала расширение демократических свобод и прав трудящихся, создание нового государственного аппарата на базе национальных комитетов, запрещение деятельности фашистских и профашистских партий, наказание лиц, сотрудничавших с оккупантами, национализацию имущества оккупантов и предателей, передачу земельных владений граждан вражеских стран трудовому крестьянству. Фактически это была программа продолжения уже начавшейся во время Словацкого восстания антифашистской народно-демократической революции.

Такие события вызывали большое беспокойство правительств Англии и США, которые потребовали изменить состав правительств в Румынии, Польше и Болгарии, Английские войска спешно высадились в Триесте, чтобы не допустить его освобождения Народно-освободительной армией Югославии и предотвратить переход Истрии под власть Югославии. Особенно острые разногласия возникли по вопросу о Польше, которая являлась крупнейшей страной Восточной Европы и занимала очень важное стратегическое положение, прикрывая западные границы СССР от угрозы немецкой агрессии. Предусмотренные Ялтинской конференцией консультации США, СССР и Великобритании о составе будущего объединенного польского правительства не дали никаких результатов.

Советское правительство, как писал Сталин Черчиллю, считало, что уже действующее в Польше Временное правительство "должно служить ядром, то есть основной частью нового реорганизованного правительства национального единства", а к переговорам о его формировании должны привлекаться "лишь те, кто на деле доказал свое дружественное отношение к Советскому Союзу". США и Англия, напротив, хотели "реорганизовать" Временное правительство таким образом, чтобы им руководили политики из эмигрантского правительства в Лондоне.

Споры еще более обострились после того, как советские власти пригласили на переговоры главу Армии Крайовой генерала Л. Окулицкого (который сменил сдавшегося в плен Бур-Комаровского) и других представителей польского Сопротивления, а затем арестовали их, да еще несколько недель ничего не сообщали об этом. Когда Черчилль потребовал освободить Окулицкого и его группу, Сталин ответил, что они преданы суду по обвинению "в подготовке и совершении диверсионных актов в тылу Красной Армии". Несмотря на протесты англичан, в Москве провели судебный процесс над Окулицким и захваченными вместе с ним поляками. Их приговорили к различным срокам тюремного заключения, доходившими до 10 лет. В результате руководство Армии Крайовой было обезглавлено. Не дожидаясь завершения консультаций с Англией и США, советское правительство поставило их перед фактом: 21 апреля 1945 г. оно подписало с Временным правительством Польши договор о дружбе, взаимной помощи и послевоенном сотрудничестве сроком на 20 лет.

Все это привело Черчилля к следующим выводам: "во-первых, Советская Россия стала смертельной угрозой для свободного мира; во-вторых, надо немедленно создать новый фронт против ее стремительного продвижения; в-третьих, этот фронт в Европе должен уходить как можно дальше на восток; в-четвертых, главная и подлинная цель англо-американских армий – Берлин; в-пятых, освобождение Чехословакии и вступление американских войск в Прагу имеет важное значение; в-шестых, Вена и по существу вся Австрия должны управляться западными державами, по крайней мере, на равной основе с русскими Советами; в-седьмых, необходимо обуздать агрессивные притязания маршала Тито в отношении Италии; наконец, – и это главное, – урегулирование между Западом и Востоком по всем основным вопросам, касающимся Европы, должно быть достигнуто до того, как армии демократии уйдут или западные союзники уступят какую-либо часть германской территории, которую они завоевали". Вопреки договоренности о границах будущих зон оккупации, Черчилль предложил США опередить Советскую Армию и занять Берлин, входивший в советскую зону.

1 апреля 1945 г. он написал Рузвельту: "Русские армии, несомненно, захватят всю Австрию и войдут в Вену. Если они захватят также Берлин, то не создастся ли у них слишком преувеличенное представление о том, будто они внесли подавляющий вклад в нашу общую победу... Поэтому я считаю, что с политической точки зрения нам следует продвигаться в Германии как можно дальше на восток и что в том случае, если Берлин окажется в пределах нашей досягаемости, мы, несомненно, должны его взять". Рузвельт не соглашался с Черчиллем, но 12 апреля он скончался.

Президентом США стал гораздо более антисоветски настроенный вице-президент Гарри Трумэн. Только когда он был приведен к присяге, военный министр сообщил ему о существовании "Манхэттенского проекта" и о том, что вскоре США будут обладать атомной бомбой. Трумэн сразу решил использовать ее не только для войны против Японии, но и для давления на Советский Союз. 23 апреля 1945 г. он провел в Белом доме совещание, где обвинил Советский Союз в невыполнении Ялтинских соглашений относительно Польши. По свидетельству очевидцев, советники Трумэна "сильно стучали кулаками по столу", требуя "занять жесткую позицию по отношению к России" и разговаривать с ней, "только опираясь на силу", прежде всего на ядерное оружие, которого тогда не было у СССР. Новый государственный секретарь США Дж. Бирнс сказал Трумэну: "Атомная бомба могла бы дать нам возможность диктовать наши собственные условия мира по завершении войны".



возврат назад Обновить страницу


события         архив         воспоминания         творческие работы         тесты по ЕГЭ         блог