Висло-Одерская наступательная операция


"Путь далек у нас с тобою,
Веселей, солдат, гляди!
Вьется знамя полковое,
Командиры впереди."

М. Дудин

Военный плакат 1944 г.

На западном фасе Сандомирского плацдарма, между рекой Висла и Свентокшискими горами, в составе германского 48-го танкового корпуса имелось три дивизии, то есть на одного человека приходилось примерно 15 м фронта. В каждой дивизии имелось примерно по 12 самоходных штурмовых орудий. Еще примерно по 100 орудий находилось в составе корпусных резервов. Фронт представлял собой не более чем цепочку опорных пунктов. Примерно в 25 км к тылу развернулись две танковые дивизии резервного 24-го танкового корпуса. Еще две танковые дивизии корпус развернул напротив северного фаса плацдарма. Для осуществления прорыва 1-й Украинский фронт располагал на этом участке пятью общевойсковыми и двумя танковыми армиями, имея в своем составе более тысячи танков.

Рано утром 12 января 1945 г. температура воздуха была чуть выше точки замерзания. Дороги были покрыты льдом. Низкие облака и туман, как и несколько дней назад, практически сводили к нулю возможность применения авиации. Перед рассветом советская артиллерия, концентрация которой составляла до 300 орудий на километр фронта, обрушила шквал огня на северный участок (примерно две трети, или 30 км) обороны 48-го немецкого танкового корпуса. Через три часа огонь советской артиллерии был перенесен на отдельные цели, и на прорыв пошла пехота. Немцы не успели отойти на основной оборонительный рубеж, так как они ожидали, что противник будет дожидаться улучшения погодных условий. Уже утром советской пехоте удалось глубоко вклиниться в немецкую оборону, а к полудню там были пробиты достаточно широкие бреши для введения в бой танков. Три дивизии 48-го танкового корпуса были отрезаны и разгромлены. 24-й танковый корпус получил приказ контратаковать, но его две дивизии, расположенные к западу от плацдарма, противник обошел в районах их сосредоточения. 13 января 4-я советская танковая армия продолжала наступать на северо-запад, в направлении на Хенцины, а 52-я армия и 3-я гвардейская танковая армия наносили удар в западном направлении через Хмельник. В течение ночи некоторые передовые танковые части вышли к реке Нида. После переправы через нее советским частям был бы открыт путь в Верхнюю Силезию и на Одер, до которых оставалось около 70 км. На северном участке 24-й танковый корпус, вернее, оставшиеся его части окапывались в районе Кельце.

В этот же день Гитлер отдал приказ о переброске с Запада двух пехотных дивизий. На следующий день он предпринял шаг, который привел к ухудшению обстановки на фронте группы армий «Центр», которая также находилась под ударами советских войск, и не пошел на пользу группе армий «А». Фюрер приказал группе армий «Центр» передать группе армий «А» танковый корпус «Великая Германия» в составе двух дивизий. 15 января приказ о передаче в группу армий «А» двух танковых дивизий получила и группа армий «Юг».

Командование немецкой 9-й армии было готово к тому, что советская Ставка предпримет наступление из районов Магнушевского и Пулавского плацдармов, но это мало ему помогло, когда 14 января наступление действительно началось. Советская пехота после мощного 25-минутного огневого налета броском захватила немцев, ожидавших продолжения артиллерийской подготовки, врасплох. Советским частям удалось прорваться на позиции немецкой артиллерии, в результате чего в первый же день оба оборонявшихся немецких корпуса потеряли половину своей огневой мощи. 15 января развернутая на правом фланге 1-го Белорусского фронта 47-я советская армия совершила прорыв севернее Варшавы к Модлину, а находящаяся на правом фланге 4-го Украинского фронта 38-я армия перешла в наступление в западном направлении на Краков. В течение дня 13-я, 4-я танковая и 3-я гвардейская танковая армии выбили 24-й танковый корпус из Кельне, устранив тем самым и так не очень значительную угрозу на фланге 1-го Украинского фронта.

На второй и третий день сражения, находившийся в Цоссене Г. Гудериан направил в ставку фюрера Адлерхост ("Орлиное гнездо") свой анализ обстановки. Лейтмотив двух докладов был один и тот же: без усилений за счет Западного фронта оборону на Востоке удержать не удастся. В качестве минимальной меры предлагалось прекратить наступление на фронте группы армий «Юг» и перебросить оттуда танковые дивизии в распоряжение группы армий «А». Из разведывательных донесений на 15 января ясно следовало, что имевшимися на тот момент на Восточном фронте силами было невозможно остановить советское наступление на участке группы армий «А». Но Гитлер отказался, как остановить наступление группы армий «Юг», так и перебросить на угрожаемые участки дивизии с Запада.

Вечером 15 января Гитлер перенес свою ставку из "Орлиного гнезда" в рейхсканцелярию в Берлин. Гудериан, как отметил в своих воспоминаниях А. Йодль, вновь "потребовал срочно перебросить все, что нужно, на Восток". Однако Гитлер заявил, что намерен перебросить на Восточный фронт наиболее готовые к переброске соединения с Запада, а именно два корпуса 6-й танковой армии СС. Однако эти резервы предназначались к отправке в Венгрию, в группу армий «Юг», а не в группу армий «А». Фюрер убедил себя, что исход войны зависит от того, удастся ли удержать венгерские нефтяные месторождения. 16 января Гитлер отдал приказ об отстранении от командования войсками группы армий «А» генерал-полковника Й. Гарпе, заменив его на Ф. Шернера. Л. Рендулич был отозван из Норвегии для того, чтобы принять командование группой армий «Север». В течение дня, очевидно еще до того, как Гитлер вернулся в Берлин, ОКХ подготовило директиву, предоставляющую командованию группой армий «А» свободу принятия действий в районе большой излучины Вислы, включая право на эвакуацию Варшавы. Когда Гитлер увидел эту директиву, он сразу же потребовал подготовить новую, отменявшую ее. Как всегда, следуя своей привычке вести войну по карте, он потребовал от группы армий «А» как минимум остановить наступление противника. Группа армий должна быть в курсе, что переданные ей две танковые дивизии из группы армий «Юг» – это последнее, что она получит в течение двух недель. В качестве уступки фюрер соизволил дать разрешение 17-й армии и армейской группе «Хейнрици» отступить в Карпатах с целью высвободить одну или две дивизии.

17 января советские войска в проведении Висло-Одерской наступательной операции завершили этап прорыва. Войска 1-го Белорусского и 1-го Украинского фронтов полностью очистили от противника район Вислы от участка восточнее Кракова до территории западнее Модлина. В тот же день зажатому между двумя советскими фронтами 24-му танковому корпусу, представлявшему собой последний очаг сопротивления немцев в этом районе, удалось прорваться на северо-запад из района Кельце. Не имея четко определенного направления движения, корпус с боями смещался на запад, в сторону реки Пилица. В то же время передовые части фронта И.С. Конева уже переправились через Пилицу к Ченстохове. Войска 1-го Белорусского фронта заняли Варшаву. Г.К. Жуков и И.С. Конев получили приказ Ставки форсированными темпами наступать на Одер. Кроме того, И.С. Коневу передали приказ о том, что войска второго эшелона его фронта, в основном пехотные соединения, которые до сих пор не принимали участия в боях, совместно с левым флангом фронта должны были освободить Краков и Верхнесилезский промышленный район.

Неудача с попыткой удержать Варшаву вызвала в Берлине взрыв гнева. Из группы армий «А» доложили, что новый вариант пресловутой директивы был принят слишком поздно. К тому времени, как она была получена, войска Варшавского гарнизона уже покидали город, уничтожив тыловое имущество, которое не могли взять с собой. Гитлер заподозрил саботаж, и не без оснований: прежний вариант директивы ОКХ был таким документом, что любой из высших командиров, знавший Гитлера, был бы уверен, что тот его никогда не утвердит. 18 января Гитлер отдал приказ об аресте трех старших офицеров оперативного отдела ОКХ. На следующий день он подписал приказ, окончательно положивший конец какой бы то ни было самостоятельности в действиях полевых командиров. Отныне любой командующий группой армий или армией, командир корпуса или дивизии нес личную ответственность за то, чтобы принятое им решение на оперативный маневр, будь то наступление или отход, своевременно докладывалось наверх, обеспечивая тем самым возможность его оперативной отмены. Основной обязанностью во время боев стало следить за сохранностью средств связи, и все попытки оправдать свои действия ее отсутствием отныне влекли за собой драконовские меры наказания.

Ф. Шернер, как обычно, с самого начала дал подчиненным почувствовать свое присутствие. Одним из его первых распоряжений был приказ об отстранении командующего 9-й армией генерала танковых войск барона фон Люттвица под тем предлогом, что в день, когда была оставлена Варшава, его распоряжения были "недостаточно ясны и категоричны" (из записи в личном деле С. фон Люттвица, сделанной Ф. Шернером 2 февраля 1945 г). Командование армией принял генерал пехоты Т. Буссе. Тем самым Ф. Шернер сразу же давал подчиненным почувствовать свою безжалостность, о которой и так хорошо знали в немецкой армии. Это должно было послужить предупреждением для офицеров все звеньев еще до того, как сражение закончилось. 19 января Ф. Шернер отдал приказ 17-й армии оборонять район Верхней Силезии. 4-я танковая армия должна была остановить русских, наступавших на Бреслау, западнее Ченстоховы. Войска 9-й армии должны были удерживать рубеж между Лодзью и рекой Висла и одновременно нанести контрудар в южном направлении на правом фланге. Если задачи, поставленные перед 17-й и 9-й армиями, хотя бы теоретически имели смысл, то цели, которых должна была достичь 4-я танковая армия, имели мало общего с грубой действительностью. Все, чем располагала армия, была часть сил двух дивизий, а также одна или две бригада, так как 24-й танковый корпус и остатки левофланговых дивизий армии все еще находились в окружении и с боями пробивали себе путь на северо-запад, к участку обороны 9-й армии.

К 19 января советское наступление на фронте групп армий «А» и «Центр» развернулось в полную силу. Группы армий утратили контакт друг с другом, на фронте группы армий «А» образовались широкие разрывы между 9-й и 4-й танковой армиями, а также между 4-й танковой и 17-й армиями. Южнее Лодзи входивший в состав 9-й армии 40-й танковый корпус и танковый корпус «Великая Германия» пытались организовать оборону на узком рубеже до тех пор, пока войска 24-го танкового корпуса (группа «Неринг») не переправятся через реку Пилица. Восточнее Бреслау 4-я танковая армия была отброшена к границе с Германией, в районе Намслау и восточнее Оппельна советским частям удалось перейти границу. У 17-й армии осталось менее 65 км сплошного фронта на восточной границе Верхнесилезского промышленного района. 19-го января советские войска освободили Краков. Краков, колыбель польской государственности и средоточие польских святынь, был заминирован и подготовлен немцами к уничтожению. Советские войска и разведчики сорвали эти замыслы и спасли древнюю польскую столицу.

Советские армии двигались колоннами по дорогам. Танковые армии в день преодолевали по 40-50 км, пехотные – примерно по 30 км. 1-й Белорусский фронт главными силами нанес удар через Лодзь на Познань, а 1-й Украинский фронт – на Бреслау. В то же время его пехота начала совершать фланговый маневр в сторону Верхней Сидезии. Погода прояснилась, и теперь к проблемам немцев прибавилось подавляющее превосходство в воздухе советской авиации. После 14 января люфтваффе начало переброску истребительной и штурмовой авиации на Восточный фронт, но понесенные потери, в основном за счет самолетов, захваченных противником в ходе наступления на земле, намного превышали количество вновь поступавших сюда самолетов.

За линией фронта с германской стороны все дороги были забиты разнообразной автомобильной техникой, пытавшейся вырваться в Германию. В большинстве случаев на запад уходили гражданские беженцы, немецкие партийные и административные функционеры, а также, бывало, и дезертиры из боевых частей. В группе армий «А» не было достаточных сил полиции для того, чтобы хотя бы попытаться их перехватывать. Колонны беженцев, столь привычные для Восточного фронта, впервые стали состоять из немцев. И впервые не было нужды эти колонны подгонять: люди и так старались двигаться как можно скорее, подгоняемые собственным страхом.

Расположенные один близ другого промышленные города Верхней Силезии отчасти компенсировали немцам разбомбленный союзной авиацией Рур, представлявший собой одновременно центр немецкой угольной и металлургической промышленности. В конце третьей недели января предприятия и шахты Верхней Силезии все еще работали на полную мощность. На восточном фланге, подобно волнорезу, стояли войска левого крыла 17-й армии. Но северный участок оказался открытым. Там немецкая 4-я танковая армия с боями откатывалась на запад, к Одеру. 21 января И.С. Конев развернул 3-ю гвардейскую танковую армию, дислоцированную в районе Намслау, и поставил ей задачу двигаться на юго-восток по обоим берегам Одера за флангом 17-й армии.

22 января 24-й танковый корпус вошел в контакт с танковым корпусом «Великая Германия» на реке Барта, в районе города Серадз. Попав в тиски советских войск, оба корпуса продолжали смещаться на запад. В тот же день 1-й Украинский фронт левым флангом вышел к реке Одер. В течение трех последующих дней армии И.С. Конева вышли навстречу друг другу на Одере на участке шириной 250 км между Козелем и Глогау. В районе Бреслау немецкая 4-я танковая армия продолжала удерживать плацдарм. Русские форсировали реку выше и ниже по течению от города на пяти-шести участках. Ф. Шернер отдал приказ о контрударе, но немецкие армии не смогли его выполнить. 25 января главные силы 1-го Белорусского фронта, миновав Познань, устремились на запад, к городу Кюстрин на Одере. Теперь они наступали под прямым углом к войскам 2-го Белорусского фронта, развернувшимся на север восточнее Вислы. На этом удлинившемся участке фронта между Вислой и Одером Гитлер создал группу армий «Висла». Командование вновь сформированной группой армий было поручено Г. Гиммлеру.

Г. Гудериан предлагал назначить командующим группой армий «Висла» М. Вейхса, которого вместе со штабом намеревался перебросить из Югославии, но Гитлеру не терпелось убедиться в настоящем военном таланте Г. Гиммлера, который, возможно, проявился несколько поздновато – когда рейхсфюрер СС недавно командовал группой армий на Верхнем Рейне. Гитлер поставил Г. Гиммлеру задачу закрыть брешь между группами армий «Центр» и «А», не допустить прорыва противника к Данцигу и Познани и удерживать коридор в Восточной Пруссии. 23 января, когда Г. Гиммлер прибыл к месту событий, выполнение одной из поставленных фюрером задач было уже бесполезно. 2-я армия отступила на фланге группы армий «Центр», а советские войска вышли к побережью Балтийского моря в районе устья Вислы. Группа армий «Центр» оказалась отрезанной. 2-я армия удерживала фронт в нижнем течении Вислы, но территории к западу от реки вплоть до Одера, по выражению Г. Гиммлера, представляли собой нечто иное, как огромную дыру. К 25 января стало невозможным выполнение еще одной задачи: в тот день советские части заняли Познань.

26 января с необъяснимой целью группа армий «Север» была переименована в группу армий «Курляндия». В свою очередь, группа армий «Центр» стала группой армий «Север», а группа армий «А» превратилась в группу армий «Центр». На следующий день под командование группы армий «Висла» была передана 9-я армия. Тем самым фронт новой группы армий теперь еще более вырос, включив в себя район к югу почти до Глогау по Одеру. Линия фронта, если ее вообще можно было считать таковой, протянулась по реке Висла от ее устья на юг к Хелмно (Кульму), затем сворачивала на запад севернее реки Нетце, а потом снова поворачивала на юг, повторяя контуры отсечной позиции в районе Тирштайгель, проходившей через череду озер. Далее фронт проходил на севере примерно в 70 км от Клострина, а на юге упирался в Одер в районе выше по течению от Глогау.

Для защиты 250-километрового рубежа севернее реки Нетце и отсечной позиции в районе рубежа Тирштайгель, Г. Гиммлер к 27 января располагал двумя импровизированными корпусными управлениями СС, одним временным корпусным управлением, тремя дивизиями (в том числе вновь сформированной латвийской дивизией СС) и различными разношерстными частями, в том числе остатками 9-й армии, частями фольксштурма (ополчения) и всем тем, что еще удалось наскрести в этом районе или за Одером. Перед фронтом две дивизии сражались в окружении в крепости Торунь (Торн). Примерно такие же силы попали в окружение в районе Познани. Вместе со штабом 9-й армии прибыли одно корпусное управление и несколько больше, чем три дивизионных штаба. Все еще пробивающие себе путь на запад 24-й танковый корпус и танковый корпус «Великая Германия» сместились в зону ответственности группы армий «Центр».

На Восточный фронт начали поступать подкрепления: боевые группы «Гнейзенау», созданные армией резерва, маршевые батальоны, укомплектованные курсантами учебных центров, унтер-офицерским составом и личным составом училищ родов войск. Гитлер отвечал отказом на неоднократные просьбы Г. Гудериана об эвакуации группы армий «Север» («Курляндия»). Тем не менее, 17 января он отдал приказ об отправке из Курляндии одной танковой и двух пехотных дивизий, а через два дня – одного управления корпуса СС и двух дивизий СС. Корпусное управление и 5 дивизий предназначались для группы армий «Висла». К 25 января одна из дивизий прибыла в Гдыню. 22-го числа Гитлер приказал снять с Западного фронта 6-ю танковую армию СС и один танковый корпус, всего 6 танковых и одна фольксгренадерская дивизия, две бригады и несколько фольксартиллерийских корпусов. Очевидно, он все еще намеревался наиболее подготовленные из этих соединений, а именно 1-й и 2-й танковые корпуса СС, направить в группу армий «Юг».

К 27 января четыре армии 4-го Украинского фронта соединились в районе почти окруженного Верхнесилезского промышленного района. Наступавшая с северо-запада 3-я гвардейская танковая армия, намеренно оставила открытым южный фланг образовавшегося котла, давая возможность немцам ускользнуть и тем самым, избегая долгих кровопролитных боев, которые могли привести к разрушению шахт и заводов. Между 28 и 30 января 17-й немецкой армия удалось вырваться из окружения. В то же время армейская группа «Хейнрицш. начала отвод своих войск в Чехословакию за Татры.

Г.К. Жуков начал беспокоиться за свой слишком растянувшийся северный фланг, войска безостановочно прошли более 400 км. Правый фланг войск И.О. Конева испытывал почти те же трудности. На Одере Ф. Шернеру удалось сколотить какое-то подобие фронта. По мнению советских военачальников, участок между Одером и группой армий «Висла» в Померании становился слишком узким для нанесения стремительного удара по Берлину. 4 февраля в телеграмме на имя Гитлера Ф. Шернер писал: "Мой фюрер! Я могу доложить, что первый натиск советского большого наступления на фронте группы армий «Центр» удалось в основном остановить. Фронт все еще испытывает давление на многих участках, но на других мы предпринимаем контратаки местного значения". К тому времени наспех сколоченный фронт начал обретать твердость и на участке группы армий «Висла».

31 января, перебросив севернее большую часть своих войск из второго эшелона и резерва, 1-й Белорусский фронт вышел к Одеру в районе севернее Кюстрина. К 3 февраля советские части вышел к Одеру и из района Цедена, на левом фланге, где 1-й Белорусский фронт и остановился. В районе Кюстрина и Франкфурта советские войска находились в 60 км от Берлина. Немцы удерживали плацдармы на обоих участках. В свою очередь, русские имели плацдармы севернее Кюстрина и южнее Франкфурта. Висло-Одерская операция (12 января – 3 февраля 1945 г.) закончилась для немцев чудовищным разгромом. "Европа не знала ничего подобного со времен гибели Римской империи", – писал немецкий генерал Ф. Меллентин. Было полностью уничтожено 35 дивизий, 25 дивизий потеряли от 50 до 70% состава. Только в плен было взято 147,7 тыс., число убитых точно не известно, но счет идет на сотни тысяч. Красная армия захватила 14 тысяч орудий, 1,4 тыс. танков и штурмовых орудий, огромные запасы военного имущества.



возврат назад Обновить страницу


события         архив         воспоминания         творческие работы         тесты по ЕГЭ         блог