Статья 101. Мартин Борман – второе лицо Третьего рейха


"Деньги – нерв войны."

Цицерон

Мартин Борман

Из всех главных фигур фашистской Германии самой загадочной считается рейхслейтер Мартин Борман – начальник Партийной канцелярии. В отличие от Геринга, Геббельса и самого фюрера он старался держаться в тени. Но фактически Борман был вторым человеком в рейхе, и от него во многом зависело, какое решение примет Гитлер по тому или иному вопросу.

Мартин Борман родился 17 июня 1900 г. в Ганновере, в семье почтового служащего. В три года Мартин лишился отца, мать вышла вновь замуж. Мартин школу не закончил, начал подрабатывать на ферме под Мекленбургом. Участвовал в Первой мировой войне, однако, служа денщиком, в военных действиях не участвовал. После демобилизации Мартин Борман окончил Сельскохозяйственную школу. Работал в больших имениях, занимался торговлей продовольствия на чёрном рынке, приобретая опыт ведения финансовых операций.

С 1925 г. активно поддерживал Адольфа Гитлера. В НСДАП вступил в 1927 г. С 1930 г. Борман в руководстве НСДАП занимался финансовыми вопросами, оказывал личные услуги Гитлеру. В 1933 г. Борман стал депутатом Рейхстага. С 1935 г. он начал заниматься организацией партийных съездов. С 1938 г. руководил кадровой политикой НСДАП. В руках Бормана сконцентрировалось также руководство частью финансов партии – «Фондом Адольфа Гитлера».

Он контролировал личные расходы Гитлера и его обеспечение, строительство резиденций и другие финансовые вопросы, вплоть до подарков любовнице фюрера – Еве Браун. С каждым годом Борман становился для Гитлера всё более и более незаменимым. В мае 1941 г. он возглавил Партийную канцелярию, стал секретарём фюрера и членом Совета обороны рейха – имперским министром без портфеля.

Во время Великой Отечественной войны под руководством Бормана рассматривались вопросы германизации СССР. Он ответственен в отдаче распоряжения по применению оружия и пыток к советским военнопленным. В 1944 г. Борман занимался вопросами вывозы капиталов партии за границу, для того, чтобы сохранить их для возрождения в будущем нацистского движения. С 1944 г. практически ни одно решение не принималось Гитлером без консультаций с Борманом, а его интриги против других высокопоставленных лиц рейха привели к падению авторитета Геринга, Гиммлера, Геббельса и др.

Днем 30 апреля 1945 года Гитлер покончил жизнь самоубийством. В его политическом завещании новым главой правительства Германии был назван гросс-адмирал Карл Дениц – командующий военно-морским флотом рейха. Борман, занявший в новом правительстве пост министра по делам партии, известил Деница об этом телеграммой, отправленной 30 апреля в 18.30. А 1 мая в 7.40 утра Дениц получил еще одну телеграмму, подписанную Борманом: «Завещание вступило в силу. Я прибуду к вам так скоро, как возможно. До этого, по-моему, ничего не следует публиковать». Вторая депеша, полученная Деницем в тот же день в 14.46, извещала его: «Рейхслейтер Борман прибудет к вам уже сегодня, чтобы объяснить обстановку».

Из этого следует, что Борман оставаться в Берлине не собирался. Но для того чтобы покинуть столицу рейха, ему было необходимо прорваться через боевые порядки частей Красной Армии, ведущей бои на улицах города. К вечеру 1 мая, когда Борман и другие приближенные Гитлера, находившиеся в имперской канцелярии, решили выходить из окружения, на юге находились части 8-й гвардейской армии генерал-полковника Чуйкова, которые 1 мая вышли на рубеж Лейпцигерштрассе – южная окраина Тиргартена. Это означало, что они находились всего в 150- 200 метрах от имперской канцелярии. С севера и востока наступали части 5-й армии генерала Берзарина, которые вели бои на Унтер-ден-Линден и северо-восточнее моста Вейденаммербрюкке. А 3-я ударная армия генерал-полковника Кузнецова уже взяла Рейхстаг, тем самым практически замкнув кольцо окружения вокруг цитадели фашизма.

Собравшиеся в канцелярии, в том числе Борман, имперский руководитель молодежи Аксман, адъютант Гитлера Гюнше, шофер Кемпка, личный пилот фюрера Баур и другие решили прорываться в северном направлении, которое казалось наиболее перспективным. Группа прорыва была довольно значительной – около 400 человек. В нее входили солдаты и офицеры дивизии СС «Нордланд», остатки так называемой боевой группы «Беренфенгер», подразделения авиаполевой дивизии, принимавшей участие в обороне имперской канцелярии, и даже несколько испанцев из так называемой «Голубой дивизии». В ночь с 1 на 2 мая группа покинула здание канцелярии и начала движение на север к реке Шпрее. Но на самом берегу она попала под ураганный огонь советских танков и артиллерии и фактически распалась, после чего каждый стал действовать в одиночку.

Аксману и Кемпке удалось вырваться из Берлина. Гюнше и Баур попали в плен. Но о судьбе Бормана, одетого в тот день в форму обергруппенфюрера СС, никто из них точно рассказать ничего не мог. Так, Аксман сообщил, что видел Бормана раненым около танка, затем расстался с ним, а после окончания боев от кого-то слышал, что труп Бормана видели на Инвалиденштрассе. В другой раз Аксман сообщил, что Борман якобы был убит на западной окраине Берлина на мосту в Пихельсдорфе.

А в третий раз все тот же Аксман утверждал, что после взрыва танка Борман выжил и направился к мосту на Инвалиденбрюкке, где и был убит. Шофер Гитлера Кемпка на допросе в Нюрнберге 3 июля 1946 года показал, что Борман был убит близ моста Вейдендаммербрюкке. Гюнше утверждал, что Борман погиб около моста Вейдендаммербрюкке, когда пытался влезть в танк. Личный пилот Гитлера Баур в разное время давал противоречивые показания: в 1955 году он заявил, что Борман погиб при выходе из Берлина, а в 1962-м утверждал, что местом гибели Бормана была улица Цигельштрассе около Вейдендаммербрюкке.

Из столь противоречивой информации установить точно, погиб ли Борман в ночь с 1 на 2 мая 1945 года или нет, невозможно. Поэтому Нюрнбергский трибунал 1 октября 1946 года приговорил Мартина Бормана к смертной казни через повешение заочно. Однако в том же 1946 году появились сообщения о том, что Борман жив. Причем их было так много, что в 1949 году дело разбирала палата по денацификации в Траунштейне (Верхняя Бавария), которая признала второго человека рейха пропавшим без вести, но подлежащим включению в категорию главных виновников.

С этого времени версий об удачном бегстве Бормана из Берлина и его дальнейшей судьбе появилось огромное множество. Остановимся только на некоторых. Так, в 1951 году бывший депутат немецкого Рейхстага от партии центра Пауль Хесслейн заявил, что видел Бормана близ города Льифен в Чили. Он также сообщил, что наци номер два проживал в этой латиноамериканской стране под псевдонимом Хуан Гомес, но теперь находится в Европе, в Испании.

В 1961 году шлезвиг-гольштейнская прокуратура (ФРГ) получила письмо бывшего штандартенфюрера СС Лейхтенберга, в котором сообщалось, что в июне 1945 года Борман вместе с лидером бельгийских фашистов Леоном Дегреллем тайно перебрался из Баварии в Шлезвиг-Гольштейн, после чего они оба бежали в Испанию.

В 1962 году бывший испанский дипломат, пресс-атташе в Лондоне Анхель Алькасар де Веласко сообщил журналистам, что принимал участие в переправке в 1947 году Эйхмана и в 1946 году Бормана из Испании в Латинскую Америку. По его словам, в 1945 году Борман прибыл в Испанию, а в мае 1946 года отплыл в Аргентину. Позднее Борман сделал себе пластическую операцию, что позволило ему посещать Европу. А в 1958 году Веласко видел Бормана в Аргентине.

Все это время прокуратура земли Гессен (ФГР) продолжала следствие по делу Бормана, занимаясь опросом свидетелей и лиц, которые якобы видели его после войны. В связи с этим в 1963 году генеральный прокурор Бауэр заявил журналистам, что прокуратурой собран•целый ряд данных, свидетельствующих о том, что Борман жив. Однако в 1972 году во время строительных работ в Берлине были найдены останки человека в солдатской шинели. Обнаруженный скелет имел большое антропологическое сходство с физическими параметрами Бормана.

Экспертная комиссия, изучавшая их, пришла к выводу, что они действительно принадлежат Борману. Это подтвердил и Эхтман, бывший зубной врач Бормана, который опознал зубной протез, сделанный им для рейхслейтера. Как сообщила комиссия, Борман покончил жизнь самоубийством: в ротовой полости найденного черепа были обнаружены следы цианистого калия. На основании этого заключения в 1973 году суд ФРГ вынес вердикт: Мартин Борман мертв и умер он 2 мая 1945 года.

Впрочем, даже заключение суда не остановило появление новых предположений о том, что Борман жив. Среди них выделяется версия некоего Бориса Тартаковского, выпустившего в 1992 году в Москве брошюру «Мартин Борман – агент советской разведки». Автор утверждает, что в первой половине 1920-х годов начальник советской военной разведки Берзин попросил лидера немецких коммунистов Тельмана подобрать подходящего товарища для внедрения в окружение Гитлера. Тельман просьбу выполнил, и через некоторое время в Ленинград из Германии приехал немецкий коммунист Карл. После основательной спецподготовки Карл получил задание в течение 3-4 лет внедриться в окружение Гитлера.

Задание было настолько секретным, что настоящее имя Карла – Мартин Борман – знали только Берзин, Тельман и руководящие сотрудники ОГПУ – НКВД Артузов и Пиляр. 2 мая 1945 года, оставшись в бункере рейхсканцелярии, он передал по рации следующее сообщение: «Прошу помощи. Нахожусь в западной стороне рейхсканцелярии. Ближайший вход северный. Движение по коридору на восток. Помещение 114». В 14 часов 2 мая к рейхсканцелярии подошли танки под командованием генерала Серова. Они окружили указанный вход, и через 30 минут Серов в сопровождении автоматчиков вывел человека с синим мешком на голове. Этим человеком был Борман.

В дальнейшем он жил в СССР, где передал известную ему сверхсекретную информацию советскому руководству. Умер Борман в 1972 году и похоронен на старинном кладбище в Лефортово. Разумеется, никаких доказательств в пользу своей версии Тартаковский не приводит.

А в 1993 году появилась другая версия смерти Бормана, на этот раз – в Латинской Америке. Ее автором стал директор парагвайской газеты «Нотисиас» Нестор Лопес Морейра, в руки которого попал найденный в архивах бывшего парагвайского диктатора Стресснера документ, датированный 1961 годом. Этот рапорт, написанный начальником отдела внешних сношений МВД Парагвая Педро Прокопчуком и адресованный техническому отделу МВД. В нем говорится, что Мартин Борман прибыл в Парагвай в 1956 году и проживал в местечке Хоэннау департамента Итапуа, что находится в 350 километрах к югу от Асунсьона, в доме некого Альбана Круга. 15 февраля 1959 года он умер от рака желудка в доме Вернера Юнга, генерального консула Парагвая в ФРГ, и два дня спустя был похоронен на кладбище поселка Ита в 35 километрах от столицы. Впрочем, как и Тартаковский, Морейра не приводит никаких доказательств, кроме копии рапорта Прокопчука.

В 1996 году на страницах аргентинской газеты «Маньяна дель Сур», издаваемой в городке Барилоче, появилось сообщение о том, что Борман на самом деле умер в Аргентине от банального гепатита. В качестве доказательства в газете была опубликована фотокопия паспорта на имя гражданина Уругвая Рикардо Бауэра, под которым, оказывается, и жил все это время Борман. Этот документ, как пояснили журналисты газеты, принес в редакцию «человек немецкого происхождения, проживающий в Чили».

Он будто бы купил в Чили дом у того самого Бауэра, а потом на ферме нашел и паспорт, выданный в 1948 году консульством Уругвая в Генуе. При этом «человек немецкого происхождения», пожелавший остаться неизвестным, уверенно заявил, что Борман – Бауэр прожил в Чили более 25 лет, а перед самой смертью перебрался в Аргентину.

Устав от подобных сенсаций, семья Бормана, проживающая в Мюнхене, решила раз и навсегда положить этому конец. В апреле 1998 года они обратились в прокуратуру Франкфурта-на-Майне, которая является юридическим владельцем останков, найденных в 1972 году, с просьбой провести генетическую экспертизу и установить, действительно ли они принадлежат Мартину Борману. Прокуратура дала согласие. Экспертиза включала и так называемый ДНК-анализ. В результате в начале мая 1998 года авторитетными специалистами было точно установлено, что найденные в 1972 году в 'Берлине останки действительно принадлежат Мартину Борману, погибшему 2 мая 1945 года. Его смерть наступила в результате отравления цианистым калием, который он, вероятно, принял, когда понял, что прорваться сквозь боевые порядки советских войск ему не удастся.



возврат назад Обновить страницу


события         архив         воспоминания         творческие работы         тесты по ЕГЭ         блог