Четвёртая битва за Харьков в августе 1943 года


"«Адольфа Гитлера» с «Великою Германией»
Разбили вдребезги советские войска,
И эта весть звучит как предсказание,
Что гибель Гитлера не так уж далека."

С. Маршак

Генерал-фельдмаршал фон Манштейн являлся принципиальным сторонником идеи, что войну с СССР надо вести так, чтобы, по крайней мере, не кончить военной катастрофой. Такое ведение войны, разумеется, не скроет провала кампании, но все-таки сделает его менее заметным. План, стоявший за операцией «Барбаросса», план разбить Советский Союз быстрым блицкригом, овладеть его экономическими богатствами и захватить в клещи позиции Британской империи в Африке, на Ближнем Востоке и Персии гигантской операцией через Кавказ и Египет – этот план провалился раз и навсегда после отступления немцев из Эль-Аламейна и с Кавказа. Вот почему немецкому командованию теперь нужно было удовлетвориться много меньшим и попытаться добиться на Востоке урегулирования путем переговоров. Ещё оставалось время предотвратить нависшую катастрофу, исправить ошибку 22 июня 1941 года.

Карта четвёртого сражения за Харьков

Генерал-фельдмаршал фон Манштейн небезосновательно считал: "Наступление с далеко идущими целями, подобное тем, что мы осуществляли в предыдущие годы, теперь нам не по силам. Придется ограничиться обороной". Оборона! Какого рода оборона? Существует два вида оборонительных операций – жесткая оборона всех завоеванных территорий и гибкая оборона, соединяющая отступления и контратаки. Жесткая оборона была не реальна, у Германии не хватало для этого сил: фронт от Черного моря до Северного Ледовитого океана оказался слишком длинным, чтобы превратить его в непреодолимую оборонительную линию. Группа армий «Юг», например, имела только сорок одну боевую и три охранные дивизии на участке фронта в 760 километров. Согласно правилам оборонительной стратегии, нужно было на двадцать-тридцать дивизий больше. При жесткой обороне существовала опасность, что русские, при их огромном количестве людей, артиллерии, танков и воздушных сил, атакуют с сокрушительным превосходством в нескольких местах одновременно и прорвут немецкий фронт.

Ясно, что в 1943 году стратегия упрямо держаться за свои позиции уже не оставляла надежды на успех. На чем же тогда строилась вера Манштейна на ничью? Манштейн говорил: "Нам остается использовать те факторы, в которых Германия пока еще превосходит противника. Даже будучи вынуждены уйти в оборону, мы должны пытаться наносить противнику болезненные удары, причиняющие значительный ущерб, потерю большого количества личного состава и, в общем, предрасполагающие его к переговорам. Нам нужно создать себе возможность осуществлять эти мобильные операции, которые составляют нашу главную силу". Другими словами, идея заключалась в том, чтобы не уходить в оборону полностью, а позволить противнику идти в наступление, а потом, когда его наступательные силы истощатся, наносить удар. Манштейн практически продемонстрировал действенность такой стратегии весной 1943 года в крупном оборонительном сражении в междуречье Донца и Днепра. Если войну приходилось продолжать – а требование "безоговорочной капитуляции", выдвинутое тем временем союзниками в Касабланке, не оставляло Германии альтернативы – тогда только стратегия Манштейна давала надежду избежать несомненного военного поражения. Завоевать огромный Советский Союз – пагубная иллюзия, немецких сил теперь в лучшем случае хватит на то, чтобы ослабить Красную Армию и поколебать власть Сталина настолько, что Кремль пойдет на переговоры. Поймет ли Гитлер эту настоятельную необходимость, сумеет ли вовремя повернуть руль?

Наиболее вероятной задачей советского наступления на северном фланге группы армий «Юг», по прогнозам немецкой стороны, на лето 1943 г. было освобождение Харькова и прорыв к Днепру. Однако Гитлер очередной раз приказал: "Харьков удержать!" Гитлер всё ещё придерживался стратегии: держаться за все и ничего не сдавать. Харьков был последним примером этой стратегии. Обеспечить выполнение этого приказа должен был генерал танковых войск Эрхард Раус. Армии генерала Ватутина, прорвавшись через северное крыло 4-й танковой армии Гота, уже занимали Полтавский бассейн. Если теперь армии Степного фронта генерала Конева сумеют быстро пробиться через Харьков к Днепру, группе армий Манштейна придет конец, а группа армий фон Клейста в Крыму будет отрезана. Раус медленно отступал к внешнему оборонительному поясу Харькова. Стояли жаркие дни конца лета. Над дорогами висели густые облака пыли.

Шесть месяцев назад отборные полки мотопехотной дивизии «Великая Германия» и две танковые дивизии СС «Рейх» и «Лейбштандарт» оказались не способны отстоять город. А теперь его удержать должны шесть жестоко потрепанных дивизий Рауса. 11 августа Гитлер отправил в Харьков испытанную берлинскую 3-ю танковую дивизию прикрывать открытый левый фланг генерала Рауса. 3-я танковая дивизия действовала на левом открытом фланге 11-го корпуса в окрестностях Харькова. Слева от нее не было ничего, только брешь в линии фронта, отделяющая 4-ю танковую армию Гота от оперативной группы Кемпфа, брешь, через которую входили армии генерала Ватутина. Некоторые из них уже окружали город. Огромные склады, созданные в районе Харькова по приказу Гитлера и содержащие трехмесячный запас всего, что может понадобиться двум армиям, были обречены.

К концу второй недели августа битва приобрела хаотический характер. Путь на Полтаву все еще был открыт, но Н.Ф. Ватутин колебался и не отдавал приказа на прорыв, пока немцы прочно удерживали фланги по обе стороны от разрыва в линии фронта. Вместо этого он повернул армии своего левого фланга, 5-ю гвардейскую и 5-ю гвардейскую танковую, против западного участка фронта 8-й армии, где дивизии СС удерживали фронт под углом в сторону юго-запада от Харькова. На более слабом восточном участке обороны 8-й армии советская 57-я армия очистила от противника правый берег Северского Донца между городами Чугуев и Змиев.

Военная удача капризна. Очень редко она долго держит одну сторону. Война не математическая задача. Исход всех сражений в значительной степени зависит от непредсказуемых составляющих: силы духа солдата, решительности командира, а также и от робости командира, страха и, самое худшее, паники, которая может охватить часть. 848-й немецкий гренадерский полк на левом крыле был неожиданно атакован крупным советским танковым соединением. Полк понес тяжёлые потери, и распространилась паника. Солдаты полка разбежался, его остатки отступили в Харьков. Инцидент вызвал цепную реакцию на слабом немецком фронте. Вся дивизия оказалась охваченной смятением, советские танковые части беспрепятственно прошли через отступающие немецкие войска. С ужасом штаб группы армий наблюдал падение немецкого боевого духа. Впервые с начала войны возникла пугающая мысль, что могут понадобиться суровые военные трибуналы, чтобы остановить разложение...

В это время советские танки вошли в восточную часть города, ударили по тракторному заводу. Они въехали и ворота цехов, где работали сталевары, где стучали пневматические кузнечные прессы, где десятки тысяч рук производили детали для немецких танков. Немцам всё-таки удалось взять штурмом тракторный завод, вытеснить русских из города и ликвидировала опасный прорыв в Харьков. Город был окружен советскими войсками, остался лишь узкий коридор. В бой за столицу Донецкого бассейна вступила прославленная советская 5-я гвардейская танковая армия. Полки 3-й немецкой танковой дивизии вели ожесточенные бои у деревни Полевое, на участке главного удара советского наступления. Орудия 75-го танкового артиллерийского полка стреляли, пока стволы не раскалялись докрасна. С советских самолетов сбрасывали листовки. "Солдаты 3-й танковой дивизии, – говорилось в них, – мы знаем, что вы отважные воины. Каждый второй в вашей дивизии имеет Железный крест. Но на нашей стороне каждый второй солдат имеет миномет. Сдавайтесь!"

Восемьдесят артиллерийских батарей генерала Рауса завершали прикрытие северной стороны коридора в Харьков. Подходила и танковая дивизия СС «Рейх»; ее «Пантеры», «Тигры» и штурмовые орудия затаились на исходных позициях, а два мотопехотных полка заняли хорошо замаскированные отсечные траншеи вдоль железнодорожной магистрали Харьков – Богодухов. С русской стороны наступление вела 5-я гвардейская танковая армия генерала Ротмистрова. Сталин приказал: "Город должен быть взят незамедлительно". К утру 19 августа, невзирая на заградительный огонь немецкой артиллерии, танки Ротмистрова двинулись тремя клиньями через воронки и поля подсолнухов прямо на главную дорогу из Ахтырки в Харьков, Они атаковали, но оказались под огнём противотанковых и зенитных орудий. То, что несколько недель назад случилось с немецкими танковыми полками и дивизионами штурмовых орудий в Курской битве, теперь переживали советские танковые батальоны на подходах к Харькову. На поле битвы осталось сто восемьдесят четыре подбитых Т-34.

На следующий день генерал Ротмистров изменил свою тактику. Огромным танковым клином – двести Т-34 – он пошел в наступление вдоль железнодорожной линии. Атака опять была отражена. Незадолго до полуночи танки генерала Ротмистрова снова атаковали немецкие позиции. Скоро в бой вступили и немецкие танки. «Пантеры» и Т-34 таранили друг друга, стреляли в упор. Русские прорывались через немецкую противотанковую оборону смело и решительно, но тут в бой вступила основная часть немецких танков. Место ночного боя освещалось заревом схватки, видимость составляла примерно сто метров. Это была гигантская ночная дуэль двух танковых армад. Горящие танки, подбитые штурмовыми и противотанковыми орудиями, служили ориентирами для Т-34 в их попытке прорыва. Из прорвавшихся на пятнадцать километров советских танков только три достигли западной окраины Харькова. В этой схватке дивизии 11-го немецкого корпуса тоже понесли тяжелые потери.

Немцам удалось отстоять Харьков. 5-я советская гвардейская танковая армия потерпела поражение. Однако генерал-фельдмаршал фон Манштейн был не в настроении радоваться этой победе. Рано или поздно советские части окружат Харьков. И это будет означать не только то, что полдюжины дивизий окажутся в ловушке, но и то, что русские получат возможность двигаться мимо города к Днепру, в тыл 8-й армии. Манштейн произнёс "Я лучше потеряю город, чем армию". Манштейн не знал о приказах советского Верховного главнокомандования, но он сделал прозорливое предположение, и история подтвердила его правоту. 10 августа советское Верховное главнокомандование отдало приказ перерезать все основные дороги от Харькова к Днепру вместе со всеми тыловыми коммуникациями – 8-й армии Манштейна и 1-й танковой армии. Такова была ставка. Не только Харьков.

18 августа Н.Ф. Ватутин, придерживаясь той же тактики, что и в начале наступления, бросил 57-ю пехотную дивизию, удерживавшую участок между Ахтыркой и Сумами, в атаку под мощным огнем артиллерии, минометов и танков противника. К полудню дивизия потеряла всех младших офицеров и почти весь сержантский состав. Ее командование докладывало, что командиры батальонов кричали до хрипоты, но так и не смогли удержать солдат, которые ударились в бегство. В течение последующих двух дней русский фронт оголился примерно на 15 км. На одном из флангов этого разрыва находилось то, что осталось от 57-й дивизии, которая была переименована в войсковую группу.

Гитлер продолжал категорически требовать от Манштейна оборонять Харьков. "Сдача этого города может иметь серьезные политические последствия, – заклинал он генерал-фельдмаршала. – От этого зависит позиция Турции. И позиция Болгарии. Если мы оставим Харьков, то потеряем лицо в Анкаре и Софии". Манштейн помнил Сталинград. Поэтому 22 августа он приказал 11-му армейскому корпусу оставить Харьков. Многострадальный Харьков! Жестокая битва за важный советский центр Донецкого региона, город, который за двадцать два месяца четыре раза переходил из рук в руки, завершилась. Манштейн планировал использовать 11-й армейский корпус для предотвращения советского прорыка к Днепру. Гитлер неохотно согласился. Он смирился с решением Манштейна, поскольку не был пока способен обходиться без его стратегического таланта на юге Восточного фронта.

Но с этого момента яд подозрения по поводу его лучшего солдата начал разъедать сердце фюрера. Манштейн, лучший генерал на Восточном фронте, продолжал оттягивать катастрофу, при помощи своей искусной системы останавливать прорывы. Это была рискованная игра резервами. Чтобы отвратить опасность прорыва противника на своем северном крыле в районе Харькова, Манштейн был вынужден снять силы с южного крыла и перебросить их на север. Но как только положение там взяли под контроль, возник кризис на юге, где русские теперь ударили по сильно ослабленному фронту.

Когда войска еще эвакуировали Харьков, армии советского Южного фронта под командованием генерал-полковника Толбухина форсировали Миус и прорвали порядки 6-й армии Холлидта. "Если Главное командование сухопутных войск Германии настаивает на своем приказе защищать Донецкий бассейн, тогда должны быть предоставлены как минимум шесть танковых дивизий! Если Главное командование сухопутных войск Германии не располагает такими силами, тогда уязвимый выступ на Миусе удержать нельзя, и фронт должен быть отведен настолько, чтобы можно было в конце концов остановить противника на сокращенной и более выгодной оборонительной линии. В этом случае я прошу свободы действий", – написал Манштейн Гитлеру в Восточную Пруссию. Никакие другие слова не вызывали у Гитлера большей тревоги, чем "свобода действий". В его глазах генерал, требующий свободы действий, находился на грани мятежа. Гитлер по телефону из «Вольфшанце» дал ответ, отражающий панику, начавшуюся в Ставке фюрера после запроса Манштейна: "Ничего не предпринимайте. Я выезжаю".

Одновременно с тем, когда 8-я армия осуществляла отход южнее Харькова, массированные атаки советских войск с целью расчистить участок прорыва в обороне 4-й танковой армии и вновь открыть путь на Полтаву вынудили Г. Гота отвести свои войска южнее Ахтырки по обеим берегам реки Ворскла. К 25 августа ему удалось стабилизировать обстановку и нанести на участке разрыва фронта контрудар силами двух дивизий. Контрудар имел успех, и к 27 августа 4-я танковая и 8-я армия уже имели сплошной фронт между городами Сумы и Змиев в форме дуги с изгибом на юго-запад.



возврат назад Обновить страницу


события         архив         воспоминания         творческие работы         тесты по ЕГЭ         блог